«Похоже на бросок «Беркута»

Крым переполнен враждебными сигналами

Через полчаса после захвата Верховного совета на крыше здания повесили флаг России. А уже к обеду к парламенту стали съезжаться некоторые депутаты. Впрочем, не на переговоры, а чтобы поучаствовать в «экстренной сессии». На момент подписания номера в здании уже находились 40 депутатов, в том числе спикер Константинов...

Захват кабмина и Верховного совета Крыма случился спустя несколько часов после 20-тысячного митинга крымских татар в центре Симферополя. Рано утром на нескольких грузовиках к зданию крымского парламента подъехали люди в камуфляже и начали выгружать оружие в ящиках. Около сотни пророссийских активистов, «охранявших от татар» здание Совета — охранять его они пришли, уже когда меджлис увел людей домой, — разбежались. Хотя и осталась пара десятков, вместе с неизвестными боевиками они заносили в здание оружие. После этого активистов попросили разойтись по домам и оповестить знакомых, что власть в республике под контролем «защитников Крыма».

Через полчаса после захвата Верховного совета на крыше здания повесили флаг России. А уже к обеду к парламенту стали съезжаться некоторые депутаты. Впрочем, не на переговоры, а чтобы поучаствовать в «экстренной сессии». На момент подписания номера в здании уже находились 40 депутатов, в том числе спикер Константинов.

— Меня пригласили и я тоже еду, — сообщил мне депутат Сергей Аксенов, лидер партии «Русское единство», наиболее влиятельной пророссийской силы в автономии. — Коллеги, вероятно, снова хотят поднять вопрос о статусе (Крыма. — П.К. ). Больше сказать не могу. ( UPD Позднее сегодня Аксенов был назначен депутатами Верх Совета АРК новым премьером автономии. Правительство Анатолия Могилева было отправлено в отставку.)

— Это похоже на отчаянный бросок нашего «Беркута», которому уже нечего терять: за Майдан им всем теперь будут сроки, — делился со мной крымский депутат от оппозиционной партии «Народный Рух Украины» Леонид Пилунский. — Они могли провернуть этот захват и стать силовым прикрытием для обезумевших пророссийских сепаратистов.

Первые пару часов милиции еще удавалось держать оцепление у Верховного совета. Премьер Крыма Анатолий Могилев пошел на переговоры, но захватчики говорить с ним просто отказались. Ни о каком штурме здания власти даже не заикались. Куда вероятнее был теперь штурм самого милицейского оцепления. С каждой минутой центр заполнялся сторонниками объединения с Россией. С Андреевскими флагами, триколором, иконами.

— Зачем вы нас тормозите! — орет на милиционера парень в спортивных штанах. Вместе с ним тут же толпится еще около сорока молодых людей, сочувствующих путчу. — Мы сейчас вместе должны быть! Там, с мужиками! Мы же, сука, русские!

— Мы на работе, — стыдливо отвечал милиционер. — Отойди, я тебя очень прошу.

— Все равно порвем их всех!

— Кого вы порвете? — интересуюсь.

— Да татар этих, ё-моё, и бандеровцев, фашистов гребаных! Присоединяйся, братишка! — негодующий парень оглядел меня и продолжил уже обиженно: — Чё, из Москвы, что ль? Ну и где все ваши патриоты? «Слава России! Слава России!», «Чурок бей!» — и где вы? Просто кинули нас!

— Да нехрен стоять, пошли давай! — сказал какой-то мужик в мегафон. — Милиция с нами или как? Вперед!

И толпа, навалившись на хлипкое оцепление в одну шеренгу, двинулась к Совету.

— Мы будем стоять до тех пор, пока не будет ясности насчет того, как теперь жить Крыму! — раздавалось из громкоговорителя.

— А что с татарами? — спросил кто-то.

— Нацменьшинства пусть живут, как жили, тогда мы никого не трогаем!

Как говорят в Крыму, «насильственную альтернативу» сепаратисты выбрали после провалившейся вчера попытки поднять вопрос о статусе на внеочередной сессии.

Татарам удалось тогда фактически сорвать сессию. В помещение Совета не пропустили трех депутатов — как раз столько и не хватило вчера для кворума. Кроме прочего, митингующие потребовали отставки спикера ВС Константинова и переформатирования власти Крыма с введением национальных квот. Такой массовой акции крымских татар никогда не было. Как отмечают в республике, до последнего времени большинство в сообществе было практически изолировано от политической жизни, а татарские элиты почти не участвовали в формулировании повестки Крыма. Главным лоббистом возрождения общины выступал меджлис, при этом сами татары — их на полуострове процентов 15 — до сих пор слабо представлены в законодательной и исполнительной власти.

Разогреваться община начала только после Майдана. В ситуации, когда напуганные революцией крымские элиты заговорили о воссоединении с Россией, татары оказались единственной силой, осудившей сепаратизм однозначно. В местной «Партии регионов» уже обвинили меджлис «в попытке воспользоваться силой Майдана, чтобы расшатать диспозицию сил в автономии».

Всю неделю спокойствие Крыма будто бы испытывали на прочность. Сначала российские военные заявили об усилении режима на севастопольских объектах. После чего город решил не признавать новую центральную власть в Киеве и выбрал себе на десятитысячном митинге «народного мэра». Там же, где-то в доках и на причалах базы Черноморского флота, от революции прятался, по сообщениям МВД Украины, и экс-президент Янукович. Элиты полуострова заговорили в Симферополе о пересмотре статуса автономии. В ответ «Правый сектор» пригрозил отправить к сепаратистам «поезда дружбы», в которых едут отстаивать целостность Украины революционные активисты. И даже российские военные, совершившие в эти дни демонстративный бросок в Ялту на нескольких грузовиках, не взорвали хрупкий мир в Крыму. Но взорвали его эмиссары из Госдумы, которые объявили в среду в Симферополе, что Москва своих не бросит — и вот-вот начнет выдачу по упрощенной схеме российских паспортов. Встречавшие россиян депутаты Верховного совета Крыма Сергей Аксенов и Сергей Цеков инициировали на следующий же день внеочередную сессию парламента, где собрались обсудить «положение Крыма» и вопрос об отставке премьера автономии Анатолия Могилева. И Симферополь не выдержал.

У истории с паспортами и изменением статуса автономии нашлись свои категорические сторонники и противники. Еще в день визита российского депутата Слуцкого в меджлисе крымско-татарского народа заявили, что будут препятствовать расползанию сепаратизма на полуострове. Перед офисом меджлиса собрался стихийный митинг татар, которые дожидались приезда главы общины Рефата Чубарова со встречи со спикером ВС Владимиром Константиновым. Чубаров, сообщали сотрудники меджлиса, должен был уговорить спикера (формально это — главное должностное лицо автономии, хотя по факту последнее слово остается за премьером) отменить сессию. Но переговоры завершились ничем. И вернувшийся в меджлис Чубаров прямо с крыльца офиса призвал татар выходить завтра к Верховному совету. «Они не слышат нас, так заставим их услышать!» — обратился он к диаспоре.

На следующее же утро группами по 400–500 человек татары начали прибывать к Верховному совету с разных концов города. За пару часов люди с синими крымско-татарскими флагами заполнили все свободное пространство перед ВС и блокировали подходы к зданию. К нему же стали стекаться и русскоязычные активисты с российскими триколорами — их, правда, было значительно меньше.

Кто-то подходил с иконами, на что татары выкрикивали: «Аллах Акбар!» Русские отвечали: «Христос воскрес!»

Две группы разделял узкий коридор, по которому бегали репортеры. Милиция в это время охраняла двери Совета. Потасовки возникали каждые десять минут. Татарские митингующие распылили газ из баллончиков, в ответ получили древками по головам, но сумели вытолкать русских подальше от Совета. До серьезного столкновения не дошло каким-то чудом.

— Мы выступаем за целостность Украины и евроинтеграцию, потому что только таким образом мы гарантируем крымско-татарскому народу будущее, — говорил мне заместитель главы меджлиса Нариман Джелял. — Мы видим победу демократии в Украине, которая обеспечит соблюдение наших прав на культурную самобытность, на сохранение языка и вообще народа. Разве может дать хоть что-то из этого нам нынешний российский режим? Многие крымские татары, надо признаться, опасаются и вовсе повторения репрессий 40-х годов.

— Но, допустим, Россия дала бы вам, что вы хотите…

— Если бы Россия демонстрировала такую готовность, да, тогда можно было бы вести разговоры о каких-то более тесных отношениях с Россией или даже о союзе. Но пока Россия посылает лишь враждебные сигналы. До сих пор она даже не признала и не извинилась за высылку нашего народа и фактически его уничтожение, а это принципиальный момент…

Симферополь