Эксперт по энергетике Сергей Кондратьев: Отказ от атомной энергетики как долгосрочный тренд беспокоит многих

В 2013 году производство атомной энергии в мире выросло по сравнению с 2012 годом на 0,5% - до 65,5 млрд МВт-ч (562,9 млн тонн нефтяного эквивалента), говорится в докладе, представленном компанией BP на XXI Мировом нефтяном конгрессе в Москве. Эксперты BP отмечают, что выработка электроэнергии на атомных станциях мира выросла впервые после аварии на АЭС «Фукусима». Рост производства атомной энергии в Мексике составил 34,9% (до 2,7 млн тонн нефтяного эквивалента). В США рост производства энергии на атомных станциях составил 2,8% (187,9 млн тонн нефтяного эквивалента) по сравнению с 2012 годом. В Канаде атомная генерация выросла на 6,9% до 23,1 млн тонн нефтяного эквивалента. В России доля производства атомной энергии в общем балансе сократилась на 2,3% до 39,1 млн тонн нефтяного эквивалента. Сокращение производства атомной энергии в Германии составило 1,9% до 22 млн тонн нефтяного эквивалента. После сдачи в эксплуатацию АЭС «Бушер» в 2013 году на 193,9% увеличилось производство атомной энергии в Иране, достигнув 0,9 млн тонн нефтяного эквивалента. В Японии генерация на АЭС сократилась на 18,6% по сравнению с 2012 годом и на 95% по сравнению с 2010 годом. Производство атомной энергии в Китае в прошлом году выросло на 13,9 % (до 25 млн тонн нефтяного эквивалента).

Сергей Кондратьев, заведующий сектором экономического департамента Фонда «Институт энергетики и финансов»:

На рост использования атомной энергетики, который зафиксирован в докладе ВР, влияет сразу несколько факторов. Если мы смотрим на Японию, где более чем на 90% сократилась атомная генерация в 2013 году по сравнению с дофукусимскими уровнями, в сентябре были выведены из эксплуатации последние два энергоблока на АЭС «Ои». Ужесточение норм регулирования в атомной отрасли было во многом избыточно. Японские надзорные ведомства, пытаясь перестраховаться даже не от каких-либо техногенных инцидентов, а в первую очередь от негативного общественного мнения, де-факто ввели запрет на эксплуатацию атомных станций. Однако это фактор, повлиявший на Японию, он отдельный и особенный.

В России некоторое снижение производства электроэнергии на АЭС было связано с проблемами на реакторах типа РБМК. Остановка такого типа блоков для проведения необходимых для безопасности мероприятий привела к снижению выработки. Если смотреть на промежуточные итоги в первом полугодии 2014 года, то видно, что этот процесс не стал долгосрочной тенденцией. Росэнергоатому удалось решить возникшие сложности, и сейчас выработка электроэнергии начинает увеличиваться.

В большинстве стран, где есть АЭС, действительно фиксировался увеличение объема выработки, причем опережающими темпами. Так, в Китае это было связано с вводом в эксплуатацию новых АЭС. Начал давать плоды тот атомный ренессанс, пик которого был в 2006-2008 годах. Тогда в Китае закладывалось по 8-10 энергоблоков, и сейчас они вводятся в эксплуатацию, что обеспечивает опережающее увеличение в производстве электроэнергии на АЭС. Иранцы обеспечили себе рост вводом в эксплуатацию АЭС по российскому проекту, то есть мы опосредованно поучаствовали в повышении производства электроэнергии в этой стране.

В развитых странах, где фиксировался рост выработки, связан он был не с новыми вводами (активного строительства сейчас почти нигде, кроме Финляндии и Франции, не ведется), а с изменением каких-то конъюнктурных разовых факторов. Например, в Канаде был не очень удачный год в плане водности рек, снижалась выработка электроэнергии на ГЭС, и нагрузка переносилась на другие виды электростанций. США повысили выработку за счет повышения КИУМ, и не они одни, поскольку эта мера позволяет даже больший рост, чем ввод новых мощностей, и многие страны этим пользуются.

Что касается Германии, то у них падение было очень незначительным, хотя они анонсировали отказ от атомной энергетики. Но они его считают долгосрочным процессом (до 2022 года), и из эксплуатации выводят блоки в зависимости от их возраста и окончания срока эксплуатации. При этом мощность блоков, построенных в 1970-1980-х годах, была не очень большой, хотя число остановленных блоков и выглядит солидно. Отсюда незначительное падение выработки. Отказ от атомной энергетики как долгосрочный тренд беспокоит многих, судя по письмам в правительство Германии и Еврокомиссию. Обращения идут от генерирующих компаний с просьбой пересмотреть политику и в плане атомной энергетики, и в плане субсидирования за счет атомной энергетики других видов генерации, в первую очередь, возобновляемой энергетики. Это беспокоит, кстати, и потребителей, поскольку атомная энергия на сегодняшний день обеспечивает наиболее низкие цены на электроэнергию. В свете ситуации с газом и Украиной атомная энергетика наиболее стабильна. В 2009 году, когда произошли перебой с поставками газа в Европу, атомная генерация стала своеобразной палочкой-выручалочкой. Ведь оперативно нарастить поставки угля на угольную станцию достаточно сложно, когда есть проблемы с поставками газа, и атомная энергетика по сути является единственным значимым источником электроэнергии, способным быстро предоставить дополнительную электроэнергию для экономики.

Я думаю, что со временем какой-то откат в решении вопроса с отказом от атомной энергетики в Германии произойдет. Надо понимать, что атомная энергетика – это довольно большой сектор немецкой электроэнергетики. Если бы пришлось одномоментно вывести из эксплуатации все электростанции, то страну ждал бы энергетический коллапс. Даже при постепенном выводе и переносе нагрузки на возобновляемые источники электроэнергии. Не надо забывать, что в германии целевая надбавка за развитие этих возобновляемых источников уже сейчас составляет для потребителей больше 6 центов США на киловатт/час. Это сопоставимо со стоимостью электроэнергии на оптовом рынке в России. Это огромные цифры, и для небольших потребителей из сферы услуг или мелкой промышленности это составляет более четверти платежей за электроэнергию. И это может убить их конкурентоспособность. В этом плане отказ от атомной энергетики и еще большее производство на возобновляемых источниках электроэнергии может стать очень тяжелым решением для немецкой экономики. Я думаю, что главная проблема, с которой столкнутся и Германия, и Швейцария, и в какой-то степени Чехия, - отсутствие новых энергоблоков взамен старых, которые со временем выведут из эксплуатации, будет значить и исчезновение атомной энергетики как таковой. Как мы видим, новые проекты есть в Финляндии, Франции, и Росатом запустил проект в Венгрии, которая стала третьей страной, вернувшейся к практическому строительству АЭС.

По поводу планов Франции сократить долю атомной генерации с 75% до 50%, могу сказать, что это будет очень сложно в силу масштабности задачи. Снизить на 4-5% за счет роста ВИЭ или тепловой генерации, наверное, возможно. Но чем заместить треть объема, который они имеют от АЭС сегодня, не понятно, особенно в те сроки, что установлены. 5-10 лет на такой процесс – это сложно, даже если закрыть глаза на экономическую эффективность этого проекта. Думаю, что в ближайшие годы и Франция, и большинство стран западной Европы будут очень осторожно относиться к масштабному наращиванию ВИЭ и выводу из эксплуатации имеющихся мощностей, в том числе и атомных, так как это будет означать неизбежный рост цен. Для Франции, у которой высокая доля промышленности в энергопотреблении, причем промышленности крупной и энергоемкой, этот рост станет критическим фактором и может привести к закрытию объектов этой промышленности.