Есть такая бонапартия

Американцы ищут путинские миллиарды в швейцарских банках, а депутат Мизулина – образы детской порнографии в интернете. В сгоревшей машине бандеровцев под Славянском обнаружены несгораемые доллары и визитки Дмитрия Яроша. Лидер таинственной "женской сотни" Майдана Ирма Крат лично пытала антимайдановцев и расстреливала солдат "Беркута", но ее хорошо кормят в том же Славянске, и она когда захочет может вернуться домой. Кроме того, Жириновский опять извинился, на сей раз перед журналистками, которых он закошмарил в ходе пресс-конференции.

Новости последних дней потрясают воображение, но Владимир Вольфович, конечно же, затмевает всех. И Путина, и Яроша, и славянских боевиков с их каждодневным эксклюзивом, который они сливают через газету "Жизнь". Ибо все эти драматические сюжеты меркнут на фоне подлинной трагедии Жириновского. Он сам, буквально вот этими руками, изгоняет себя из политики, чтобы потом, приложив немыслимые старания, попытаться загладить свою вину.

В первый раз это случилось около полугода назад, когда Владимир Вольфович, щедро подливая бензинчик в межнациональный костер после бирюлевских погромов, призвал обнести Северный Кавказ колючей проволокой. На него тогда обиделись многие, включая Рамзана Ахматовича и Владимира Владимировича, и обида была настолько сильной и страшной, что пришлось просить прощения. В первый раз на нашей памяти. Быть может, впервые в жизни.

Теперь вот основатель и бессменный лидер ЛДПР снова явился перед россиянами, головою повинной тяжел. Он, понимаете ли, "немножко грубо поговорил, ответил девушке", тогда как "старший возраст должен мудростью закрывать любые эмоции". Повод для извинений имелся, и весьма серьезный.

Беда ведь не в том, что Жириновский оскорбил девушек, среди которых оказалась беременная, или пытался натравить на них своих "придурков". Беда в том, что Владимир Вольфович разучился правильно понимать время, в которое живет, и, раскрепощаясь в обычном своем стиле, начал допускать непростительные политические ошибки. Он принялся вдруг разжигать рознь между Кадыровым и Путиным, как это было в прошлый раз. Или покушаться на духовные скрепы, выкрикивая накануне Пасхи «Христос воскресе» и далее по тексту, который неловко повторять.

Что происходит с Владимиром Вольфовичем?

Со стороны поглядеть, так он устраивает себе прилюдное политическое харакири. Подуставший к концу карьеры от своей дозволенной оппозиционности, он неожиданно увлекся богоборчеством и, что еще опаснее, стал огорчать президента. Впрочем, объяснить это можно и по-другому. Утомленный победами, заскучавший от политических интриг, Жириновский раз за разом учиняет аттракцион неслыханной смелости под девизом: что мне еще не под силу? Мол, совершу какую-нибудь фантастическую, к тому же антигосударственную мерзость, потом извинюсь сквозь зубы - и вот увидите: ничего мне за это не будет.

В самом деле, извинениями дело не ограничилось. Уличенный чуть ли не всей Думой в безобразном поведении, вождь ЛДПР не только высказался насчет своего возраста и присущей ему мудрости. Вчера от обороны он перешел к нападению.

Выступая на заседании Госсовета в Кремле, Владимир Вольфович поделился с собравшимися своей родословной. И тут обнаружилась поразительная вещь: у него, согласно данным анализа ДНК, проведенного в американской лаборатории, оказались «общие корни» с ученым Альбертом Эйнштейном и полководцем Наполеоном Бонапартом. О чем Жириновский и сообщил присутствующим под камеры информационных агентств.

Это был сильный ход, как говаривали в прежние времена. Одновременно Владимир Вольфович обнародовал ряд посланий, отправленных по разным адресам. Так называемому обществу он дал понять, что с ним все в порядке. Хожу, мол, в совет благочестивых как ни в чем не бывало и несу веселую околесицу, беседуя с самим президентом. Граждан верующих он как бы попросил не гневаться: сами же видите, православные, что я совсем головой двинулся, однозначно в одной палате с Наполеоном лежу, и надо быть очень жестокими людьми, чтобы отгонять меня от думской кормушки. А Путину Жириновский послал особый сигнал.

Потрясая родословным древом, он указал президенту на необходимость бережной работы с кадрами. Дескать, много ли у вас, Владимир Владимирович, верных старых соратников, чьи предки способны прямо из головы выдумать теорию относительности и влегкую присоединить к себе Европу? Подумайте, пожалейте, не горячитесь.

Путин этих изысканных извинений не принял.

Быть может, он не захотел опять умирать под Москвой. Или, упомянув американцев, Жириновский вновь допустил политическую ошибку, тогда как следовало призвать в свидетели отечественных аналитиков ДНК. Во всяком случае, Владимир Владимирович отразил удар, указав Владимиру Вольфовичу на то, что не стал бы обращаться к американским генетикам, и добавил, что его пращуры «работали на селе». Случившийся рядом Зюганов сообщил, что его предки тоже были из крестьян, и Жириновский остался в одиночестве.

Вероятно, это приговор. Нет, я не хочу сказать, что уже завтра Жириновского отправят к праотцам, то есть на пенсию. Скорее всего до 70-летнего юбилея, то есть годика два, ему еще дадут поработать, хотя тоже не факт. Все-таки своими выходками он явно достал верховную власть, перестав понимать, что можно, а чего нельзя делать в обновленной России. Он утратил главное свое, драгоценное качество: предсказуемость в мерзостях. Он постарел и устарел, а в спину ветерану уже дышит новое поколение либерал-демократов местной выделки, и каждый из них на свой лад Жириновский, взять хоть Дегтярева. Они не повторят ошибок дряхлеющего вождя и, салютуя под его портретом, еще выше поднимут и еще дальше понесут пробитое пулями и облитое соком знамя российской либерал-демократии. Строго соблюдая основные пункты договора, заключенного в прошлом тысячелетии между Жириновским и теми, кто его породил и ныне властвует.