Илья Карпюк: Третья палата

Илья Карпюк

В пятницу, 30 мая, завершается первое интернет-голосование за кандидатов в члены Общественной палаты. Вообще-то этот орган не обладает никакими реальными полномочиями, однако статус члена Общественной палаты порой дает какое-то преимущество при решении конкретных проблем или при лоббировании каких-либо интересов.

До 2014 года Общественная палата формировалась, фактически, президентом страны. Глава государства назначал часть членов, те, в свою очередь, отбирали остальных участников органа.

В 2013 году были принят поправки, согласно которым способ формирования ОП изменился. Теперь своего представителя назначает каждая региональная общественная палата, 40 человек назначает президент, а 43 избирают россияне на интернет-выборах через сайт Российской общественной инициативы.

Все кандидаты были поделены на 14 направлений деятельности, например «сфера услуг и потребительский рынок», «социальная поддержка граждан», «профсоюзы», «развитие общественного контроля». Соответственно, кандидаты, которые займут первые три места в своих группах, в итоге пройдут в Общественную палату.

Голосовать мог любой россиянин, имеющий регистрацию на сайте Госуслуг. Гражданин мог выбрать кандидата каждой из групп, то есть имел 14 голосов.

Голосование по выбору членов Общественной палаты — первый опыт государства по переносу электоральной активности россиян в интернет. Ранее интернет-голосования проводила оппозиция — самыми массовыми оказались выборы в Координационный совет оппозиции. Кроме того голоса граждан собираются на сайте Российской общественной инициативы под различными предложениями, которые после сбора 100 тысяч подписей могут стать законопроектами.

Опыт выборов в Общественную палату показал, что в онлайне проблем возникает ничуть не меньше, чем при организации обычных выборов.

После публикации поправок в закон в выборах решили принять участие достаточно много кандидатов, которые либо открыто оппозиционны действующей власти, либо общественная деятельность которых находится вне рамок государственной идеологии.

В интернет-выборах приняли участие сопредседатель «Голоса» Григорий Мельконьянц, адвокат Михаила Ходорковского Елена Лукьянова, детский правозащитник Борис Альтшулер, глава общественной организации «Право на оружие» Мария Бутина.

Всего за кандидатов было отдано чуть более 2 миллионов голосов — то есть в интернет-голосовании приняли участие как минимум 150 тысяч человек, а скорее всего больше. Несмотря на то, что цифра эта, казалось бы, не такая маленькая, в реальности победители не выглядят как какие-то мощные лидеры общественного мнения.

Александр Рявкин

Больше всего голосов на выборах набрал Александр Рявкин, постоянный представитель отраслевого объединения «Уральский биомедицинский кластер» в Москве. Но и он набрал лишь 44 тысяч голосов — примерно столько получают никому неизвестные кандидаты на муниципальных выборах в столицу.

Во время голосования были обнаружены достаточно привычные для обычных выборов нарушения, когда непонятных людей на корпоративных автобусах свозили к точкам, где они могли проголосовать. Только вместо избирательных участков это были отделения Ростелекома или даже офис самой Общественной палаты — там можно было за несколько минут зарегистрироваться на сайте Госуслуг и, соответственно, принять участие в голосовании.

После жалоб кандидата Елены Альшанской 15 мая за попытку скупать голоса организаторы выборов исключили из гонки ростовского общественника Леонида Шафирова. Тогда же был закрыт пункт регистрации на портале Госуслуг, открытый при Общественной палате.

Через некоторое время за использование административного ресурса был снят с выборов кубанский боксер Дмитрий Пирог. Всего было снято пять кандидатур из 267, что не так много, российский ЦИК порой «зверствует» намного сильнее.

Без реакции остались многие сообщения о том, как за того или иного кандидата принуждают голосовать сотрудников той или иной компании или студентов — мало кто осмеливается писать официальные жалобы, подписывая их своим именем, а без этого невозможно начать разбирательство и тем более снять кандидата.

Конечно, деятели российской оппозиции, популярность которых у активных интернет-пользователей, в среднем, значительно выше, чем у простых граждан, с большим недовольством восприняли новость о том, что за «их» кандидатов подано несколько тысяч голосов, а за никому неизвестных граждан — несколько десятков тысяч. Но тут стоит поближе изучить формат выборов.

Григорий Мелконьянц

Понятно и естественно, что читателей у блога Алексея Навального, который агитировал проголосовать за Григория Мелконьянца, намного больше, чем у главы «Союза потребителей России» Владимира Слепака, который в направлении «развитие общественного контроля» обогнал сопредседателя «Голоса» в четыре раза — получил 36 тысяч голосов против девяти.

Однако если для оппозиционеров участие в выборах в Общественную палату скорее жест — сами они признают, что этот орган не имеет полномочий и им мало интересен, то заметная часть победителей, очевидно, знала, куда идет и, что самое важное, знала зачем.

44 тысячи голосов у московского представителя уральских фармацевтов означает, что он понимает, какие именно лоббистские возможности ему даст членство в Общественной палате, в какие кабинеты он сможет заходить и в каких телепередачах участвовать.

Мало кто сомневается, что еще несколько лет назад представители оппозиции могли бы легко организовать своих сторонников так, чтобы продвинуть в Общественную палату если не всех 43 избираемых членов, то, по крайней мере, по одному человеку в каждой из групп. Теперь максимум, на который они способны — несколько тысяч голосов у Григория Мельконьянца, человека, который и правда сделал очень многое для развития института прозрачных и честных выборов в стране.

Даже если пара десятков тысяч голосов за конкурентов кандидатов от оппозиции накручены, так ли это важно, если сами кандидаты нашли всего по несколько тысяч сторонников? Похоже, этот вопрос и есть главный итог первых онлайн выборов в Общественную палату.