Страна на отъеме

Про этот эпизод из новейшей истории нигде особо не вспоминают, да и не любят вспоминать – ни на Западе, ни на Востоке. Разве что памятливый Путин в своей мюнхенской речи с яростью вопрошал: что, мол, "стало с теми заверениями, которые давались западными партнерами после роспуска Варшавского договора? Где теперь эти заявления?" Однако никто ему не ответил и жажду знаний не утолил.

Из разных источников вроде бы известно, что президент Буш, встречаясь с Горбачевым на Мальте в 1989 году, устно пообещал ему не принимать в НАТО государства, которые уходят из Варшавского договора. Однако никакие соглашения на сей счет не подписывались. И когда Советский Союз прекратил свое существование и в Североатлантический альянс устремились бывшие наши союзники, а также прибалты, перед западными лидерами встал вопрос: что делать?

С одной стороны, они едва ли хотели огорчать симпатичного Горби, хоть он и ушел на пенсию. С другой стороны, поляки и латыши, румыны и эстонцы рвались в НАТО, буквально расталкивая друг друга, словно боялись опоздать, и как было им отказать. Правда, упавшему с луны независимому эксперту хотелось понять: куда они спешили? От кого бежали? Вопросы эти только на первый взгляд казались сложными.

Ну да, на Востоке располагалась Россия, но это была совершенно другая страна, в корне отличавшаяся от той, что веками прессовала своих соседей. Россия свободная, демократическая, дружелюбная. Россия, которая отпустила их на все четыре стороны. Россия, погруженная в свои глубоко личные проблемы. Россия, более почти не помышлявшая о том, чтобы оказать братскую помощь и осчастливить мир.

Тем не менее все они как угорелые бежали на Запад – под крыло Вашингтона и Брюсселя, под ядерный зонтик НАТО. И это легко было объяснить любому упавшему с луны, если бы он тогда погнался за ними вслед, осыпая риторическими вопросами. Любой венгр или чех мог бы объяснить ему на пальцах, что они бегут, используя уникальный исторический шанс. Что они ничего не имеют против русских и нынешней России и даже желают ей всего наилучшего, но не верят и боятся, как не верили и боялись вчера и позавчера. И если грядущий Путин, покуда никому не известный, будет предъявлять им и новым их покровителям свои исторические счеты, то им тоже будет что предъявить.

Историческую память, например.

Вечные разделы Польши. Безвыходную судьбу, зажатую между Молотовым и гитлеровской наковальней. Танки в Будапеште и Праге. И плевать им на устные договоры, заключенные бывшим президентом США с бывшим президентом бывшего СССР. Потомки не простят, если они не воспользуются шансом. И будущее в лице нового правителя новой России, который назовет освобождение закрепощенных народов крупнейшей геополитической катастрофой прошлого века, подтвердит их моральную и политическую правоту.

Отношения России и Украины не сравнишь с польско-российскими или иными из предъявленного списка. Несмотря на разные трения, непонятки, конфликты и так называемого Бандеру, эти отношения были братскими и по-настоящему скрепленными кровью в тех войнах, где русские и украинцы сражались плечом к плечу. И запорожцы свое знаменитое, ныне запрещенное Роскомнадзором письмо писали не русскому султану, а турецкому. Вообще на разноплеменной этой земле трудно отыскать два более близких народа.

Оттого совершаемое ныне Путиным, который, воспользовавшись слабостью соседа, стремится по-шакальи откусить и сожрать лакомую часть Украины, – это не только акт агрессии, ничем не спровоцированной. Это преступление против общей истории и смачный плевок в будущее. Предательство по отношению к обоим народам, и уже сегодня, в суете и смуте текущих дней, можно догадаться и понять, кто пострадает больше.

Все ведь повторится, и будущий российский реформатор, занимаясь депутинизацией страны после ухода горячо любимого руководителя, начнет ломать голову в поисках друзей, экономических партнеров и дипломатических френдов. Однако к тому времени, боюсь, не останется ни одного и не только украинцы, потрясенные аншлюсом, устремятся в Североатлантический союз. Все побегут. И белорусы после батьки, и казахи, и армяне, если им помогут по-человечески разрешить карабахский спор. И никто уже не поверит новому вождю, который будет в Кремле освобождаться от проклятого имперского прошлого и развенчивать культ брутальной пацанистой личности.

Народы – они ведь эгоисты, и кому охота рисковать, крепко связывая свою судьбу с ненадежным соседом. Сегодня он добрый и перестраивается изо всех сил, а завтра опять встанет не с той ноги, сядет в танк, полетит бомбить. Умом его не понять, сам признавался.

Собственно, еще не поздно остановиться. И Путину, и тем, кто его окружает, втайне, быть может, ужасаясь тому, что творит бодрый, моложавый, уверенный в себе вождь. Собирающий земли в своей песочнице и не задумывающийся о крупнейшей катастрофе ХХI века, которую он в эти дни готовит России. По схемам и образцам всех прежних катастроф, которые так славно укладываются в рамки непоправимой и неизменной национальной традиции.