Как запрет на импорт материалов и оборудования скажется на врачах и пациентах

Подготовленный Минпромторгом запрет на импорт отдельных видов медицинского оборудования всполошил и врачей, и пациентов. Сторонники проекта твердят о национальной безопасности, хотя на самом деле это история о борьбе российских лоббистов за долю рынка — они грамотно используют политический момент.

Минпромторг, по мнению многих экспертов, нацелен на защиту отечественного производителя, но не пациента
Фото: Валентина Свистунова/Интерпресс/Фото ИТАР-ТАСС

АНАСТАСИЯ ЯКОРЕВА

"Да в России же ничего не производят! Только йод, зеленку, бинты (крайне хреновые) и утки",— эмоционально реагирует в соцсети на новый проект Минпромторга один из врачей Российского онкологического научного центра. Простые пациенты на форумах говорят порой уже о "геноциде и убийстве граждан". Шквалом критики и возмущения встретили ведомство, которое ступило на территорию медицинского обслуживания. В марте Минпромторг предложил для общественного обсуждения проект постановления правительства "Об установлении запрета на допуск отдельных видов медицинских изделий, происходящих из иностранных государств, к госзакупкам". Суть проекта довольно ясно отражена в названии. Если постановление будет принято, российским государственным медучреждениям запретят покупать медицинское оборудование определенных видов, которое произведено где-либо, кроме России, Белоруссии и Казахстана. Запрет коснется перечня из 66 наименований — в него вошли компьютерные томографы, рентгенодиагностические комплексы, наборы микрохирургических инструментов для коронарной и сосудистой хирургии, наборы стоматологических инструментов для установки зубных имплантов, дефибрилляторы, а также расходные материалы (шприцы, салфетки).

20 марта закончился этап общественного обсуждения. В тексте проекта говорится, что он "вступает в силу с 1 апреля 2014" года, для этого его должен подписать председатель правительства Дмитрий Медведев.

Многим документ кажется абсурдным настолько, что вероятность его принятия даже не рассматривается всерьез. Действительно, по данным ГК "Бюро", в 2012 году доля импортной медтехники в России превысила 80%. То есть доля российского производства крайне невелика, чтобы всерьез говорить о полном импортозамещении. Однако проект рассматривает не весь объем закупок, а только около 10%, где есть отечественные аналоги. Тем не менее и этой десятой доли достаточно, чтобы увидеть в проекте массу подводных камней.

Законодательно ограничить импорт медтехники в целях защиты внутреннего производителя — давняя навязчивая идея Минпромторга.

Попытка номер три

Продвигать свою инициативу Минпромторг начал еще в конце 2012 года. Был подготовлен первый проект примерно такого же постановления, запрещающего доступ к торгам для иностранных производителей и требующего локализации производства. Перечня медоборудования, на которое распространяется ограничение, в проекте не было.

Спустя месяц, в начале 2013 года, состоялся экспертный совет в ФАС, на котором заинтересованные стороны обсуждали проект. "Минпромторг был уверен в своих силах, в ведомстве говорили, что проект подпишут уже в феврале 2013-го,— рассказывает на условиях анонимности один из участников обсуждения.— Однако этого не случилось, в частности, ФАС решила, что это ограничение конкуренции, и проект отправился на доработку".

В июле 2013-го проект постановления всплыл вновь. Перечня изделий, подпадающих под запрет, в нем по-прежнему не было. На этот раз проект зарубило Минэкономики, сформулировав основные претензии так: непрозрачность формирования перечня запрещенных изделий, чересчур короткие сроки, установленные для локализации зарубежных производств, некомпетентность Минпромторга в вопросах здравоохранения.

На обсуждении проекта в конце 2013 года против высказался Минздрав, утверждает один из участников событий (официальных подтверждений нет). "С конца 2013 года проект, по нашей информации, находился на стадии доработки в Минпромторге,— рассказывает представитель ассоциации международных производителей медицинских изделий Imeda Ольга Мелешко.— В течение нескольких месяцев никаких публичных обсуждений не проводилось, однако в марте инициатива довольно неожиданно всплыла вновь, на этот раз с перечнем медизделий".

Инкубаторы интенсивной терапии для новорожденных, импорт которых может быть запрещен, в России производит только одна компания
Фото: Сергей Михеев, Коммерсантъ

Полярная реакция

Снижение качества, повышение цен, картельные договоренности монополиста, снижение уровня сервиса — со всем этим может теперь столкнуться медицина, предупреждает Imeda.

"Объемы локального производства пока не могут в полной мере удовлетворить спрос на высокотехнологичное оборудование",— говорит старший вице-президент, глава Philips "Здравоохранение" в России и СНГ Арман Воскерчян.

Российские же производители считают эти претензии необоснованными и само постановление бурно поддерживают.

"Проблему для лечебных учреждений представляет все возрастающий объем импортного оборудования низкого качества по демпинговым ценам, без сервисной поддержки, поставляемый неизвестными поставщиками,— возмущается представитель ЗАО "Медицинские технологии Лтд" в официальном комментарии.— Хоть среди этих медизделий (имеются в виду включенные в перечень Минпромторга.— "Деньги") проблема некачественных МИ, поступающих из-за рубежа, будет решена. Такова идея и смысл постановления".

Правда, Елена Чиркова, генеральный директор компании BD, которая занимается производством расходных материалов, например шприцов, игл, катетеров, утверждает, что "российские аналоги" по многим пунктам — это на самом деле низкокачественная китайская продукция.

"Формально, например, в России выпускают аналоги одноразовой немецкой хирургической одежды,— делится с "Деньгами" на условиях анонимности врач-кардиолог.— Проблема в том, что одежда отечественного производства пропускает биологические жидкости, так что вряд ли ее можно считать полноценной заменой импорта".

Упреки в низком качестве российского медоборудования в "Медицинских технологиях" отвергают: "В постановлении прописаны специальные дополнительные требования по качеству, которым должны соответствовать российские МИ, подпадающие под постановление. Главное — такие МИ должны производиться на российских предприятиях, на которых внедрена международная система менеджмента качества".

В "Медицинских технологиях", кроме того, уверены, что ограничения конкуренции не произойдет, поскольку в перечень были включены только те медизделия, по которым существует не менее двух аналогов. Однако в самом документе о таком критерии отбора ничего не говорится. И если сопоставить перечень из проекта и общий перечень медицинского оборудования, которое делают в России, составленный тем же Минпромторгом, выяснится, что по некоторым пунктам российский аналог — единственный. Например, это справедливо для ангиографов и инкубаторов интенсивной терапии для новорожденных.

Как сообщили в пресс-службе НИПК "Электрон", единственного производителя ангиографов в стране (по данным Минпромторга), сегодняшняя загрузка мощностей компании не превышает 30%, "что говорит о том, что мы способны обеспечить как существующий, так и потенциальный спрос".

Удовлетворять спрос российского рынка можно будет также за счет медоборудования Белоруссии и Казахстана. Однако, как рассказал специалист отдела маркетинга белорусской компании "Медин" Олег Долгопят, в Белоруссии производят в основном медицинскую мебель и простые медизделия. Почти все диагностическое оборудование, рентгены и прочие технологичные приборы страна импортирует из Германии, США, Японии и Южной Кореи. Единственная мера поддержки отечественного производителя в стране, по словам Долгопята,— это ценовая преференция в 15-25%. То есть в конкурсе на получение госзаказа белорусская компания выиграет, даже если ее цена будет на 15-25% выше, чем у иностранного производителя.

В России подобная мера тоже работает — ценовая преференция составляет 15%.

Об успехах Казахстана в области производства высокотехнологичных медицинских изделий также ничего не известно.

"Можно предположить, что (благодаря постановлению.— "Деньги") в стране будут созданы дополнительные условия для развития новых инновационных партнерств западных и отечественных компаний, для локализации производства в России",— обнадеживает пресс-служба НИПК "Электрон".

Однако зарубежным производителям это предположение представляется ошибочным: после введения запретительных мер, убеждены они, желающих локализовать производство в России станет еще меньше.

Врачи отказываются считать аналогом немецкой российскую хирургическую одежду, которая пропускает биологические жидкости
Фото: PhotoXpress

Ускользание локализации

Philips в России производит томографы в партнерстве с НИПК "Электрон", General Electrics в партнерстве с "Медицинскими технологиями" выпускает компьютерные томографы и ультразвуковые сканеры. Свой завод в Подмосковье открыл Hartmann. В "Стратегии развития медицинской промышленности до 2020 года" говорится, что локализованное производство на территории России имеют еще три компании — Fresenius Medical Care, 3М, Schott.

По данным "Стратегии", ряд компаний сформулировал долгосрочные планы в отношении России, включив в них программы локализации только в последние два-три года. Об инвестиционных планах в России в области медицинских изделий объявили Siemens, Johnson & Johnson, IBA. "Активность иностранных компаний в области локализации производства нельзя назвать высокой",— констатируют авторы "Стратегии".

Это при том, что российский рынок растет высокими темпами: в 2006-2012 годах, по данным ГК "Бюро", его объем увеличивался в среднем на 30% в год. Среднегодовой темп прироста мирового рынка — всего 4,4%.

Например, фармацевтические производства более активно локализуются в России, приводят пример в одной из западных компаний: они работают с конечным потребителем, то есть могут более или менее прогнозировать спрос. А медоборудование в России закупает государство. "Оно, как вы видите, в своих решениях непредсказуемо",— разводит руками представитель компании.

По словам гендиректора Hartmann Юрия Калабина, есть и другие причины того, что у большинства компаний локализация в России не вызывает большого энтузиазма: это трудности в регистрации локальных медизделий, недостаток качественного сырья местного происхождения, отсутствие налоговых льгот.

Меры, принятые Минпромторгом, могут "помешать привлечению иностранных инвестиций в РФ и развитию локальной медицинской промышленности", деликатно поясняют в пресс-службе Philips. В проекте постановления требуется, чтобы доля российских комплектующих в продукте составляла не менее 50%. В томографах Philips, произведенных на территории России, эта доля составляет порядка 30% (по данным НИПК "Электрон"). Как проект постановления отразится на Philips, в компании пока не понимают.

В Hartmann прогнозируют, что в случае принятия постановления компания может потерять около 1 млрд руб. из годового товарооборота и будет вынуждена сократить около ста сотрудников. "До появления проекта постановления у нашей компании были далеко идущие инвестиционные планы по дальнейшей локализации производства в России,— говорит Калабин.— Однако в этих условиях станет очень сложно, а скорее, невозможно продолжать работу по реализации наших инвестиционных проектов".

По оценкам Минэкономразвития, на локализацию на территории России, начиная от согласования планов со штаб-квартирами и заканчивая организацией производства, у международных компаний может уйти не менее трех лет. Hartmann, в частности, потратил пять лет, столько прошло между принятием решения и открытием производства в России.

"Такое впечатление, что Минпромторгу просто без конца жалуются российские производители на свое плачевное положение, поэтому идея живет",— язвит в неофициальной беседе представитель одной из западных компаний.

Однако теперь проект может быть подан под другим соусом. "Доля рынка отечественных производителей в 16% в условиях сегодняшней сложной геополитической ситуации создает угрозу национальной безопасности страны",— пишут "Медицинские технологии" в своем официальном комментарии. А когда речь о безопасности страны, больные, понятно, могут и потерпеть.

Жертвы медаппаратной борьбы