Конгресс, диалог и «домик друзей»

Честно признаюсь, затея конгресса «Украина-Россия: диалог» мне показалась странной. Уже в тот момент, когда Ходорковский выступил с лекцией в Киеве в марте, и сказал, что такой конгресс необходим, сомнения зашевелились - не поздновато ли налаживать культурный и интеллектуальный диалог? Не является ли активность МБХ в Украине просто попыткой красиво войти в политику?

Нет, понятно, что нужно что-то делать, может быть, кого-то и устроит, если Россия и Украина рассорятся навеки, но вот, например, для меня как для невольного космополита нынешняя ситуация невыносима - паспорт у меня российский, живу я в Киеве, чувствую себя хорошо и свободно везде, говорю по-русски и по-украински. А если две страны разорвут всяческие отношения? Мне-то что тогда - разорваться тоже? И это ведь только мои мелкие частные переживания. А есть ведь и глобальные угрозы - и для России, и для Украины и для всего мира. И уже кажется, что нет такой силы, которая этот ужас остановит, вразумит всех и прекратит распри. Вся надежда на культуру? А что она может, культура эта, сегодня, вот когда стреляют уже и делят, и перетягивают...

И с момента объявления о том, что конгресс таки пройдет в Киеве в апреле, вопросов только прибавилось. Почему так срочно? - лекция была 10 марта, конгресс - 24-26 апреля. Зачем на пасхальной неделе? Почему именно в Киеве, а не, скажем, в мультикультурной Одессе, или во Львове, или в Виннице, или в Днепропетровске и т.д.? Почему именно 300 человек - что это за «триста спартанцев» такие? и где взять столько интеллектуалов с обеих сторон, и какой может получиться вообще разговор, когда такая толпа, а времени мало, а украинская и российская стороны, к тому же, почти совсем не знакомы друг с другом. Это, увы, правда. В комментариях, которые мы собрали во время мероприятия, и украинцы, и россияне рассказывали, что для них, прежде всего, важно было познакомиться, т.к. за более чем 20 лет с момента распада Союза мы как-то почти перестали интересоваться соседями - чем живут, к кому прислушиваются, и как у них вообще все устроено… Более-менее хорошо знакомы оказались правозащитники и журналисты. Украинцы, кстати, знали некоторых российских писателей и ученых (спасибо СМИ, книжным ярмаркам, фестивалю «Киевские лавры», Посольским вечерам и, надеемся, «Публичным лекциям Полiт.ua»). Россияне почти не знали украинских писателей и ученых. Ну, в общем, проблемы были налицо.

Кроме того, за несколько дней до начала, 18 апреля в эфире «Эха Москвы», в передаче «Особое мнение» выступил Дмитрий Быков - писатель и публицист известный как один из главных российских оппозиционеров, заявленный в числе участников Конгресса. Выступил и сказал что-то вроде того, что ехать в Киев не нужно, опасно и вредно.

Процитирую чуть-чуть: «Как будет проходить этот диалог в условиях, если в Донецке происходит стрельба. Это мне совершенно непонятно. Тем более что это будет происходить в Киеве на одной стороне. Если бы производить его в Донецке, такой диалог, может быть, это имело бы смысл. <…>Более того, не очень понимаю, как я смогу въехать в Украину, не поменяв ни пола, ни возраста. А я пока к этому не готов, там сказано, что мужчины от 16 до 60 видимо, будут иметь проблемы. <…> Каждый, кто въедет туда, почувствует себя немножко не мужчиной. Вот это мне кажется, что с украинской стороны это шаг: а) запоздалый и б) абсурдный. <…> И последнее, что мне кажется, что сейчас проводить такой форум, особенно в условиях, если не войны, то очень напряженной конфронтации, это значит сильно подставиться. <…> Бороться с режимом надо изнутри. А не извне. И при всем глубочайшем уважении к М. Б. Ходорковскому я хочу сказать, что, несмотря на свое первоначальное горячее желание поучаствовать в этом форуме, в нынешних обстоятельствах я для этого возможности не вижу. Это значит подставить сейчас всю российскую оппозицию, и обвинить ее в том, что она едет во враждующую страну. <…> В трусливости меня очень трудно обвинить, я на всех митингах свечусь и пишу то, что хочу. Но вот ставить себя сейчас в двусмысленное положение я не хочу. Все влияние Герцена закончилось в 63-м году в России, когда он не поддержал патриотическую истерику по поводу польского восстания...

Любопытно, кстати, почему Дмитрий посчитал, что это абсурдный шаг со стороны Украины, а не со стороны России (идея-то была Ходорковского) или с обеих сторон. Обеспокоенность Быкова, однако, не возымела большого действия на тех, кто собрался приехать в весенний Киев из России, чартерный рейс, который кто-то в шутку назвал «философским пароходом», благополучно прибыл, всех через границу пропустили в оба конца.

Было и еще одно опасение, кто-то его высказывал вслух, кто-то не говорил, но подумывал – насчет того, что украинцы откажутся беседовать с россиянами в нынешней ситуации – оно тоже не оправдалось. То есть, кто хотел отказаться, тот отказался. Кто-то был в это время на фестивале «Изоляция» в Донецке, кто-то не мог перенести съемки, эфиры, командировки. А Юлия Тимошенко, например, прислала приветственное обращение к Конгрессу, в котором сообщила, что ее место сейчас на Донбассе, и это, мол, понятно.

Одним словом, гости съехались в Киев из разных городов – кто из Москвы, кто из Питера, кто из Самары, кто из Львова, кто из того же Донецка, а еще из Праги, из Мюнхена и т.д. Киев встретил теплом, солнцем и цветением – как на заказ - образцово-показательные цветущие каштаны, сирень и черемуха.

Собрали всех в здании НСК «Олимпийский» (заодно я и посмотрела стадион, отстроенный заново к Евро-2012 – красиво), участники жили по соседству – в «Президент-отеле» - 10 минут медленным ходом, удобно.

С российской стороны было 2 организатора: Русский ПЕН-центр (президент Людмила Улицкая) и организация «Открытая Россия», возглавляемая Ходорковским. С украинской – гражданское движение «Третья украинская республика» под руководством Юрия Луценко, экс-министра МВД Украины, отбывавшего срок за «злоупотребление служебным положением». То есть под приглашениями на мероприятие стояли 3 подписи, из них две - вполне политических фигур – Луценко и Ходорковского – их уравновешивала подпись писателя и общественного деятеля Людмилы Улицкой. Логично было бы, чтобы и от Украины был кто-то в противовес политикам, кто-то, чей авторитет и репутация не вызывают сомнений. Но, видимо, такого человека не успели или не смогли найти.

Кстати, не знаю, получилось ли реально 300 человек. Кто-то принимал участие только в первый день, кто-то во второй, а кто-то смог прибыть на пресс-конференцию в Харьков к 26-му апреля, некоторые полетели по приглашению губернатора Донецкой области Сергея Таруты прямо с конгресса в Донецк, туда же отправился после Харькова и МБХ, как раз успел выступить в кафе «Диалог» на «Изоляции» и поговорить с людьми, блокирующими здание обладминистрации.

Но в день открытия конгресса «Украина-Россия: диалог», 24 апреля к 14.00 на входе была большая толпа, и девочки-регистраторы искали бейджи, уговаривали тех, кто не нашел себя в списках, подождать, разруливали конфликты и т.п. Прессы было довольно много, но коллеги-журналисты работали «точечно»: попытались поймать до начала Ходорковского, расспросили Луценко, и дальше двинулись по узнаваемым лицам: издатель Иван Малкович, телеведущие Анатолий Борсюк и Микола Вересень, экс-министр финансов Украины Виктор Суслов, политик Борис Немцов, депутат Госдумы Илья Пономарев… Между тем, незамеченной прошла, как мне показалось, встреча диссидентов и правозащитников Евгена Сверстюка, Васыля Овсиенко и Людмилы Алексеевой. Хотя, на мой взгляд, то, как обнялись при встрече эти немолодые и действительно, уж простите за пафос, легендарные люди, было куда важнее того, что успел сказать 5-7 телеканалам Немцов. Но у СМИ, увы, свои приоритеты. Одним словом, конгресс открылся при большом стечении народу. Людмила Улицкая, писатель Дмитрий Муратов (Новая газета) и Михаил Ходорковский Иван Малкович, издатель, поэт Борис Немцов, политик, общественный деятель Васыль Овсиенко, Людмила Алексеева, Евген Сверстюк - правозащитники

Первой от организаторов выступила Людмила Улицкая – стремительно вылетела к микрофону и сказала о том, что культурное пространство выше пространства политического, а главная задача цивилизованного мира сегодня – не перемещать государственные границы, т.к. это глубоко травматический процесс. Обращалась она, прежде всего к «профессионалам, работающим в области культуры», хотя в зале было довольно много людей, которых сложно было именно так охарактеризовать. Подчеркнула, что приехавшие россияне не поддерживают политику российского государства в отношении Украины, и их сегодня гораздо больше, чем тех, кто протестовал в 1968 году против вторжения в Прагу, хотя и недостаточно для того, чтобы влиять на политическую ситуацию. Мир, по мнению Улицкой, переживает эпидемию национализма, и ни Россия, ни Украина не могут считать себя здоровыми в этом смысле. «Нам остается надеяться, что здравый смысл, единственное лекарство от национализма, одержит верх». Говорила Людмила Евгеньевна также и о том, что отношения между двумя странами нужно строить на принципах равенства и уважения, а не по схеме «старший-младший», как было принято до сих пор. Ее слова встретили дружными и горячими аплодисментами.

Журналист Екатерина Гордеева открывает пленарное заседание Выступление Людмилы Улицкой

Затем говорил Луценко. Был он не в свитерочке, как мы привыкли его видеть на Майдане, а в цивильном пиджачном костюме, но без галстука. Начал свою речь по-украински: «Сподіваюся, що багатьом переклад буде непотрібний, але організатори кажуть, що переклад є» - в том смысле, что все могли бы обойтись и без перевода, но организаторы, мол, говорят, что перевод будет (кстати, интересно, он же тоже организатор, вроде?) Дальше уже говорил по-русски, с заметными фонетическими трудностями, что неудивительно – он родом из Ровно, а жители Западной Украины, действительно, всегда говорили по-украински – не из нелюбви к русскому языку, просто он для них неродной. Это, кстати, очень важно понять – знание и использование родного языка не является проявлением национализма.

Организаторы конгресса

Луценко начал с образа из физики – напомнил собравшимся о принципе Фейнмана: много маленьких частичек задают направление крупному телу – именно этот принцип подтверждается в Украине, считает Луценко. Вот еще несколько цитат из его выступления: «Сила малых побеждает любое насилие». «Границы Европы движутся на восток» «Мы имеем дело с противостоянием демократии и варварства» «Есть большая разница между поведением Пушкина и Путина». Себя и Ходорковского он назвал «фракцией каторжников» – действительно, оба отбыли срок, возможно, по этому принципу и сблизились… Хотя особой близости между ними я не заметила – МБХ почти все время находится в том состоянии, которое на театре называется «публичное одиночество» – он как-то все время один, даже если в беседе или на общем фото.

Почему-то Луценко много шутил. Например, напомнил россиянам, что у них на Красной площади замечательная брусчатка. Шутка не самая смешная, особенно для тех, кто видел ободранный Крещатик и следы попадания «орудия пролетариата» в голову… При этом украинский политик и в начале, и после конгресса и выразил уверенность в том, что все-таки не булыжники, а именно интеллигенция и культура рано или поздно побеждают и формируют государство. «Мы начинаем с культуры реконкисту Украины и реконкисту России…» Как говорится, ваши бы слова да Богу в уши…

Юрий Луценко, политик, общественный деятель

Как потом оказалось, Луценко ужасно хотелось поговорить с Дмитрием Быковым, которого он заметил в зале – тот непрерывно говорил с соседкой – рифмовал все происходящее со свойственной ему легкостью. Но вот не успел он его поймать, скрылся Дмитрий.

Кстати, да, Быков все-таки приехал и был на открытии. Потом, правда, его уже не было видно. А на входе, на вопрос знакомого социолога, как же это он решился, после выступления на «Эхе», ответил, что не отказывается от мысли, что мероприятие опасное и рискованное, но его долг этот риск разделить – ну, или как-то так. К нему ринулись журналисты, но он не особенно был расположен давать интервью - мало времени останется на общение.

Дмитрий Быков, писатель, журналист

Но вернемся к открытию – третьим выступил автор идеи конгресса – Михаил Ходорковский. Кроме публичного одиночества можно подметить еще вот что – одевается он подчеркнуто неформально – толстовка, джинсы и курточка, ходит с хипстерским портфелем, который иногда придает ему вид главного бухгалтера, а иногда – европейского интеллектуала берлинского образца. Большое внутреннее напряжение чувствуется, когда он выступает, это дает особый эффект – вроде бы, говорит негромко, но каждое слово доходит до слушателя.

Полностью речь МБХ можно прочесть здесь. Начал он ее как раз с главного – с вопроса «зачем?» «За последний месяц самый задаваемый мне вопрос был: А зачем проводить нашу конференцию? Как это поможет Украине, которая сегодня оказалась, пожалуй, в самом сложном положении за всю историю своей государственной независимости? Как на это посмотрят наши сограждане в России?

У меня на это обычный ответ, который помогал мне 10 долгих лет: делай, что должен, и будь что будет».Выступление Михаила Ходорковского

Тематику и возможные цели конгресса Ходорковский обозначил так: «Мы сможем поговорить на секциях про аналог плана Маршалла для Украины, и про создание полновесного университета европейского образца на базе одного из ведуших вузов Украины, и про культурный диалог, и про честное информирование общества, и, конечно же, про реальную борьбу с коррупцией».

Прозвучала в этой речи и идея превращения Киева в центр восточно-славянского мира: «…надолго или навсегда заблокирована возможность для Москвы стать центром притяжения всего восточнославянского мира, фактически похоронена идея объединения Православной Церкви вокруг Москвы, миллионы наших соотечественников за рубежом стали объектом недоброжелательности.

<…> К слову, в результате место славянского центра может спустя тысячелетие вернуться Киеву».

То есть, речь о такой новой Киевской Руси. Кстати, не знаю, у кого эта мысль прозвучала первой, но вот в июле 2013 года российский журналист Игорь Свинаренко об этом написал. Только у него выходило, что перед тем обязательно между странами будет война, ну, или без войны договорятся о слиянии, и столицу перенесут в Киев.

Кстати, интересно, как журналисты отработали Конгресс. Их, кажется, среди гостей собралось большинство: были упомянутые уже Борсюк и Вересень, Мустафа Найем и Сакен Аймурзаев, Ирина Славинская и Ольга Мусафирова, Валерий Калныш – это участники от Украины. Пришел и Савик Шустер – российский журналист, давно ставший звездой украинского ТВ. В последние часы последнего дня появился и еще один эмигрант – Евгений Киселев, который постоял в одиночестве и послушал итоги конгресса. От России – Дмитрий Муратов, Елена Фанайлова, Тихон Дзядко, Галина Тимченко, Алексей Венедиктов, Матвей Ганопольский (осевший в последнее время в Киеве, на радио «Вести», и его портретами украшены сейчас почти все лайтбоксы в центре города), Дмитрий Голубовский, Катерина Гордеева, Владимир Корсунский и т.д. Масса была иностранных журналистов, кто-то писал интервью прямо в перерывах между панелями, да и многие гости попали в эфиры телевидения и радио – от Шустер-live до тех же «Вестей».

Дмитрий Муратов, Ольга Мусафирова, Валерий Калныш Мыкола Вересень Савик Шустер

Самой болезненной, опять же, оказалась первая дискуссия про СМИ – о цензуре и свободе слова. Даже на панели о статусе русского языка не было таких горячих дебатов.

Павел Шеремет, Галина Тимченко на дискуссии про цензуру в СМИ

Профессионального разговора, правда, не получалось, практически, нигде – уж очень разношерстная была компания: пожилые дамы в рубашках-вышиванках, общественнные активисты, экологи, бывшие министры и члены правительств, депутаты, ученые, правозащитники, поэты, переводчики, художники, культуртрегеры, политики, политологи, социологи. Не все, как я уже говорила, знали друг друга в лицо, и даже по именам – знакомились во время выступлений, но больше, конечно, в кулуарах. Кулуарное общение всегда самое продуктивное. Как точно заметил в коротком интервью «Полiт.ua», а потом и написал у себя в Фейсбуке после первого дня заседаний Альфред Кох: «Цели конгресса неясны. Но я думаю, они появятся в ходе самого конгресса. Я бы не стал заранее объявлять его бессмысленным. В этой логике все конференции бессмымленны, даже Давос. Не говоря уже о Санкт-Петербургском форуме. Все они есть "проповедь среди верующих" и все за все хорошее и против всего плохого».

Юрий Володарски и Николай Александров - журналисты, модераторы дискуссии о русско-украинских переводах Марианна Кияновская, поэт, переводчик Участники дискуссии о переводах И конгресс точно получился небессмысленным.

Смыслы каждый находил для себя сам. Серию коротких интервью с украинскими и российскими участниками конгресса мы опубликуем чуть позже. Кто-то радовался расширению кругозора, новым знакомствам, новой информации. Кто-то - встрече со старыми друзьями. Кто-то – тому, что увидел наконец-то революционную Украину своими глазами. Кто-то – тому, что мы говорим друг с другом, несмотря ни на что…

Было много удивительных и важных вещей – конечно, я услышала и увидела не все, это, к сожалению, невозможно было сделать. По окончании дискуссий участники продолжали обсуждать то, что не договорили, не мчались к богатому обеденному столу, не рвались под прицелы телекамер. Никто, кажется, не пользовался услугами синхронных переводчиков – по крайней мере, не видела ни одного человека в наушниках. Утром второго дня вдруг приехал кандидат в президенты Петр Порошенко, выступил в панели про СМИ и взаимную пропаганду и в панели про экономику. Приехал и выступал Константин Грищенко, экс-министр иностранных дел. Пришли те украинские интеллектуалы, от которых трудно ожидать лояльности к России – и были на конгрессе все 2 дня. На дискуссию о судьбе Крыма приехал Мустафа Джемилев – после его подробного и содержательного выступления один из знаменитых украинских деятелей культуры подошел к нему и попросил прощения за то, что украинцы не смогли защитить крымских татар. Борис Немцов же в свою очередь предложил Джемилеву баллотироваться в президенты. Появился и был оба дня Семен Глузман - психиатр, отсидевший во времена СССР 10 лет за честную психиатрическую экспертизу по делу генерала Григоренко. Большинство россиян на вопрос, почему они приехали, отвечали "потому что не приехать было нельзя". Говорили о возникновении взаимного интереса - в Росси к Украине, в Украине - к России...

Конечно, никто не успел задать все накопившиеся вопросы и получить на все ответы. Вот, например, Ходорковский в передаче у Шустера сказал, что украинская экономика легко может достигнуть в год 4% экономического роста за счет антикоррупционной политики, в отличие от России, которой не светит больше 2%. Мучаюсь теперь – а кроме борьбы с коррупцией откуда вырастут эти 4%? Но это частности, наверняка у всех осталось много неразрешенных и более мучительных вопросов.

И, несмотря на то, что цели конгресса были обозначены довольно туманно – диалог оказался возможен и состоялся, все мероприятие имело смысл – т.к. завязались контакты и наметились совместные проекты, т.е., получился этакий "домик друзей" из советского мультфильма про Крокодила Гену, который построили, чтобы всех перезнакомить. Политической составляющей было минимум, гуманитарной – значительно больше.

Резюме конгресса, после подведения итогов всех панелей, на двух языках зачитали политолог Александр Морозов из Москвы и писатель и переводчик Марианна Кияновская из Львова. Дальше нам остается ждать, какими практическими шагами продолжатся апрельские разговоры. Хотелось бы, чтобы эти шаги были заметными и полезными как для Украины, так и для России. Пока прозвучали предложения создать совместное российско-украинское независимое СМИ, которое могло бы противостоять взаимной пропаганде и европейский университет на базе Киевского политического университета для российских и украинских студентов.

Александр Морозов и Марианна Кияновская зачитывают резюме конгресса

И под конец - еще один маленький эпизодик. Гости, конечно же, успели много - Людмила Улицкая прочла публичную лекцию в КНУ им. Шевченко по приглашению Полiт.ua и проекта "Открытый университет", кто-то успел посмотреть выставку Александра Ройтбурда "Межигорье", разумеется, всех водили смотреть Лавру, Майдан и Крещатик – с палатками, кострами, снятой брусчтакой, сожженным Домом профсоюзов, со следами от пуль на стенах уличных кафе… Тяжелое зрелище. Хоть и сажу с тротуара смыли, и часть баррикад разобрали – город уже не тот и прежним не будет никогда. Московским и другим гостям это, может быть, мало было заметно. А тем, кто здесь живет – еще как. А вот если от Крещатика подняться буквально на квартал вверх, к парку Шевченко, который напротив Красного корпуса Национального университета, то там все, как всегда – множество родителей с детьми вокруг детской площадки, пони, батуты, цветущие клумбы, сакура, магнолии, вишня. И на деревянной эстраде играет музыка, под которую толпа людей разного возраста учится танцевать сальсу – уже не первый год по выходным там проводятся такие уроки. И вот я доползла до парка с Крещатика, встала возле фонтана в руке у меня коробка с пиццей, я таращусь на танцующих, на учителя, считающего шаги, на прыгающих детей, трогательно повторяющих движения, на молодых и не очень мужчин и женщин, которые просто танцуют – потому что тепло, и весна, и счастье. А я стою и плачу. Просто тетка с пиццей в руке, стоит и размазывает слезы – без всякого повода, потому что жизнь идет, и пока не стреляют, а Лев Рубинштейн говорит, что пока мы разговариваем, мы не стреляем, и может, культура все-таки еще победит.

Фото - Юлия Каденко, Полiт.ua, Наталья Демина, Полит.ру