Оригинал материала
«Вертинский жив»
Александр Вертинский 21 марта в рамках трехдневного кабаре-фестиваля в «Гоголь-центре» пройдет концерт — посвящение Александру Вертинскому, в котором примут участие яркие русские инди-группы. В день 125-летия актера и певца его песни исполнят The Retuses, Artemiev, «Наадя», «Синекдоха Монток», «Окуджав» и Tinavie. Режиссер-постановщик музыкального перформанса «Вертинский Next» — Денис Азаров, автор идущего на сцене «Гоголь-центра» спектакля «Елка у Ивановых» по пьесе Александра Введенского. Специальный гость и ведущий — Сергей Васильев (экс-«Кабаре Безумного Пьеро»).
Участники концерта рассказывают о своем Вертинском.
Сергей «Безумный Пьеро» Васильев
Антонен Арто призывал актера к акту самоуничтожения на сцене, отнюдь не требуя того же от мыслителя, автора, либреттиста. Мне доводилось последние семь лет много петь в ресторане, клубе, кабаре — занятие это, пожалуй, глупое, как смерть пехотинца на фронте, и такое же трагичное и возвышенное.
Мне кажется, что мы должны со вниманием отнестись к тому, что Вертинский — а он почти брат Блока по таланту и духу — шел со своим высказыванием в ресторан и на эстраду. Мы должны увидеть в этом роковую роспись времени. Для меня он больше не артист и не поэт — он святой, чьим именем хочется омывать людям лица.
«Окуджав» Вадик Королев, «Окуджав»
С песнями Александра Вертинского меня познакомил вечер художественной, в том числе авторской, самодеятельности в студенческом клубе Пермского госуниверситета. Все началось с единственной песни «Бал Господень». Помнится, был удивлен, что это не мой современник. Для меня в Вертинском так хитро смешались пошлость циркового костюма, тонкость большой формы и обыденная грусть любой утраты, что его песни залетают в самое сердце быстрее, чем арахис в пивной рот гопника. Ощущение, что Вертинский жив и, пока не популярен, молчаливо ведет столичные свадьбы, смотрит в глаза гостям со стороны жениха и скоро вернется на большую сцену.
Tinavie Тина Манышева, Tinavie
Творчество Вертинского до того дня, когда мне предложили участвовать в его трибьюте, я знала весьма неважно.
Меня привлекает историческое прошлое, прошлое в искусстве. Интересно, о чем пели, писали, думали, рисовали люди в тот период. Легко ли им было доносить свое творчество до публики. Я начала слушать песни Вертинского, читать его биографию. Так вот, слышу в песнях иронию, грустную улыбку, легкость мысли, но при этом будто он прикрывает легкостью и эстрадным жанром свою глубину. И я бы сказала, что эти романсы или песни как таковые... Казалось, что он читает песни, пропевает стихи. Интересно, что недавно, занявшись преподаванием вокала, я узнала, что есть такая техника (способ развития вокала, освобождения голоса, раскрепощения), которая состоит в том, чтобы пропевать стихи, протягивать смысловые гласные, создавать моментальную мелодию, историю. Потом читаю, что своим сценическим образом Вертинский избрал образ Пьеро, персонажа с белым гримом, печальным выражением лица, и все для меня сошлось. Ироничная грусть, на поверхности театр, внутри человеческая драма, мысль, глубина. Мне близки идеи театра на сцене, я создаю истории, эмоции, иногда играю. Но никогда еще не приходилось прикасаться к театру того времени. Оказалось, что вполне все то же самое, что и сейчас, — те же смыслы, те же мысли, но, как мне кажется, более поэтичные.
Голос Вертинского безошибочно показывает, насколько потерян и одинок человек.
Мне нелегко, скажу честно, пропевать стихи, не с первого раза приходят понимание и смысл. Я сильно не меняю в интерпретации ни стилистику, ни форму, ни подачу, но делаю это в свойственной мне манере, уделяю внимание именно интонированию голосом, я же инструменталистка по крови.
Ничего особенного в выборе песен нет, я знаю, что выбрала не самые популярные композиции артиста, но они о любви, о том, что меня волнует, о времени, о воспоминаниях, о встречах и неразрешенных непростых чувствах. Все как я люблю!
Надежда Грицкевич, «Наадя»
Песни Александра Николаевича казались хрупким хрусталиком послереволюционного безвременья, но к ним продолжают возвращаться все новые поколения артистов — и голос Вертинского, нарочито мягкий и игривый, но всегда с изрядной долей горькой иронии, и в XX, и в XXI веке безошибочно показывает, насколько потерян и одинок человек. Вертинский приобрел популярность как автор мистических любовных романсов, но мне хочется показать, что он пел не только про женщин и актрис. Я буду исполнять романс на стихи Георгия Иванова «Над розовым морем», про скоротечность времени. Также я очень хочу исполнить «То, что я должен сказать» — актуальность этой песни в свете происходящих событий пояснять, наверное, даже нет необходимости.
© Филипп Самсонов The Retuses Михаил Родионов, The Retuses
Мне нравится сам дух начала XX века. Лично для меня Вертинский — олицетворение Серебряного века, вылившегося в музыку. Он интересен мне как артист и исполнитель: харизма, интонации, динамика. Сложно сказать, почему в свое время меня увлек именно Вертинский, возможно, что меня просто-напросто поглотил его добрый декаданс. Мы будем исполнять «В синем и далеком океане», «Испано-сюиза» и «Я сегодня смеюсь над собой».