Оригинал материала
Средство для розжига
Язык ненависти довёл не только до Киева
Сеять ненависть и оформлять её – это не одно и то же. То, что происходит сегодня в России, скорее напоминает оформление ненависти, её систематизацию. Это почти научный подход. Агрессия, ненависть и прочие смежные импульсы и чувства долго пропадали без дела или расходовались вхолостую. И вот наконец нашёлся повод пустить их в ход.
Джус ван Краесберг. «Искушение святого Антония» (1650).
«Империализм - это бодрость и здоровье нации»
Существует ёмкое определение ненависти, приписываемое американскому писателю Амброзу Гвиннету Бирсу: «Ненависть – месть труса за испытанный страх». Определение хоть и ёмкое, но всё равно неполное. Месть труса – хорошо сказано, но ненавидеть умеют не только трусы.
То, что происходит сейчас с Россией, можно назвать матчем-реваншем. У каждого свой матч. Десятки миллионов людей долгие годы переживали утрату. Кто-то переживал утрату страны, в которой родился, кто-то о стране не жалел, но когда на глазах творится несправедливость – трудно не переживать. А несправедливостей за последние десятилетия накопилось немало.
Левые, правые… У всех есть повод не только для недовольства, но и для более сильных чувств. Это огромная сила. Нерастраченная отрицательная энергия. На бытовом уровне агрессия в России проявляется постоянно. Но всё это мелко.
И вот наконец появился повод объединить эту ненависть, обратив её на врагов – внутренних и внешних.
Правильнее было бы сказать: ненависть – месть обиженных за испытанный страх.
В России действительно полно обиженных, причём обиженных несправедливо. Надежд на восстановление справедливости у них осталось немного. И вот будто бы появляется возможность одним махом компенсировать многие свои обиды. Отыграться за всё разом.
При этом важно, что ничего особенного делать не надо. Большинству даже коллективные письма в поддержку власти подписывать необязательно. Надо всего лишь обернуть в себе дремлющее чувство ненависти в нужную сторону.
Характерно, что когда в России взрывались многоэтажные дома, когда захватывались сотни заложников, столь сильного заряда ненависти российским властям подготавливать не требовалось. Ограничивались пятиминутками ненависти.
Сегодня пятиминуток оказалось мало. Появились претензии на пятилетки ненависти. В воздухе витает слово «война».
Когда Пушкин писал «есть упоение в бою», то он постарался объяснить эту смертельную тягу:
Всё, всё, что гибелью грозит,
Для сердца смертного таит
Неизъяснимы наслажденья -
Бессмертья, может быть, залог!
Но в комплект под названием «война» обязательно должны входить враги. Без врагов война невозможна. Враг – необходимое условие.
Настроение многих жителей России, пожалуй, наиболее точно выразил недавно Эдуард Лимонов, написав текст, который назвал «Проповедью за войну»: «Я за войну, я за присоединение территорий, я за отъём тех городов и областей, которые у нас обманом забрали в 1991 году... Империализм - это бодрость и здоровье нации. Пацифизм же – согбенная, покорная сдача врагу земли и населения - есть закат для нации, её конец, жест мазохистского отчаяния и трусости».
Здесь важно, что Лимонов не скрывается за мирной риторикой. Он не боится, что его обвинят в пропаганде войны. Глупо бояться, потому что это уже не частное мнение сидящего в подполье немолодого национал-большевика. Сегодня это уже не в подполье, а на поверхности – носится в воздухе. Многие действительно жаждут крови. Так когда-то одобряли лечебное кровопускание, избавляющее от «дурной крови».
Однако, чтобы почувствовать бодрость и здоровье, людям, подобным Лимонову, необходимы не просто враги, а смертельные враги. Здесь одними препирательствами и словесными уколами не обойтись.
Есть такая профессия - Родину развращать. Пропаганда ненависти и войны – это всего лишь начало.
Другой создатель национал-большевистской партии Александр Дугин, поддерживающий нынешнюю российскую власть не менее активно, чем Лимонов, подошёл к теме войны с противоположной стороны.
«Единственная страна, которая сегодня не хочет войны, – это Россия», - утверждает он.
Но, в сущности, Дугин говорит то же самое, что и Лимонов, только для другой аудитории. Дугин вещает о грядущей войне как о деле закономерном, законном и почти что решённом. К будущей войне, даже если она не случится, надо прежде привыкнуть, а для этого следует говорить о ней почаще. Такова, видимо, их логика.
То, что декларирует в последнее время Дугин, излагают и многие другие, но Дугин делает это наиболее откровенно. Он в прохановской газете «Завтра» прямо пишет: «Украинская хунта в Киеве также нуждается в войне - чтобы оправдать и скрыть все злодеяния, юридического, конституционного и уголовного характера, совершенные во время Майдана, а также чтобы приостановить демократию, чему препятствуют юго-восточные, в основном пророссийские районы, и позволить установить националистическую диктатуру внепарламентскими средствами».
И уж конечно, он пишет, что война необходима Западу. Без войны Запад якобы пропадёт.
Послушаешь Дугина с Лимоновым и подумаешь, что войны сегодня жаждут все. Но это не так.
Хотя, конечно, язык ненависти до Киева уже довёл, и в России за последний месяц ковровых телевизионных обстрелов прибавилось граждан, уверенных в том, что на улицах Киева русских сегодня линчуют, как негров в Луизиане в ХIХ веке.
Людям, скорее, свойственна позиция оказаться у «бездны мрачной на краю», но никуда не падать. Пощекотать нервы себе и другим. Ненависть в таких случаях чрезвычайно уместна. Но ненависть не парашют, от падения в пропасть она не спасёт.
«Дело чести и принципа – загубить им их выборы»
Публицисты-империалисты, оттолкнувшись от путинских слов о национал-предателях, уже две недели развивают эту нехитрую мысль в разные стороны. Александр Проханов написал, что идентификация национал-предателей «превращает все так называемые антивоенные марши, митинги на Болотной, бесчисленные либеральные инициативы в инструмент подрывной деятельности».
В общем, если ты проявил какую-нибудь «либеральную инициативу» - значит, подписал явку с повинной, сознавшись в том, что занимаешься подрывной деятельностью. Упрощение – дальше некуда. Такое упрощение возможно только в условиях войны. Война – это ведь не только атаки и обстрелы. Это ещё и военные трибуналы. Война – это скорый суд, где некогда разбираться. Война – отличный способ свести счёты в дымовой завесе. Выстрелить в спину.
Один из ведущих специалистов по изучению человеческой и особенно животной агрессии нобелевский лауреат Конрад Лоренц когда-то написал: «Нет любви без агрессии, но нет и ненависти без любви». Осталось определиться, к чему эта любовь обращена.
Лоренц о том, что такое агрессия и ненависть, знал не понаслышке. Он сам когда-то был фашистом.
Проще всего понять эту новоявленную любовь через ненависть как оборотную её часть. Имеется в виду любовь к чему-то большому, сильному, к тому, что поможет укрыться обиженным как за каменной стеной. Назовите это империей – и не ошибётесь. Ведь империя изначально всего лишь власть (от лат. imperium – власть).
Чего не хватало России последние десятилетия? Власти. Не империи, а просто власти, когда сказано – сделано, а сделано – отвечай. Удивительным образом люди, постоянно называвшие себя государственниками, ослабляли наш государство, разлагали его изнутри, испепеляли Закон. Но когда впереди замаячила пропасть, они выбрали единственно для них возможный и поэтому очень опасный путь. Они использовали сильнодействующее средство, продемонстрировав в Крыму imperium (власть). Вскрыли до этого неприкосновенный запас imperium, хранившийся «на случай войны». Кажется, такой случай настал.
И обиженные почувствовали власть. Это был реванш за тысячи крупных и мелких обид.
Никакого порядка, конечно же, не наступило. Бездна стала ещё ближе, но появилась иллюзия власти.
Сегодня российские империалисты точно знают, что делать. Кремль подарил им врага – Украину, а главное - тех, кто украинцам в России и в мире сочувствует.
«Дело чести и принципа – загубить им их выборы», - как написал в очередной проповеди Эдуард Лимонов.
Лимонов, да и все остальные империалисты отлично понимают, что украинские выборы, если они состоятся, откладывают войну на неопределённый срок.
План же империалистов таков: «Вместо выборов подготавливайте областные отдельные референдумы и с их решением обращайтесь к России, требуя воссоединения. Если Россия струсит и откажет, создавайте государство Новороссию. Государство Украина в таком виде, как сегодня, никому, кроме Яценюков, Ярошей и Тимошенки, не нужно. Это плохое государство, это недоброе государство. Такова моя проповедь от 29 марта 2014 года. Я - Эдуард Лимонов».
Примерно то же самое написал и беглый украинский президент Виктор Янукович. Он не мог прямым текстом сказать «уничтожайте Украину и создавайте Новороссию», но его призывы к проведению региональных референдумов направлены как раз на это.
Однако невозможно, хотя бы мысленно, уничтожить соседнее государство, если намертво не вбить в свою голову образ врага. По этой причине Российское государство с невиданной частотой показывало окружающему миру язык вражды – пресловутый hate speech. Средством для розжига, конечно же, стали СМИ.
Но если бы не пропадавшая даром ненависть, то поджигать бы оказалось нечего. Однако ненависть уже была, она уже лилась через край. Требовалось лишь направить её в нужное русло, подальше от Кремля.
«Путин является преемником Сталина»
Но одной ненависти мало. Требуется какое-то дополнительное оправдание. Оно тоже использовалось задолго до крымских событий. В своей недавней беседе с протоиреем Всеволодом Чаплиным Александр Проханов сказал: «Меня всегда интересовало направление в современном православии, которое я условно называю православным сталинизмом».
Сталинизм часто используется как синоним безжалостности к врагам и к тем, кого назначили быть врагом. Но этого мало. Обиженные, разумеется, иногда вспоминают 1937 год как некий символ расплаты, но всё же больше им понятнее и приятнее 1945 год как символ победы. Обиженным не хватает побед. И это правда. Россия устала без побед. Этим теперь цинично пользуются империалисты. Они рассказывают сказки о будущих победах и называют победами то, что происходит сейчас.
В действительности мы продолжаем проигрывать. Мы на ровном месте плодим новых врагов и теряем друзей.
Только война могла мысленно объединить Сталина и многих белоэмигрантов. Только война, или, точнее, угроза войны, направленной на воссоздание империи, смогла объединить Путина, Удальцова, Суркова, Лимонова, Проханова, Сечина, Зюганова, Кадырова, Жириновского…
Проханов – основатель «Изборского клуба» и его председатель. Этот клуб был создан в 2012 году на Псковской земле при непосредственной поддержке администрации Псковской области. В него входят Сергей Глазьев, Александр Дугин, Михаил Леонтьев, Юрий Поляков, архимандрит Тихон Шевкунов, Максим Шевченко и другие «мыслители».
В программной статье «Замковый камень Российской государственности», опубликованной на официальном сайте «Изборского клуба», Александр Проханов чётко обозначает истоки путинизма: «Исследуя быстротечную смену элит, приходим к выводу, что Путин не является преемником Ельцина. Но является преемником Сталина. Всё та же виртуозно проведённая схватка с космополитической партийной средой и замена её Орденом меченосцев - партией нового типа».
Но меченосцы – орден воинственный. Иначе зачем им мечи? Когда вы начинаете ощущать себя меченосцами, вы вступаете на тропу войны, и вас по ней несёт. Кому война, а кому Одесса-мама и Ростов-папа.