Комсомольская правда/ PhotoXPress

Это только кажется, что Ярославский вокзал после реконструкции изменился. Главное никуда не ушло: тревога, зовущая человека в дальние края, томление, суета. Пассажиры нервничают. А когда они нервничают, они курят.

- Суда не боитесь? - За что? Мы в лицо не брызгаем. Только на сигарету. - А порча одежды? Хулиганство же. - Пускай подают. Если докажут

Курят именно там, где этого делать нельзя. Без всякого фрондерства рассеянно дымят у входа в вокзал, поглядывая на знаки с перечеркнутой сигаретой и на плакат: «Внимание! С 1 июня вступил в силу федеральный закон № 15 «Об охране здоровья граждан от воздействия окружающего табачного дыма и последствий потребления табака». В связи с этим курить возле здания вокзалов запрещено! Пользуйтесь специально оборудованными местами для курения».

В шесть часов вечера на привокзальной площади появляется лидер общественного антитабачного движения Михаил Лазутин: крепкий юноша в обуви «Адидас». С ним - миниатюрная девушка Света с видеокамерой.

- Сейчас еще один подойдет, - пообещал Михаил, - с пульверизатором. Вещь для рейда необходимая. Если сигареты не тушат по нашей просьбе, мы их сами гасим из баллончика. Раньше освежителем воздуха брызгали, а теперь решили обычной водой.

- Суда не боитесь?

- За что? - удивился юноша. - Мы в лицо не брызгаем. Только на сигарету, когда человек руку с ней опускает.

- А порча одежды? А легкое расстройство здоровья? Хулиганство же.

- Пускай подают, - махнул рукой Лазутин. - Если докажут.

Месяц назад восемнадцатилетний Михаил, студент технологического колледжа, стоял на остановке в компании курящего мужчины и некурящей старушки. Неожиданно у него что-то щелкнуло в голове, и он объявил мужчине, снимая того на мобильный телефон, что он неправ, ибо курит в общественном месте. От потасовки активиста спас подошедший транспорт. С того дня Лазутин решил организовать движение против курения в неположенных местах. Назвал его «Лев против» (в честь своего знака зодиака), кликнул друзей, те взяли видеокамеру и целый месяц бродили по людным местам, вынуждая курящих вести себя в рамках вступившего в силу закона.

Подошел активист Никита с новеньким зеленым пульверизатором, и тройка активистов отправилась в рейд. Первыми пали жертвой курящие под табличкой у здания вокзала.

- Извините, что отвлекаем, общественное движение против курения, - представляется Лазутин. - Вы стоите под табличкой «Курение запрещено». Нарушаете федеральное законодательство. Пожалуйста, затушите сигарету и пройдите в отведенное для курения место.

Пассажиры глядят на развитые плечи Михаила, на камеру Светы, потом покорно опускают сигареты в урну. Некоторые уточняют номер закона, но большинство интересуется: где именно места для курения? И правда, никаких опознавательных знаков, кроме слаборазличимой стрелки на запрещающем плакате, нет. На самом деле мест для курения на вокзале два - вернее, два клочка земли, оборудованные столбом с синей табличкой и парой урн.

Рейд продолжается. У фонтана толпятся живописные фигуры без определенных занятий. Курят почти все. При виде активистов и особенно - пульверизатора они страшно оживляются. Лазутин, однако, на шутки не отвечает, а просит убрать сигареты. «Тут тоже общественное место, а кроме того - памятник, вроде как культурный объект», - поясняет он.

- Две тысячи лет назад Иисус разрешил пить вино, - восклицает один философ с лицом цвета кирпича, - и курить он тоже, кстати, не запрещал. Кто вы против Иисуса?

- Не мы, а федеральный закон № 15, который подписал Владимир Владимирович Путин, - парирует Лазутин.

На шум вяло реагирует охранник в черной форме РЖД. Спрашивает у Светы разрешение на съемку. Лазутин объясняет: начальство вокзала про рейд знает, полиция тоже. Охранник сразу преображается: шпыняет бездомных, гонит курящих прочь от фонтана.

- Полицию мы сразу поставили в известность, - рассказывает Михаил. - Они только рады, что им помогают. И сами они, кстати, нам помогают, ведь все реагируют по-разному. На сто нормальных попадается один буйный. Один раз меня ударили в лицо. Я ударил в ответ. Он опять полез. Его успокоили.

За июнь «Лев против» провел двадцать один рейд. В основном ходили по вокзалам. Там, считает Лазутин, курят больше всего, и если перебить эту тенденцию, то и в других местах изжить незаконную привычку проще. Рейд длится пару часов, в нем принимают участие от трех до двадцати пяти человек.

Наконец к активистам подключается офицер транспортной полиции Александр Аржащев. «Ребятам помогать пришел», - объясняет он.

Помощь его носит деятельный характер. Вот уже какой-то несчастный, закуривший у входа в метро, отдает офицеру паспорт.

- Нарушение федерального закона, - с удовольствием вещает Аржащев. - Пройдемте для составления протокола.

Активисты плотным кольцом окружили пожилого мужчину, стоящего недалеко от билетных касс.

- Не уйду, - говорит тот. - По закону можно стоять в пятнадцати метрах от вокзала.

- Тут общественное место, - настаивает Лазутин.

Мужчина молча курит. Лазутин берет пульверизатор и пускает в руку курящего сильную струю воды. Тот отшатывается. У него дрожат ноги, дергается щека, но он не уходит - дело принципа.

- Ваши документы, уважаемый, - вступает в беседу офицер Аржащев.

- Предъявите сперва свои.

- Документы прошу вас! Назовите свою фамилию.

- Не назову. Вы нарушаете закон! Это самоуправство! - мужчина дрожит всем телом. - Я звоню в полицию.

Трясущимися руками достает телефон, набирает «112», долго слушает - никто не отвечает.

- Не выходит, - говорит он и берется за сердце. Офицер уводит его в дежурную часть.

Угрюмый седоусый человек с золотым перстнем глядит на активистов и отворачивается, пуская дым кольцами.

- Вы у входа в метро. Здесь курить нельзя. Для курящих оборудовано специальное место.

- Где оно? - цедит седоусый.

- Не здесь в любом случае.

Мужчина отвечает короткой идиомой. В ответ Михаил несколько раз стреляет из пульверизатора.

- Ты че делаешь, баран! - упавшим голосом говорит мужчина. Он бросается на Лазутина, но тот быстро отстраняется.

- Не хамите, пожалуйста. Рубашку мне запачкали.

- Я тебе этот бычок знаешь куда засуну?!

- А сигарету вы потушите, - заверяет Лазутин и стреляет еще раз.

Драки все-таки не случается, невзирая на отсутствие полиции. Осыпая активистов проклятиями, мужчина уходит к месту для курения.

- Я ведь сразу сказал ему, что оно там, - с досадой говорит Лазутин.

- Не сказал, - говорю я.

- Да ладно! - Михаил поражен. - Света, ты снимала? Давайте на камере посмотрим!

- Не сказал, не сказал, - соглашается активист Никита. И примирительно добавляет: - Каждый забыть может. Все мы люди, правда?

На городских улицах проходят рейды против курильщиков