Шутки с юмором

17 марта Вологодская прокуратура начала проверку «на экстремизм» шуточного поста в фейсбуке местного журналиста

Нужно было много лет проработать в журналистике, написать мильон статей, открыть газету и радио, создать благотворительный фонд и оставаться никому особо не интересным. А потом однажды написать шуточный текст, анекдот — и прославиться на всю Россию. Это про меня. А дело было так…

Пошарил я как-то в интернете и узнал, как трудно живется русскоязычному населению в Крыму. И что Россия обязательно должна помочь соотечественникам. «Черт побери, — подумал я, — а мы ведь, в Вологодской области, тоже все русскоязычные и жизнь наша отнюдь не сахар».

Так и появилось на свет мое «обращение» к президенту. Писал я его о Вологде и для вологжан, как некий крик души, потому что область и правда в долговой яме, и просвета не видать, а чиновники, как водится, экономят не на себе, а на нас. Думал, как обычно, прочитают мой пост несколько сот вологжан моих дорогих, горько улыбнутся — и на том все закончится.

Ан нет. Неделю без перерыва «булькал» обновлениями телефон, «обращение» постили и лайкали, цитировали в прессе от Финляндии до Австралии. Я получил огромное количество слов поддержки и одобрения. Во многих областях, где ситуация, видимо, сходная, появились свои «обращения». В комментариях регионы соревновались в степени собственного упадка, особенно понравилось: «За Ульяновском не занимать!»

Прошло время, и все постепенно успокоилось. Непривычный к такой ошеломляющей публичности, я вздохнул спокойно.

Рано радовался. Все понеслось по новой. Потому что губернатор Вологодской области Олег Кувшинников вдохнул вторую жизнь в эту историю, написав заявление в прокуратуру. На предмет проверки фактов, изложенных в «обращении». То есть прокуратура должна выяснить (у меня!), как обстоят дела в области, и дать губернатору свое заключение. Ну хоть так…

„

Добрые люди из областного правительства уже намекнули, что губернатор шуток не понимает и якобы «очень решительно» настроен расправиться со мной

”

«А какие еще у вас имеются факты и документы, свидетельствующие о развале сельского хозяйства?» — спрашивает меня следователь. Да вот, говорю, в Сямженском районе рассказывают, как банкротилось хозяйство. Все описали, всех уволили. Пока корма были, бывшие работники по старой памяти подкармливали животных, а потом кончилось все. Арестованные приставами коровы умирают от голода, орут на всю округу, люди в соседних деревнях спать не могут. Местные мужики взяли трактор, набрали где-то сена, повезли к коровнику. Так их по дороге судебные приставы остановили и трактор за долги арестовали. Да сами отъедьте от Вологды на десять километров и выйдите в поля. Поедете? «Не исключено», — подумав, ответил следователь.

Чувствуя свою ответственность, я подробно описывал в прокуратуре недостатки и упущения в различных сферах народного хозяйства. А следователь все это добросовестно записывал. Возникало то неловкое чувство, которое бывает, когда после рассказанного в компании анекдота некто начинает выяснять, а что, собственно, смешного в нем было.

И почти одновременно с этим неизвестные радикалы расписали дверь моей квартиры надписью «Стоп Майдан!», а по почтовым ящикам разнесли листовку, демонстрирующую чудовищную кашу в головах тех, кто ее писал. А близкое к власти информ-агентство узнало об этом раньше меня, и даже раньше полицейских, на информацию которых ссылалось.

Боюсь, что на этом история не закончилась. Добрые люди из областного правительства уже намекнули, что губернатор шуток не понимает и якобы «очень решительно» настроен расправиться со мной. Нет, я не Бэтмен, я другой. И мне, конечно, тревожно и страшно. Но если у нас анекдоты станут предметом прокурорских проверок и уголовного преследования, а нацисты будут запугивать людей в интересах власти, то, пожалуй, скоро и вправду придется обращаться к президенту с просьбой защитить права русскоязычного журналиста в Вологодской области.