Абхазия: народный сход-развал

Майдан в Сухуми сверг президента. И назначил нового

Антиправительственный митинг у здания администрации президента. Сухум, 27 мая /фото: Владимир Попов/ИТАР-ТАСС

27 мая. На площади перед Драматическим театром в центре Сухума собирается массовый митинг протеста — его, как в некоторых случаях в России, именуют «народным сходом». Все громко ругают правительство и президента Александра Анкваба. Кому-то одних слов мало — несколько десятков человек, не встречая никакого сопротивления, штурмуют администрацию президента, Анкваб покидает здание через запасной выход. Здание — но не город и не страну. В тот же день один из лидеров оппозиции, глава партии «Форум народного единства Абхазии» Рауль Хаджимба, экс-кандидат в президенты (кадровый офицер КГБ), объявляет, что оппозиция временно берет на себя управление страной.

Ночь на 28 мая. Оппозиция, объединившаяся в Координационный совет (политических партий и общественных организаций), заявляет о формировании временного правительства.

28 мая. Глава абхазского Совбеза Нугзар Ашуба предупреждает оппозицию: ни президент, ни правительство в отставку не собираются. Тем временем в Сухум уже летят срочно посланные сюда Владимиром Путиным помощник президента РФ Владислав Сурков и замсекретаря Совбеза Рашид Нургалиев, экс-глава МВД.

29 мая. Сурков заявляет о сохраняющемся «политическом напряжении» в республике. И тут же уточняет: «Россия считает события последних дней исключительно внутренним делом суверенной Абхазии».

29 мая, вечер. Спешно созванный на внеочередное заседание парламент объявляет вотум недоверия премьер-министру Леониду Лакербая и предлагает президенту Анквабу подать в отставку.

Тем временем оппозиция создает Временный совет народного доверия (ВСНД) в составе 21 человека. Это известные в республике фигуры: Рауль Хаджимба, его заместитель в партии ФНЕА Даур Аршба, руководитель общественной организации ветеранов «Аруаа» Виталий Габния, Герой Абхазии Шамиль Адзинба, председатель Партии экономического развития Абхазии Беслан Бутба и другие. Двоевластие?

На поляне не поговорили

Вообще-то общенародный сход — древняя абхазская традиция, под которую даже отведена поляна неограниченной вместимости у села Лыхны в Гудаутском районе. Еще полгода назад в Абхазии, и в коридорах власти, и на улице, доводилось слышать разговоры о назревших в республике проблемах: дескать, хорошо бы в Лыхны провести сход и все обсудить. Но общенационального разговора в Лыхны не случилось, зато Сухум забурлил.

*Через 20 лет после грузино-абхазской войны Россия, Никарагуа, Венесуэла и Науру — по-прежнему единственные члены ООН, кто признал независимую Абхазию.

Одна из главных бед самопровозглашенной, непризнанной и полностью подконтрольной Москве республики* — безработица. По состоянию на 1 января 2012 года в Абхазии проживали 143 тыс. трудоспособных граждан, из них только 41 тыс. была официально трудоустроена, то есть уровень безработицы — 71 %. За последние полтора года эта цифра, по некоторым данным, увеличилась еще на 1 %. Средняя заработная плата — 8–9 тыс. рублей при прожиточном минимуме — 4600. При этом московские дотации Абхазии суммарно уже превысили 12 млрд рублей. На 2014 год очередная помощь РФ определена, согласно правительственному докладу на сессии абхазского парламента в ноябре 2013 года, в сумме 1 млрд 939 млн 540 тыс. рублей. Государственные (московские) деньги идут в лучшем случае на социалку, своя налоговая база в Абхазии не растет, частный бизнес по-прежнему зачаточен.

Об этих проблемах немало говорилось при всех трех абхазских президентах — все безрезультатно. Из-за социальных неурядиц мишенью оппозиции оказался и президент Анкваб. Но зарядом нынешнего взрыва стал, как это часто бывает, национальный вопрос.

Сторонники оппозиции внутри здания администрации президента. Сухум, 28 мая /фото: Артур Лебедев/ИТАР-ТАСС

Паспортный клинч

В ответ на артиллерийские атаки оппозиции по поводу расходования российских денег и безработицы Анкваб всегда мог прикрыться броней из контраргументов: мол, сама же Россия и строит на свои деньги в Абхазии школы, больницы и спортзалы, а не предприятия, так что вопрос не по адресу. По поводу нежелания идти на диалог с политическими оппонентами президент мог напомнить им про шесть покушений на него, организованных бывшей силовой элитой: мол, какой тут вообще может быть диалог? Пробила президентскую броню тема абхазских паспортов, которые администрация Анкваба начала выдавать этническим грузинам (мингрелам) из Гальского, Ткуарчальского и других граничащих с Грузией районов на востоке Абхазии.

За истекший год было выдано, по разным оценкам, от 10 до 26 тыс. паспортов. Нет, никто из оппонентов Анкваба не утверждает, что мингрелы не могут быть гражданами республики (хотя и не обходится без слухов: мол, абхазский паспорт часто получают за взятку людям из окружения Анкваба). Дьявол тут, как часто водится, сокрыт в деталях. Главную «ударную силу» сухумского митинга 27 мая составили ветераны войны за абхазскую независимость, у которых с чьей-то услужливой подачи оказались данные по реестру новообращенных граждан. Ветеранов возмутило, что паспорта получили некоторые из тех грузин, кто с ними воевал.

Но шрамы в памяти — не единственная причина вырвавшегося наружу протеста. Доля собственно абхазов в республике (по переписи 2010 года — 122,1 тыс. человек, около 51 %) неуклонно снижается из-за массовой миграции трудоспособных абхазов на заработки в Россию и отчасти в Турцию и Европу. Тогда как доля грузинского населения, напротив, растет. И не только потому, что жители Гальского и Ткуарчальского районов не спешат перебираться в не слишком процветающую Грузию. Просто и оттуда, из Грузии, в последнее время усилился поток желающих поработать на российских стройках — пусть и за небольшие деньги, но это все же лучше, чем ничего. Возникла не менее болезненная и взрывоопасная тема «этнического перекоса», «угрозы абхазской нации» — и ее тоже поспешила оседлать оппозиция в политических целях.

„

Главную «ударную силу» сухумского митинга 27 мая составили ветераны войны за абхазскую независимость

”

На митинге 27 мая вначале прозвучали требования отставки глав Гальского и Ткуарчальского районов и генпрокурора, якобы не вмешавшегося в ситуацию вокруг выдачи паспортов. А после того как Александр Анкваб не согласился выйти к митингу, появились лозунги отставки президента и кабинета министров.

Впрочем, как уверяет абхазский политолог Арда Инал-Ипа, президент Анкваб хотел выйти к митингующим, но окружение убедило его не делать этого: «После шести покушений на президента это был разумный совет». По данным других источников The Nеw Times в Сухуме, пока на площади перед Драмтеатром шел митинг, Анкваб обзвонил абхазских силовиков и получил от них заверения в полной поддержке.

В Абхазии — вполне развитое гражданское общество, утверждает Арда Инал-Ипа, сводить все к истории с паспортами — значит недооценивать традиции плюрализма в республике: «У нас с 2004 года, когда на альтернативной основе прошли выборы президента (на тех выборах Рауль Хаджимба проиграл Сергею Багапшу, Анкваба до выборов не допустили. — The Nеw Times), открытая и конкурентная политика. Например, в прошлом году уже был митинг, где ставился вопрос об отставке правительства». По словам эксперта, до и во время Олимпиады в Сочи абхазы сознательно заморозили протестную активность, чтобы не раздражать Россию: «Митингов не было, но проблемы накапливались».

Однако член ВСНД Даур Аршба в разговоре с The Nеw Times настаивает: начав выдавать паспорта грузиноязычным мингрелам, администрация Анкваба «перешла к распространению юрисдикции Грузии, с которой мы находимся в состоянии войны, на нашу территорию». Объединенная оппозиция, по словам депутата, предложила президенту пакет документов о роспуске правительства и формировании кабинета народного доверия во главе с представителем оппозиции. Но Анкваб не ответил.

Экзамен номер два

Для Владислава Суркова, назначенного в ранге помощника президента курировать Абхазию (как, впрочем, и Южную Осетию и Украину) указом Путина еще в сентябре прошлого года, абхазский экзамен — второй после украинского. И не менее сложный. Во-первых, потому что маленькая Абхазия напичкана российскими военными базами, охрану которых в случае разрастания конфликта придется усилить, а как к этому отнесется местное население — неизвестно. Во-вторых, Рауль Хаджимба, затеявший антипрезидентский путч, теснее других в Абхазии связан с российскими силовиками. К тому же Сурков, как заметил в разговоре c The Nеw Times на уcловиях анонимности один из экспертов в Сухуме, наверняка осведомлен, что Анквабом недовольны некоторые влиятельные фигуры в России. Причина? Якобы абхазский президент стал проявлять «излишнюю самостоятельность» в распределении российских трансфертов.

«Сурков решил дать оппозиции возможность выпустить пар, чтобы потянуть время и глубже изучить ситуацию. Форсировать отставку Анкваба Москва пока не будет», — предположил тот же абхазский источник, комментируя последние решения абхазского парламента.

Сурков наверняка осведомлен, что Анквабом недовольны некоторые влиятельные фигуры в России

”

Правда, с приездом московских гостей традиции открытости и плюрализма в республике, о которых говорила абхазский эксперт, оказались, мягко говоря, под вопросом. «Про переговоры с российскими чиновниками информации совсем нет», — сказала The Nеw Times Манана Гургулия, директор информагентства «Апсныпресс».

Известно, впрочем, что пока президент Анкваб не принял ультиматума оппозиции и не отправил правительство в отставку. Да и сам не согласился добровольно уйти с поста.

Украинского сценария жители Сухума, по словам местного ученого-археолога Батала Обахия, не боятся: «У нас другая среда, другая обстановка. У нас сторонники и действующей власти, и оппозиции после митинга сидели все вместе и кофе пили…»