Илья Карпюк: Чувство внутреннего долга

Илья Карпюк

Министерство финансов России приняло решение резко сократить программу привлечения займов на внутреннем рынке в 2014 году. Это следует из проекта поправок в бюджет на текущий год, который был внесен правительством в Государственную Думу.

Ранее предполагалось, что чистое привлечение, то есть за вычетом погашения, внутренних займов произойдет в объеме 485 млрд рублей. Теперь планируемый размер заимствований сократился в 3,6 раз, до 135 млрд рублей.

Если Госдума одобрит поправки в бюджет, правительство всего разместит бумаг на общую сумму 658,7 млрд рублей вместо планировавшихся 808,7 млрд, причем из них облигации на 200 млрд будут обменены на бумаги других выпусков — ранее такого в планах не было. Погасить долги по внутренним обязательствам планируется на 323,7 млрд рублей — тут расчеты Минфина не изменились.

Министр финансов Антон Силуанов и ранее говорил о том, что правительство в этом году сократит программу заимствований на внутреннем рынке — это позволяют сделать дополнительные доходы, которые образовались в бюджете. Согласно бюджетному правилу, дополнительные доходы могут быть направлены на замещение как расходов, так и заимствований.

Также Министерство финансов отказалось от планов выхода в 2014 году на внешний рынок заимствований — после начала кризиса на Украине цена кредитов была бы слишком высока. Ранее правительство планировало привлечь до 7 миллиардов долларов на внешних рынках. Эта сумма ничтожна в сравнении с федеральным бюджетом, но государство должно иногда занимать хотя бы небольшие суммы на международных рынках для того, чтобы игроки имели ориентир для оценки российских корпоративных долговых бумаг. Сейчас, очевидно, этот ориентир выглядел бы не слишком выгодно.

Внутренний долг — это все обязательства российского правительства перед гражданами и юридическими лицами, которые выражены в рублях. То, что он выражен в рублях — и преимущество, и недостаток.

Преимущество в том, что такие бумаги развивают внутренний финансовый рынок, позволяют игрокам прогнозировать свое будущее в связке с национальной валютой и ее устойчивостью. Недостаток внутренних заимствований в том, что они держатся на вере участников рынка в то, что государство не станет намеренно девальвировать национальную валюту. Очевидно, курс рубля зависит от действий правительства и ЦБ больше, чем от кого-либо еще, так что если государство внезапно решит не платить по долгам, оно просто уронит курс национальной валюты — в истории такое случалось неоднократно, в том числе и в России в 1998 году.

Таким образом государственные рублевые долговые бумаги и их популярность говорят о том, что инвесторы не только доверяют тому, что правительство вернет долги, но и верят в то, что рубль к моменту возврата будет в цене.

Внешний долг государства номинирован в иностранной валюте, а потому не может ни с того ни с сего обесцениться — правительство может в теории просто отказаться его выплачивать, но это чревато тем, что в обозримом будущем оно больше кредитов не получит.

В последние годы российское правительство делает ставку на перераспределение долга: если раньше внутренний долг составлял малую часть от внешнего, то теперь большая часть обязательств правительства номинирована именно в рублях.

В 2000 году, например, внешний долг России достиг своего максимума и превысил отметку в 150 миллиардов долларов. В этот же момент на внутреннем рынке правительство было должно около 580 млрд рублей — в тех ценах около 20 млрд долларов.

Сегодня внешний долг хоть и повысился после минимальных значений, достигнутых в 2012 году, но все равно невелик и составляет около 60 млрд долларов (не стоит обращать внимание на то, что он всего в 2,5 раза ниже, чем в 2000 — за это время экономика сильно выросла и тот же объем долга стал менее обременителен для страны). Внутренний долг же достиг небывалых размеров, почти 5,7 трлн рублей, то есть 171 млрд долларов в нынешних ценах.

Внутренний долг растет в России крайне высокими темпами: вот уже пять лет подряд он по крайней мере удваивается за каждые три года. Это особенно показательно на фоне того, как пренебрежительно российские граждане относятся к рублю, считая его недостойной валютой. Однако практика показывает, что инвесторы достаточно хорошо относятся к национальной валюте и доверяют как правительству, так и Центральному банку в вопросе ее стабильности.

Резкое сокращение программы заимствований на внутреннем рынке, скорее всего, объясняется традиционной бережливостью Министерства финансов.

Сергей Дробышевский

Доцент Института экономической политики имени Егора Гайдара, руководитель направления «Макроэкономика и финансы» Сергей Дробышевский считает, что решение Минфина объясняется тем, что после снижения курса рубля доходы от налогов, связанных с экспортом нефти и экспортной пошлиной ДПИ, значительно выросли. «Таким образом, объем доходов Минфина в этом году незапланированно ожидается больше, что, соответственно, снижает возможный дефицит бюджета», — сказал Дробышевский в разговоре с «Полит.ру».

Экономист Евсей Гурвич согласен, что новая политика Минфина вызвана исключительно увеличением доходной части бюджета за счет снижения курса рубля. «Благодаря тому, что курс доллара существенно вырос по сравнению с заложенным в бюджет уровнем, ожидается существенный рост доходов бюджета. Расходы остаются пока такие же, как предусматривалось изначально в бюджете. Соответственно у нас меньше необходимость в финансировании дефицита. Ожидается, что вместо предполагаемого законом о бюджете дефицита, будет профицит. Соответственно, нет необходимости в заимствованиях».

Впрочем, естественное желание сэкономить может также означать нечто иное.

Сергей Дробышевский предположил, что один из скрытых мотивов для замедления наращивания внутреннего долга — стимулирование кредитования частного сектора. «В условиях повышения ставок на внутреннем рынке и ограниченных возможностей по предоставлению долевых средств, я думаю, что Минфин отказывается от заимствований в пользу того, чтобы долг стоил дороже и не мешал предоставлению займов, если есть спрос у частного сектора, в том числе на займы онлайн на карту», — считает экономист.

Российский рубль, который упал одновременно с разворачиванием кризиса на Украине, уже практически отыграл свое падение, что подтвердило предположения о том, что скачки курса были вызваны некими внутренними причинами, а вовсе не достаточно смешными санкциями, которые накладывают Соединенные Штаты и Европейский Союз.

Однако в устойчивости национальной валюты так или иначе возникли серьезные сомнения: население в январе успело скупить в обменниках несколько миллиардов долларов и евро. Теперь же государство, сокращая внутренние заимствования, как бы подтверждает предположения россиян о том, что рубль так и останется неустойчивой валютой.

Если Минфин теперь будет все меньше выпускать долговые бумаги, то у банков и крупных компаний сократится выбор между инструментами для вложения свободных средств. Сегодня государственные облигации достаточно активно скупают коммерческие банки и пенсионные фонды, они нуждаются в наличии «длинных денег», госдолг — идеальное с этой точки зрения вложение средств. Теперь инвесторам придется искать новые инструменты. Возможно, они будут более доходные, но вряд ли — более надежные, а это серьезный вызов для системы управления рисками коммерческих компаний.

Конечно, правительство не обязано отказываться от размещения облигаций, таким образом экономя бюджетные средства. Однако не стоит забывать о том, что любое решение Минфина влечет за собой те или иные последствия.