Александр Воронов о лучших вечеринках недели

Любителям красивой инструментальной музыки стоит обратить внимание на клуб Powerhouse, который некоторые критики уже успели наречь новой "Солянкой". В пятницу на площадке отыграет интересный американский трип-хоповый дуэт Arms And Sleepers. Под трип-хоп их творчество обычно подверстывают в справочниках, хотя это и не вполне соответствует действительности. Макс Льюис из Бостона и Мирца Рамич из Портленда, составляющие эту команду, пишут романтичные печальные баллады, в которых тот же трип-хоп хитро переплетен с гитарным роком и слегка заунывным эмбиентом. Больше всего украшает музыку Arms And Sleepers изломанный бит, на котором американцы строят некоторые свои композиции вроде раскрученной "The Architekt". Впервые о себе Макс и Мирца заявили в 2006 году: на пластинке "Bliss Was It In That Dawn To Be Alive" проникновенный вокал еще маячил где-то на втором плане, а музыканты уделяли куда больше внимания модным в то время щелчкам и шорохам. Примечательно, что впечатление американцев о российской столице сложилось еще тогда, в 2006-м: в альбоме есть инструментальный трек "Moscow Pop", при прослушивании которого представляются не то безбрежные луга, не то кущи небесные, но никак не урбанистический пейзаж. Отметим также, что два года назад Arms And Sleepers заявили о временном прекращении карьеры, однако месяц назад сообщили о подготовке нового альбома, часть которого наверняка продемонстрируют и в Москве.

Поклонникам более мощных битов в выходные тоже будет чем поживиться. Даже в "Солянке" в пятнице гостей будут угощать музыкой с привкусом техно: британец Марк Хеннинг должен выдать там мощную старорежимную электронику с ухающей бочкой. Что уж говорить о более привыкшем к такому формату клубу Gipsy, где в пятницу появятся двое видных иностранцев. За вертушки, в частности, встанет Роберт Дитц, представитель так называемой мангеймской техно-волны, которую несколько лет подняла молодежь тихого немецкого городка Мангейм. Эти молодые музыканты создали всемирный спрос на вальяжный тек-хаус с обрывками семплов, будто бы специально сделанный для притопывания с коктейлем в руке. С годами звучание Дитца стало не таким протяжным, в музыке стало больше глубины и "грува", но сам музыкант почему-то решил, что это уже не хаус, а техно — во всяком случае, так он теперь сам обозначает свое творчество. Компанию Роберту составят более опытные немцы Тассило Иппенбергер и Томас Бенедикс, они же дуэт Pan-Pot. Мастера гулкой электроники, флагманы важного рекорд-лейбла Mobilee, они любят "пульсирующий бас, дисторшн, беспорядочные мелодии и необщепринятое звучание" — если верить самим электронщикам. На деле Pan-Pot играют куда более скоростной и энергичный, чем Дитц,— можно сказать, классический тек-хаус. А названием своего проекта, кстати, немцы обязаны "панорамному потенциометру" — одной из ручек на диджейском пульте.

Впрочем, техно-треки того же Pan-Pot — детский утренник по сравнению с музыкой заведения Monasterio, где отмечают первый день рождения. Полуподпольный клуб, с полгода существовавший принципиально вне медиапространства, сделал ставку на самое зубодробительное техно, которое только может быть. В качестве ориентира был провозглашен берлинский Berghain в заброшенной берлинской электростанции, по сравнению с которым у московского клуба был даже и козырь — необычайно мощно и в то же время тонко звучащая аудиосистема Void Incubus (на которую явно была потрачена львиная доля средств). Вопреки изначально мрачным прогнозам, Monasterio без особой рекламы дожил до годовщины, которую клуб проводит в солидной компании. С поздравлениями нагрянут, в частности, берлинец Moerbeck, чьи треки иногда смахивают на походные марши, сыгранные на гидравлическом прессе, и резидент того же Berghain Бен Клок, про которого стоит сказать особо. Выступление Клока в 2010 году в "Пропаганде" свидетели сравнивали то с работой строительной техники, забивающей сваи, а то и вовсе с "беспощадным сексом". Сейчас, правда, Бен несколько унялся — во всяком случае, на виртуальных дискотеках Boiler Room жирные и откровенно страшные треки он теперь перемешает вкрадчивыми композициями с роботизированными переливами.

Вся мощь битов Мангейма и Берлина