Русское поле экспериментов: почему «Новороссия» не станет государством «духовных скреп»

«Новороссия должна не подтягиваться к России, – ведь у нее самой много недостатков и изъянов, большинство из которых коренятся в периоде прозападных и ультралиберальных по сути русофобских реформах 90-х, – но строить более русское, более искреннее, более живое и органичное общество – справедливое, героическое, духовное», – заявил не так давно философ и лидер евразийского движения Александр Дугин.

Вице-королевство Малофеевское

Идея интересная и занятная – в России государство «духовных скреп» только начинает строиться, слишком многое надо сносить, а в донецких степях его можно возвести сразу, без утомительной подготовки. Почему бы, в самом деле, «Новороссии» не стать таким русским полем экспериментов? В пользу этого свидетельствует и руководящий состав ДНР – премьер-пиарщик Александр Бородай писал в газету «Завтра» Александра Проханова, министр обороны Игорь Стрелков тоже сторонник национально-консервативных ценностей. Где Проханов, там и Дугин, рядом Изборский клуб, а от Изборского клуба и Путин недалече. Добавим к этой троице лидера Русского национального единства Александра Баркашова, который утверждает, что находится в Донецке, – вот и выросла бы кузница для ковки скреп. Не бизнес-проект, как Крым, а бескорыстные поиски «смыслов».

Скажем сразу – никакого эксперимента в Донецке, скорее всего, не получится. Хотя бы потому, что на одного условно-идеологизированного Бородая и условно романтика Стрелкова приходится больше десяти министров самопровозглашенной республики. Все, как на подбор, либо функционеры Партии регионов, либо украинские чиновники, неплохо вписанные в местную систему откатов, распилов и подрядов. Им идеологические эксперименты явно ни к чему – не для того революцию делали. Есть и другая причина: кажется, Кремль отчаялся получить новую территорию и постепенно не только отводит войска с границы, но и пытается остудить пыл диванных интернет-бойцов. По последней версии, финансирует донбасское ополчение патриотически-православный олигарх Константин Малофеев, надо думать, из желания стать вице-королем Новороссии, а Кремль как бы и ни при чем, руки его чисты: не проиграл, потому что за стол не садился. Рыцари без страха и упрека поехали по собственному желанию освобождать землю от хунты. Может, получится у них, а может, и нет: вот уже Игорь Стрелков заявляет, что житель в Донбассе не тот, потягивает пиво, а в окоп идти не желает. Градус патриотизма от всех этих сведений сильно падает, как и градус критики вмешательства в дела чужого государства. «Ах, Малофеев безобразил – ну ладно», – скажет кто с радостью, а кто с тихой горечью.

Один хозяин, один народ

А ведь контуры государства духовных скреп проглядывались отчетливо. Если, например, пару лет назад Александр Дугин был известен широким массам как адепт «добродетели бороды» и «великой котовости», то теперь это один из главных спецов по России на западных телеканалах, желанный гость Дмитрия Киселева (хотя еще в 2007 году Александр Гельевич прозорливо утверждал: «Путин – это Дугин»). Газета «Завтра» – почти официальный орган печати Дмитрия Рогозина, а Александр Проханов один из главных зримых идеологов власти – заседание его патриотического Изборского клуба рад видеть любой губернатор, и кто знает, не предпочтет ли президент в итоге Изборск Валдаю. Теоретически таким уважаемым людям могли бы выделить подопытную территорию.

Наверное, причина в том, что стройной картины общества и государства ни у Дугина, ни у Проханова, ни у Баркашова нет, разве что Дугин прямо предлагает «упразднить олигархию». Его «четвертая политическая теория» заключается в отрицании рыночного общества и универсализма прав человека. С позитивной повесткой у Дугина сложнее – трудно понять, например, что должно прийти на смену свободному рынку – плановая экономика или натуральное хозяйство. Теория силового блока более выстроена: философ, например, симпатизирует опричнине, которую неплохо было бы возродить. Идеальное дугинское государство должно находиться в постоянном противостоянии со странами Запада – цивилизацией моря, оплотом постмодерна и либерализма. Видимо, поэтому вопросы внутреннего его устройства не так важны и описываются философом в основном через отрицание – не должно быть того и этого. Остальное набросано штрихами – справедливое государство (причем со справедливостью не социальной, но божественной), которое может обращаться к элементам коммунизма и даже фашизма. Авторитетом в этом обществе должна стать религия – не факт, что православие – «чем древнее, тем лучше».

Примерно то же у Проханова, но поточнее: «русский народ сталинист, но душа его христианка», основа государства – монастыри и оружие, Сталин и Путин продолжают дела царей и императоров. Ориентиром для внутренней политики может стать Северная Корея, где государство, по словам Проханова делает каждого человека «гигантом». Вождь этого благословенного мира – «сверхчеловек». В одном из выпусков «Завтра», приуроченном к съезду партии «Родина», была статья под заголовком «Атомное православие» – термин этот использовался на полном серьезе и означал строй, при котором главным становится наука, занимающаяся разработкой вооружений, и религия.

Еще точнее выражается Александр Баркашов: оптимальна для русского человека монархия, но сойдет и национальная диктатура с сословно-национальным представительством.

Стихийные революционеры Новороссии мыслят в том же русле. Человек-Бабай называет Путина «царем», а о политике рассуждает так: «Партий, мне кажется, не будет вообще. Потому что, я так думаю, здесь просто будет народ сам властвовать. Будет один хозяин, который будет всем распоряжаться. Демократия вообще неэффективна. Я не хочу так жить. Чтобы какой-то полицейский, какой-то прокурор, какой-то судья решали мою судьбу. Кто они такие, чтобы решать мою судьбу? Никто».

Город солнца

На основании этих довольно скудных построений основывать государство все же можно. Возглавляет его «сверхчеловек» – желательно царь, а еще лучше епископ. Поначалу сгодится и регент с перспективой роста, диктатор, управитель, вождь, отец – мало ли названий. Он издает законы и указы, назначает и снимает с должностей, раздает подряды и выбирает поставщиков двора, казнит и милует, в идеале – проводит богослужения. Вокруг «сверхчеловека» – комиссары-опричники в камуфляже, с бородами, в очках «Рэй-Бан». Иногда они выезжают на местность, и там случается божественная справедливость. Парламент в таком государстве – штука лишняя, а может, даже и бесовская. То ли дело собор – по национально-сословному признаку, который периодически собирается и одобряет важные решения «сверхчеловека» – поход на враждебную Днепропетровщину или Запорожье.

Свободный рынок – пережиток капитализма, от которого нужно отойти, а способы заменить его есть разные. Плановая госэкономика, продразверстка – не зря создатели ДНР так много говорят о «национализации». Можно провести ее культурно: превратить все крупные предприятия в госкорпорации, мелкие магазинчики и мастерские объединить в тресты. Деньги – не самая важная вещь, скорее источник зла, их вполне хорошо заменяют продовольственные карточки.

Главные культурные учреждения – монастыри (точно по заветам Проханова). Интернет существует, но количество сайтов, на которые можно зайти, ограничено газетой «Завтра» и, например, порталом «Россия-3». Главные новости, конечно, с международных фронтов: Новороссия заключила договор с Угандой и Гамбией, а англосаксы этому пытались помешать. Процветают молодежные движения – от философских клубов, обдумывающих экспорт национал-консерватизма на Запад и Восток, до уличных команд, следящих за нравами в городах и селах.

Похоже на утопии эпохи Возрождения или антиутопии XX века. Вернее, было бы похоже. Судя по тому, что Новороссию уже представили проектом олигарха Малофеева и ничем большим, градус будут понижать и далее. Идеальным вариантом завершения красивого мифа было бы заявление премьера Бородая о построении «великой котовости» и его свержение теми же чиновниками из Партии регионов. Это было бы еще одним отличным доказательством, что Кремль тут совершенно ни при чем.

Автор – корреспондент ИД «Коммерсантъ»