Рубль вернулся в 2010 год

Но роста цен в стране еще не отыграл

Реальный эффективный курс российского рубля за первый квартал снизился на 8,5% к уровню начала апреля прошлого года, а только за последний месяц – на 6,2% к уровню декабря. Такие данные представил на этой неделе Центральный банк России.

В отличие от номинального обменного курса, определяемого по итогам биржевых торгов, при расчете реального эффективного курса рубля учитывается разница в текущих темпах роста цен в России и странах, являющихся ее основными торговыми партнерами, – пропорционально доле каждой из них.

В перечне Банка России таких стран указывается 36. В целом их доля составляет 88,7% общего внешнеторгового оборота страны (ЦБ ссылается на данные таможенной статистики за 2012 год), хотя основные его объемы приходятся на первую десятку.

Если цены в одной стране растут быстрее, чем в тех, с которыми она торгует, то и стоимость ее валюты должна меняться соответственно, чтобы сохранять конкурентоспособность национальной экономики по отношению к экономикам торговых партнеров

Так, совокупная доля трех ведущих торговых партнеров России – Китая (~ 12%), Нидерландов (11%) и Германии (10%) – составляет почти одну треть. Если добавить доли трех следующих стран – Италии и Украины (по 6%), а также Белоруссии (5%), то общая доля вырастет уже до 50%. За ними следуют Турция (4,6%), Япония (4,2%), США (3,8%) и Польша (3,7%). В итоге на долю десяти этих стран приходится две трети общего объема внешней торговли России – почти 67%.

При этом только в Турции текущие темпы роста потребительских цен превышают российские. Во всех остальных, включая – пока – и Украину, они остаются намного ниже. Такая разница и становится принципиальной для динамики реального эффективного курса рубля.

Этот курс призван показывать динамику общей конкурентоспособности страны на фоне ее ведущих торговых партнеров, поясняет главный экономист по России и СНГ голландского банка ING Дмитрий Полевой. По его словам, при наличии сразу нескольких теоретических подходов, связывающих динамику валютного курса с темпами инфляции, общая идея проста: если цены в одной стране растут быстрее, чем в тех, с которыми она торгует, то и стоимость ее валюты должна меняться соответственно, чтобы сохранять конкурентоспособность национальной экономики по отношению к экономикам торговых партнеров.

Это, собственно, и происходило с рублем в последние 10-15 лет, добавляет главный экономист “Номос-Банка” Кирилл Тремасов. Например, в середине “нулевых” годов инфляция в России намного превышала рост цен в развитых странах, тогда как курс рубля, наоборот, укреплялся на фоне тогдашнего оптимизма инвесторов в отношении российской экономики и притока в страну капитала.

Реальный эффективный курс рубля определяет, скорее, конкурентоспособность российских компаний не на зарубежных рынках, а на внутреннем, где их продукции приходится конкурировать с импортными аналогами

“Но как только эти настроения остались в прошлом, все встало на свои места, – продолжает Тремасов. – Рубль девальвировался, компенсировав разницу в темпах роста цен”.

Очередное затяжное ослабление рубля, как и валют многих других крупных развивающихся стран, началось в конце мая прошлого года, когда Центральный банк США впервые объявил о планах поэтапного сокращения им финансового стимулирования американской экономики. Объемы этих стимулов оставались прежними до конца года, но за это время – только на ожиданиях – начавшийся отток капитала из развивающихся стран привел к девальвации их валют на 15-25%.

Российский рубль с тех пор подешевел к доллару в целом на 13%. При этом его реальный эффективный курс, после очередных максимумов, достигнутых к середине прошлого года, снизился теперь до уровней осени 2010 года, отмечают аналитики банка ING.

Безусловно, здесь в полной мере проявился главный из факторов, определяющих краткосрочные колебания валютного курса – отток из страны капитала, резко ускорившийся теперь на фоне событий на Украине. Так, если еще во втором квартале 2013 года объем чистого оттока капитала из России, по данным Центрального банка, составлял 4,7 млрд долларов, в третьем квартале – 9,6 млрд, то в четвертом – уже 17,8 млрд. А в течение января-марта 2014 года отток капитала превысил его приток в страну на 50,6 млрд долларов. За последние 10 лет большим он был лишь однажды – в четвертом квартале 2008 года, на пике финансового кризиса – 132 млрд долларов.

Рубль, скорее, недооценен по паритету покупательной способности по отношению к валютам индустриально развитых стран. Это является следствием низкой эффективности российской экономики, уровня производительности труда в стране

Тем не менее даже такое падение курса еще не отыграло “конкурентной” разницы в темпах роста цен, полагают в банке ING. “Наши оценки показывают: чтобы реальный курс рубля, как минимум, не укреплялся, к концу года он должен составлять по отношению к валютной корзине приблизительно 43 рубля, а в 2015 году – 44 рубля”, – говорит Дмитрий Полевой. Нынешний курс – около 42 рублей.

Чтобы, исходя из этого, оценить, например, “конкурентный” курс рубля отдельно к доллару, необходимо определить, какое именно соотношение доллар/евро закладывается в расчеты, продолжает Полевой. Если нынешнее (1,37-1,38 доллара за евро), то “конкурентный” курс рубля к доллару может составлять к концу года примерно 36,5-37 рублей. Если же согласиться с предположениями рынка о том, что доллар будет дорожать и к концу года может достичь уровня 1,3 за один евро, то “конкурентный” курс рубль/доллар снижается до 37,5-38 рублей.

“Конечно, это всего лишь прогнозы, – поясняет Дмитрий Полевой. – Будет ли рынок исходить только из такого рода предположений, то есть динамики реального эффективного курса рубля, или большее влияние на него окажут иные факторы?”

Даже если влияние “иных” факторов, включая политические, и окажется умеренным, возникает дополнительный базовый – ускорение самой инфляции в России на фоне девальвации рубля, что вновь увеличило отрыв от других стран. Если еще в январе годовые темпы роста потребительских цен составляли в России 6,1%, в феврале – 6,2%, то в марте – уже 6,9%.

“Справедливая” стоимость национальной валюты – вопрос сложный и с теоретической точки зрения, и с практической, говорит Кирилл Тремасов. Но все же эксперты, как правило, сходятся в том, что исчисляется она исходя из паритета покупательной способности, но – с поправкой на производительность труда в сравниваемых странах.

Как только эти настроения остались в прошлом, все встало на свои места – рубль девальвировался, компенсировав разницу в темпах роста цен

По словам Тремасова, большинство исследований показывает, что рубль, скорее, недооценен по паритету покупательной способности по отношению к валютам индустриально развитых стран. Это является следствием низкой эффективности российской экономики, уровня производительности труда в стране.

Тот же “индекс БигМака”, регулярно представляемый британским еженедельником The Economist, показывает, что курс рубль/доллар должен быть на уровне 15-20 рублей, примерно такие же оценки дают и более сложные расчеты, продолжает Тремасов. Но достичь этого уровня рубль сможет лишь в том случае, если производительность труда в России сравняется с производительностью труда в США. “Пока же, к сожалению, по ряду отраслей российская экономика по производительности труда отстает от американской в разы! И при столь удручающей разнице рубль просто обречен оставаться слабым”.

Особенностью России является и структура ее экспорта: почти 80% приходится на сырье – нефть, газ, нефтепродукты или металлы и лишь 15-20% – на несырьевой экспорт, который в принципе и может конкурировать с зарубежными аналогами, добавляет Дмитрий Полевой.

“Поэтому реальный эффективный курс рубля определяет, скорее, конкурентоспособность российских компаний не на зарубежных рынках, а на внутреннем, где их продукции приходится конкурировать с импортными аналогами”.