Борис Кнорре: Появление петиции - предпосылка консолидации

Прокомментировать письмо «верных чад» патриарху Русской православной церкви, опубликованное в середине февраля 2014 года, мы попросили религиоведа Бориса Кнорре. Беседу вела Ксения Сергазина.

Борис, что, на Ваш взгляд, самое главное в последнем письме «верных чад» патриарху Кириллу?

Важно, прежде всего само по себе появление петиции. Ведь при всех раздающихся с разных сторон упреках в адрес РПЦ МП, среди способных к критической рефлексии православных верующих мы пока что не видели подтверждения образования каких-либо горизонтальных связей, способов коммуникативной интеграции и взаимодействия, которые показывали бы способность этой части верующих к консолидации. То есть привычка опираться на институционально закрепленные административные принципы дает себя знать и среди тех, кто далек от сегодняшнего церковного триумфализма. Справедливости ради стоит сказать, что православные активисты, выстраивающие свою деятельность в соответствие с официальным курсом церковного начальства, более организованы и консолидированы, чем те, кто выражают реальную тревогу за будущее Русской православной церкви. Заметим, что они составили уже ответную петицию «в поддержку курса Патриарха», которую подписали почти вдвое больше человек, чем просьбу «разрешить недоумения» .

Но появление петиции – предпосылка такой консолидации, так как петиция, как понимаю, не связана ни с какой административной поддержкой. Люди начинают обсуждать, критиковать, не соглашаться, тем самым уже возникает поле взаимодействия и консолидации.

Повестку дня, которую ставит петиция, на самом деле можно сформулировать так. У нас немало аналитиков, достаточно глубоко и точно анализирующих подмены церковной жизни и официальный курс Московского патриархата, но каждый из них делает это по отдельности. Возникает вопрос, а почему до сих пор не появилось какого-либо документа с разбором этих подмен, под которым подписалось бы статистически значимое число человек? Если говорить о том, что сегодняшний официальный курс Церкви не способствует утверждению принципов соборности и развитию общин, то почему бы не явить этот принцип тем, кто выражает по поводу него тревогу?

Что же касается содержания петиции, то она в целом выглядит мало продуманной, ставит многие вопросы, понятные с точки зрения конкретики лишь для достаточно узкого круга лиц. Более того недоумения, высказанные в петиции могут трактоваться очень по-разному и достаточно двусмысленно.

Что значат такие фразы, как «афишировать государственную власть», «Россия – светское государство, ее внутренняя политика очень далека от евангельских заповедей», «во все времена, там, где светская власть препятствовала исповеданию Христа и жизни по Евангелию, это послушание заканчивалось»? В чем именно передергивание, эпатаж и цинизм прот.Всеволода Чаплина? Как именно его речи оскорбляют религиозные чувства? Проблема в том, что если не конкретизировать, понимать их можно очень по-разному, если рассматривать её в разных социальных группах. То есть по-хорошему для такой петиции нужна «расшифровка» в виде серьезного коллективного аналитического разбора, представленного в форме «обращения» или «аналитической записки», под которой подписались бы православные верующие. Ничего такого мы пока не видим.

Отмечу также, что в петиции есть все же места с конкретикой, не «все плохо». Например, там, где говорится о «практикуемых и ранее произвольных перемещениях священников с места на место без учета мнения прихожан и семейного положения священника».

В содержательном смысле я, однако, не соглашусь с претензиями относительно Основ православной культуры. На самом деле курс ОПК проявляет себя сегодня как свободный мировоззренческий предмет, по которому из-за его факультативности и условности, нет жесткого административного давления. Он дает возможность просто поговорить на мировоззренческие темы, отмечу, что такая констатация фактов высказывается сегодня самыми заядлыми некогда критиками ОПК, теми, кто относится к либерально православным мыслящим верующим. ОПК сегодня - явно не самая большая проблема, если проблема вообще. Ведь попадая в фокус светской системы образования, этот предмет дает возможность для диалога и обсуждения православия за гранью традиционных институционально-административных церковных рамок, а это не так уж плохо.

Авторы письма выступают против современного курса РПЦ, который, как сказано в тексте, «являет собой полную идентификацию с внутренней политикой государства, включая секулярные и языческие составляющие». Что это значит? Можете предположить, о каких секулярных и языческих составляющих идет речь?

Из-за того, что в петиции эти недоумения не конкретизированы, приходится лишь предполагать, что они могут обозначать. Очевидно, что здесь речь идет сразу о нескольких вещах. Под полной идентификацией, вероятно, понимается общая тенденции безрефлективно поддерживать разного рода государственные мегапроекты и политические тренды, будь то борьба с оппозиционным движением, Олимпиада или экономическая политика, не рассчитанная на социальную защиту населения. Думаю, что именно Олимпиада, олимпийский огонь и ставка на зрелищность имеется в виду в упоминании «языческих составляющих».

Известно ли Вам, подписали ли письмо священники или это именно мирянская инициатива?

Насколько понимаю, инициатива мирянская, но некоторые священники подписали петицию. Ничего не могу сказать о епископах. Вряд ли кто-нибудь подписал. Иначе подписчиков было бы больше, чем 350 человек.

Почему в письме фигурирует имя прот. Всеволода Чаплина? Чем обусловлена, на Ваш взгляд, такая выборочность авторов текста?

Диспропорцией присутствия прот. Всеволода в информационном пространстве, но в еще большей степени – эпатажностью его высказываний. Священник, который оправдывает возможность одного человека пожертвовать жизнью другого (какие бы на то благие цели ни выставлялись), не может не вызывать недоумений. Священник, проповедующий «христианство», которое должно учить людей «умирать и убивать», не может не вызывать недоумений. Беда в том, что эти недоумения мы пока слышим не достаточно часто. И спасибо тем, кто их озвучивает.

Кстати, в петиции стоило бы сказать о такой проблеме, как выстраивание образа «врага» в сознании верующих применительно к тем, кто готов оценивать те или иные действия церковного руководства критически. Свою лепту здесь вносит и прот. Всеволод, но проблема шире, так как есть немало священнослужителей, которые оказываются готовы в еще большей степени акцентировать образ «врага», нагнетать недоверие одних граждан России в отношении других. И беда в том, что священнноначалие Русской православной церкви - к сожалению - почти этому не препятствует.