Оригинал материала
Россия как боль Обамы
Обама должен себе признаться: "No, we can’t" в том, что касается России, – "Мы не можем"Похоже, что действия Москвы потрясли самые основы вселенной, в которой обитал политик Обама; что для него это колоссальный шок. Ведь он пришел в Белый дом с лозунгом "Yes, we can!" ("Да, мы можем!"), означавшим не только реформу здравоохранения и попытку выстроить новые отношения социального сотрудничества внутри страны, но уход от прежних конфронтаций с трудными международными партнерами. Он считал, что нужно отказаться от тяжелого наследия Буша и республиканцев, уйти из Ирака и Афганистана, вообще резко сократить американское военное присутствие за рубежом. Разжать кулак, протянуть руку Ирану, перезагрузить отношения с Россией.
Обама, судя по всему, искренне верил, что его инициативы будут оценены по достоинству, что зарубежные лидеры откликнутся и готовы будут эту протянутую руку пожать. Теперь же выяснилось, что в этой позиции Москва увидала признак роковой слабости, которой грех не воспользоваться. В одной из предыдущих своих колонок, написанной еще в конце февраля, я предположил, что есть надежный способ превратить Обаму из убежденного "голубя" в политического "ястреба": это произойдет в том случае, если Россия осуществит военное вмешательство в украинские дела. Писал колонку и надеялся, что этого на самом деле не случится. Но случилось.
И вот теперь происходит и предсказанное превращение. Оно идет медленно, постепенно и крайне болезненно. Обама должен себе признаться: "No, we can’t" в том, что касается России, – "Мы не можем". Мечта оказалась наивной. И эту наивность, конечно, не собираются прощать президенту его политические противники. Они надеются, что российский фактор сыграет большую роль на следующих президентских выборах.
В последние дни в Лондоне, как и везде на Западе, очень много говорят о происходящем. Пообщавшись с видным британо-французским банкиром, режиссером-кинодокументалистом и директором крупной медийной компании, суммирую их мнения: события вокруг Украины будут иметь далеко идущие и долгоиграющие последствия для всего мира.
Например, вполне вероятно, что своими действиями Москва "выбрала" следующего американского президента – им будет, скорее всего, республиканец, близкий по взглядам к сенатору Маккейну, выступающему за жесткую конфронтацию с Россией. А значит, новой холодной войны, нового "железного занавеса" не миновать. Равно как и новой гонки ядерных вооружений с соответствующими тяжелыми последствиями для международного мира и безопасности.
Во-вторых, российский президент определил стратегическое направление развития мировой энергетики, "принудив" западных лидеров всерьез озаботиться срочным поиском альтернативных источников, позволяющих отказаться от российских нефти и газа.
В-третьих, Владимир Путин вдохнул новую жизнь в НАТО, организацию, которая начала уже было терять смысл своего существования. Рыцарям холодной войны, все эти десятилетия призывавшим Запад опомниться, не верить ни Горбачеву, ни Ельцину, утверждавшим, что Россия при любом правительстве – главный экзистенциальный враг западной цивилизации, впору ставить памятники российскому президенту. Еще недавно они воспринимались как диковинные маргиналы, над ними тихонько посмеивались. Сегодня они торжествуют, говорят: мы оказались правы!
Но не одни только профессиональные "антисоветчики" задумываются, не пора ли потихоньку начать ремонтировать заросшие травой бункеры и атомные убежища. Возможно, главная глобальная угроза – никакой не исламский фундаментализм и не экономический кризис, и даже не изменение климата, а все та же Россия. С этим, правда, не все согласны. Например, Тони Блэр на этой неделе обратился к западным лидерам со страстным призывом "отодвинуть в сторону" противоречия с Россией и Китаем и сконцентрировать все силы на противодействии терроризму, имеющему ближневосточные корни.
Так или иначе, но нынешний российский президент прочно и мощно вошел в историю. С этим согласны были все мои собеседники. Но с каким знаком? Неужели его устраивает геростратова слава?
Андрей Остальский – лондонский журналист и политический комментатор
Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции