Оригинал материала
«Для меня Лебедев больше не существует»
Интервью с Сергеем Удальцовым и Леонидом Развозжаевым — по мнению СК, они организовали массовые беспорядки 6 мая 2012 года
Лидер Левого фронта Сергей Удальцов, обвиняемый Следственным комитетом (СК) в организации «массовых беспорядков» на Болотной площади 6 мая 2012 года, находится под домашним арестом. Обвинение построено на признательных показаниях бывшего соратника Удальцова — Константина Лебедева, решившего сотрудничать со следствием и отпущенного по УДО. На вопросы The New Times — о претензиях СК, поступке своего товарища и «грузинском следе» — оппозиционер ответил через адвокатов. Из СИЗО «*Матросская тишина*» поговорил с журналом и другой обвиняемый в организации «массовых беспорядков» Леонид Развозжаев. Позицию Константина Лебедева объяснила The New Times его гражданская жена Полина*
| * Материал был опубликован в журнале The New Times 20 мая 2013 года |
Как вы относитесь к решению Лебедева пойти на сделку с правосудием?
Поступок Лебедева — предательство и подлость по отношению к «узникам Болотной», да и по отношению ко всему протестному движению. Спасая свою шкуру, он оговорил десятки невиновных людей. Говорю об этом с уверенностью, так как никаких массовых беспорядков на Болотной площади 6 мая 2012 года не было, да и впоследствии никто беспорядков не готовил. Ложные показания Лебедева — это главное доказательство, на которое теперь будет опираться сторона обвинения, требуя наказания для остальных фигурантов дела. Ну а прокремлевская пропаганда уже сейчас вовсю использует признание «вины» Лебедевым в целях дискредитации всей оппозиции. Так что нагадил Костя всем, потрудился на славу.
Выбор
Предполагали ли вы, что люди из вашего близкого окружения могут дать показания против вас: Леонид Развозжаев, Константин Лебедев? Вы ведь им доверяли?
Я бы ни в коем случае не стал уравнивать Лебедева и Развозжаева. Нам известно, что Развозжаев написал «явку с повинной» под пытками, в условиях жесточайшего давления, и при первой возможности от нее официально отказался (за что и подвергся потом новому прессингу со стороны следствия). Лебедев же делал все подло и расчетливо, при этом, как он сам заявил, его никто не пытал. Что касается «ближайшего окружения», то к нему можно отнести только Развозжаева, с которым мы несколько лет вместе развивали движение Левый фронт. А Лебедев, хоть и знаком мне давно, непосредственного участия в работе организации никогда не принимал. Ну а в целом от сумы и от тюрьмы не зарекайся. И от предательства тоже.
Был ли у Лебедева выбор? Он говорит: «Либо упереться рогом и закончилось бы все очень печально, десятилетним сроком. Идти на рожон сломя голову, получать десятку и все равно никого этим не спасти, ну это был выбор, который достоин фанатика, но не разумного человека».
Заявления Лебедева — это банальное оправдание своей трусости и подлости. Но оправдания у него получились слабенькие. Выход есть всегда, а в данном случае выход был простой — остаться честным человеком и не оговаривать невиновных. Но для Лебедева это оказалось невозможно, так как, видимо, он уже давно забыл, что такое быть честным. Отсюда и весь этот лепет про «разумного человека».
То есть по сравнению с Лебедевым вы — фанатик?
Я твердо стою на том, что никаких преступлений, которые нам вменяет СК, мы не совершали (в том числе и Лебедев). Потому что это правда. Если говорить правду, даже перед угрозой тюрьмы, это — фанатизм, то да, я фанатик. Но на мой взгляд, это просто честная и последовательная позиция, не более.
В интервью журналу «Власть» Лебедев дал понять, что ни на кого другого, кроме вас и Леонида Развозжаева, он показаний не давал.
Лебедев лукавит, так как его показания лягут в основу обвинения для всех «узников Болотной». Так что он предал всех. Для меня этот человек больше не существует, для меня он умер.
Лебедев в том же интервью утверждает, что следствие знало все о его и ваших связях с Гиви Таргамадзе. Показывали ли вам на следствии какие-то доказательства того, что вы с Таргамадзе встречались?
В материалах дела есть аудио- и видеозаписи, которые получены незаконным образом и не могут являться доказательствами. Но даже в этих записях не содержится ничего, что подтверждало бы организацию и подготовку массовых беспорядков. К тому же, как и раньше, я могу заявить, что с человеком по имени Гиви Таргамадзе я не встречался, мне такой человек не был знаком. О его существовании я узнал только из фильма «Анатомия протеста-2».
Тогда как понять слова Лебедева: он, дескать, решил, что лучше признать очевидное…
Одному Лебедеву известно, что ему «очевидно» и что он там признал. Если он действительно имел какие-то контакты с Таргамадзе — это на его совести. Может, он этих грузин на деньги «разводил», прикрываясь моим именем. Такое тоже нельзя исключать. Правда, насколько я знаю, сам Таргамадзе отрицает факт знакомства с Лебедевым. В любом случае «грузинский след» хорошо вписывается в ложную конспирологическую версию, которую Следственный комитет пытается выдать за правду, чтобы как-то подкрепить обвинение по «Болотному делу». Ну а Лебедев просто им «подпевает». 
«Лебедевская пропаганда»
Как вы познакомились с Таргамадзе?
Еще раз повторю: такой человек мне неизвестен, о чем я дал показания в СК еще в октябре прошлого года. После этого у меня уже при всем желании не было возможности с ним познакомиться.
Лебедев говорит, что это была идея Таргамадзе — познакомиться с вами. Чем вам был интересен Таргамадзе?
Мне вообще люди интересны. Но в данном случае это «лебедевская пропаганда», о чем я сказал выше.
Про первую встречу с Таргамадзе в марте 2012 года Лебедев говорит, что вроде бы там все напились и никакой сметы не составили. Как вы это можете объяснить?
Он так говорит, потому что уже запутался в своем вранье. Я ни с кем не напивался и смет не составлял. Сметы надо в трезвом виде составлять. Кроме шуток.
Если вы с Таргамадзе не встречались, а встречались с какими-то другими грузинами, то в чем был ваш интерес к таким встречам?
По роду деятельности я, пока не попал под арест, встречался с сотнями людей. Встречался, чтобы развивать и конкретно Левый фронт, и оппозиционное движение в целом. По национальности я людей не делю, так что встречался и с русскими, и с грузинами, и с представителями других прекрасных наций. На таких встречах обсуждаются самые разные вопросы — все зависит от конкретных людей и сферы их деятельности. Обсуждаются, как правило, варианты совместных действий — это могут быть политические акции, творческие инициативы, бизнес-проекты. Но могу сказать одно: Уголовный кодекс чтим, и все эти планы и проекты всегда носили мирный и законный характер. А конкретная встреча в Минске со знакомыми Лебедева, о которой в уголовном деле есть мои показания, — это была встреча с бизнесменами (кстати, среди них были далеко не только грузины), обсуждали разные коммерческие проекты, никак не связанные с «массовыми беспорядками». „
«Нашим властям для сохранения своих позиций и разобщения граждан выгодно внедрять в общество подозрительность, недоверие, шпиономанию»
” Действительно ли на этих встречах вы много пили?
Это еще одна «байка от Лебедева». Я вообще сторонник трезвого и здорового образа жизни. Выпить, конечно, могу, но никогда не злоупотребляю. Так что все это говорится с одной целью — очернить оппозицию, представить нас всех не просто экстремистами, но еще и алкоголиками.
Знакомясь с грузинскими политиками или бизнесменами, вы не думали о том, что это может послужить компроматом против вас?
Нынешнее руководство страны испортило отношения со многими, так что — нам теперь во всех видеть шпионов и врагов России? Это полный бред. Но, к сожалению, сегодня нашим властям для сохранения своих позиций и разобщения граждан выгодно внедрять в общество подозрительность, недоверие, шпиономанию. Если дело так и дальше пойдет, скоро нам всем, видимо, придется общаться с помощью шифрограмм, даже если обсуждаются самые безобидные вопросы, как это было в нашем случае.
Правда ли, что на грузинские деньги была куплена машина вашей жене?
Нет, это не соответствует действительности, и у меня есть доказательства, которые будут представлены в суде. А машина скромная, ничего особенного. У нас двое детей, пожилые родители — машина стала необходима.
Сила денег
После сделки с правосудием и мягкого приговора в отношении Лебедева* стали говорить, что левое движение уже дискредитировало себя…
| *Константин Лебедев получил 2,5 года тюрьмы. Приговор вступил в силу 14 мая 2013 г. |
Дискредитация левого движения — безусловно, одна из важных целей провокации под названием «Болотное дело». На это могу ответить просто — в семье не без урода. Но Лебедев — это не лицо левого движения, это другая часть тела, если можно так выразиться. Предатели и подлецы попадаются везде. Но поверьте, подавляющее большинство левых активистов — люди искренние и порядочные. Власти, конечно, будут стараться сделать все, чтобы о нас судили по поступкам Лебедева и ему подобных. Надеюсь, думающие люди разберутся, что к чему.
Кстати, в интервью журналу «Власть» Лебедев не объясняет, как именно были организованы «массовые беспорядки» 6 мая и какое к ним имеют отношение «узники Болотной», которые сейчас сидят в СИЗО. Может быть, вы объясните?
Это все шито белыми нитками. Действительно, в деле есть информация, будто Лебедев купил перед майской акцией несколько палаток. Если честно, я этих палаток в глаза не видел, как и самого Лебедева не видел на «Марше миллионов». Не знаю, для чего он их купил — может, на рыбалку собирался. Но главное, подумайте, как можно при помощи палаток организовать массовые беспорядки?! Любому нормальному человеку понятно, что это грязная фабрикация следствия, которому надо как-то связать концы с концами в этой истории. Сто раз уже было сказано, что 6 мая 2012 года ситуация развивалась стихийно, конфликт с полицией был спровоцирован грубым нарушением договоренностей со стороны властей, ограничивших проход на Болотную площадь. В любом случае давайте прочитаем статью 212 Уголовного кодекса: массовые беспорядки подразумевают «силовые действия, погромы, поджоги, взрывы» и т.д. Однако в деле нет и не может быть никаких доказательств (кроме ложных показаний Лебедева) того, что мы готовили какие-то силовые действия. Почитайте все мои публикации перед «Маршем миллионов» — там красной нитью проходит мысль о мирном, ненасильственном протесте и нет ни слова о штурме Кремля, прорывах, драках и других безобразиях. Да, я всегда был сторонником массовых демонстраций, шествий, митингов, стояний на площадях, так как при отсутствии полноценных выборов, независимых судов и СМИ это, на мой взгляд, эффективный способ борьбы за перемены в России. Но никогда я не призывал к насилию. И позицию свою не поменял до сих пор.
 |
| Было время, когда Удальцов выходил на пикеты в поддержку Константина Лебедева. 20 октября 2012 г. Москва |
А как вы будете на суде опровергать то, что Лебедев называет «очевидным»: встречи и деньги от Таргамадзе?
Сейчас рассказывать о конкретных подробностях моего поведения в суде явно преждевременно. Но на все обвинения будут даны четкие и аргументированные ответы. Хочу отметить лишь одну деталь — власти усиленно акцентируют внимание общественности на вопросе «кто у кого брал деньги». Однако обвинения предъявлены отнюдь не за «получение денег», а за подготовку беспорядков. Вот так и происходит подмена понятий, обратите на это внимание. Здесь кроется вся мошенническая суть «расследования» этого дела — на сто процентов заказного и политического.
Так кто такой Лебедев — провокатор, как считают некоторые из активистов, или слабый человек, которого на чем-то подловили и использовали, чтобы собрать на вас компромат?
Однозначно на этот вопрос ответить пока сложно, но я склоняюсь ко второму варианту. Насколько его (Лебедева) знаю, он давно занимался околополитическим бизнесом. Гранты, семинары, заграничные поездки… Так что у спецслужб наверняка были возможности его на чем-то «подловить» и использовать в своих недобрых целях. Но тут, мне кажется, важнее понять мировоззрение Лебедева, шкалу его ценностей. Так вот, для него на первом месте всегда были деньги, которые можно заработать на политике (о деньгах, заметим, он и рассуждает больше всего в своих интервью). И когда он попал в Лефортово, то оказалось, что других идеалов, ради которых можно терпеть тюрьму и лишения, у него просто нет. Поэтому и появилась «сделка со следствием». И никто его не пытал, как Леню Развозжаева. Просто он, как в бизнесе, подсчитал все плюсы и минусы и пришел к выводу, что сделка получается выгодная. А то, что придется оговорить десятки честных людей — ну так это издержки производства. Как говорится, ничего личного, просто бизнес.
По словам Лебедева, вы подозревали его в том, что он «подментованный» и даже говорили об этом своим соратникам. Почему же тогда вы поехали с ним на встречу с грузинами? Или это тоже вранье?
Вы знаете, в политике (особенно оппозиционной) сегодня столько конспирологии присутствует, что если реагировать на все слухи о «подментованности», работе на ФСБ и прочих «ужасах», то придется вообще ни с кем не общаться. Я много раз говорил: Лебедев не был моим другом, близким человеком, я не испытывал к нему какого-то особого доверия. В разведку бы с ним не пошел. Но предмет нашего общения был абсолютно мирным и безобидным, так что сильного доверия там и не требовалось. Однако, как выяснилось, власти не стесняются фабриковать уголовные дела просто «из воздуха». Будем делать выводы.
Интервью журналу «Власть» Лебедев заканчивает такими словами: «И если бы мы были осторожнее, мы могли бы победить. Но мы не смогли. Все, что мы сделали, касается только нас троих, это наша трагедия, и мы понесем кару». Вы согласны с ним?
Согласен тут только с одним — для Лебедева это действительно трагедия. Жить ему после такого предательства будет очень непросто. Ну а я буду и дальше добиваться снятия с меня всех обвинений и полного оправдания. Думаю, так же поступит и Леонид Развозжаев.
«Я не считаю Костю виновным»
На вопросы The New Times ответил из СИЗО «Матросская Тишина» Леонид Развозжаев
Почему Лебедев пошел на сделку с правосудием?
Я считаю, что на него сильно надавили. Впрочем, я не настолько сильно с ним знаком, чтобы ответить на этот вопрос. В тюрьме оказывается такое сильное давление, что уже сам начинаешь верить в какие-то вещи, которых, может, и не было на самом деле. Очень тонкая грань. Ты, например, готовил листовки для митинга, а оказывается, что ты как бы создал почву для массовых беспорядков.
В вашей явке с повинной, от которой вы потом отказались, написано практически то же самое, что сказал Лебедев, согласившись сотрудничать со следствием. Как вы это объясните?
| *При каких обстоятельствах это случилось см. The New Times № 35-36 от 29 октября 2012 г. |
Я в подвале написал пять явок с повинной*. Источник и моих признаний, и признаний Лебедева один и тот же. Я писал свою явку с повинной под диктовку. И потом от нее отказался. Я не хочу говорить, что Лебедев — плохой человек и провокатор. Но ни мы, ни он — никто из нас не готовил массовые беспорядки.
Вы готовы сидеть десять лет?
Я — невиновный человек. Пусть разбираются по моему делу. Я не хочу признавать то, чего я не делал, получить за это два с половиной года, а потом они всю жизнь будут меня «цеплять». Я не могу себе этого позволить.
Оценивая поведение Лебедева на следствии и в суде, многие пытаются понять: он провокатор или просто слабый человек, которого на чем-то подловили? Ваше мнение?
Я с ним тесно общался всего полгода. Я не очень знаю, чем он раньше занимался. Мы с Удальцовым представляем Левый фронт, а Лебедев — сам по себе. Он не имеет отношения к Левому фронту. Я на него зла не держу. Я много слышал историй, когда люди берут на себя вину, будучи невиновными.
Вам Лебедев передавал какие-то деньги, как он это говорит в интервью журналу «Власть»?
Я денег не получал. Раз он так говорит, значит, он хотел нас подставить. Ну что ж, это на его совести, но он никаких преступлений не совершал. Я не считаю его виновным. Никто из нас массовых беспорядков не готовил.
«Он убежден, что массовые беспорядки были»
О том, почему Лебедев пошел на сделку, The New Times рассказала его гражданская жена Полина
Константин сейчас содержится в «Лефортове». Там он будет до тех пор, пока не закончится процесс над Удальцовым и Развозжаевым. Условия обычные, сидит в камере, холодильник, телевизор — вроде все есть. Возможность подать на УДО будет, скорее всего, зимой, в январе-феврале. К тому времени как раз подойдет половина срока, который он отсидит.
Я еще с начала года подозревала, что он пошел на какую-то сделку со следствием. Мне очень хотелось понять Костю, его позицию — почему он поступил именно так, я ведь сама участвовала во многих акциях. Он мне все по полочкам разложил — его позиция очень логична. У него был выбор: он мог делать из себя героя и сидеть очень долго, а мог признаться в том, что действительно было. Некоторые споры вызывает то, что он признал именно массовые беспорядки. Ну так Костя убежден, что именно это и было. И, кстати, он говорил об этом еще до возбуждения уголовного дела по фильму «Анатомия протеста». Костя был против того, что полиция била митингующих, но он был и против того, что митингующие били полицию. Он называл реакцию людей на действия полиции «неверным вариантом», то, что произошло 6 мая на Болотной, ему совершенно не нравилось.
То же самое — встречи с грузинами, они действительно были. И когда он мне это рассказал, я сопоставила те даты, в которые он уезжал, факты, которые я узнавала от других людей, — и тоже поняла, что это правда. Была ведь не только пленка, у следствия гораздо больше материалов — записи телефонных разговоров, скайпа. Отпираться от сотрудничества с грузинами было бы просто глупо.
Это отразится, конечно же, на суде по Развозжаеву и Удальцову, но это никак не отразится на процессе по «узникам Болотной».
Не надо быть наивными, все прекрасно понимают, что сроки давно написаны всем. Что были бы Костины показания, что не было бы их — результат был бы одним и тем же, печальным.
Были там палатки? Были. Пытались их ставить? Пытались. Не знаю, все ли были куплены на Костины деньги, но часть из них точно была куплена. Костя ездил за оборудованием, палатками в торговый центр «Экстрим». Агитация и все остальное — тоже было на его деньги.
До его признания я знала, что какие-то контакты (с грузинами) есть, но я не могла сказать, получает он деньги или нет. Я и многие другие ездили на тренинг в Литву, там были и литовцы, и грузины, например, Григорий Меладзе. Когда я увидела фильм «Анатомия протеста», то подумала, что следствие узнало об общении Кости с грузинами и решило придумать вот такую интересную сказку. К сожалению или к счастью — не знаю, но это оказалось не сказкой.
Для нас два с половиной года, которые дали Косте, оказались облегчением — мы, честно говоря, боялись, что ему дадут больше. Настоящие друзья, конечно, не отвернулись и поддерживают Костю. Некоторые удивились и расстроились, но такое бывает…
фотографии: Евгений Фельдман, Максим Поляков/Коммерсант, ИТАР-ТАСС, Геннадий Гуляев/Коммерсант