Как Грузия встречает ассоциацию с ЕС

В пятницу в Брюсселе премьер-министр Ираклий Гарибашвили и высшее руководство ЕС (Жозе Мануэль Баррозу и Херман ван Ромпей) подписывают соглашение об ассоциации Грузии с Европейским союзом. В Тбилиси уже вовсю готовятся к празднику. Саакашвили нынче не в почете, но исполнение «тысячелетней мечты грузинского народа» будут отмечать вполне в его духе: грандиозным концертом, фейерверком и прямыми трансляциями по всем телеканалам.

Насчет мечты тысячелетия безальтернативная картина мира грузинской интеллигенции еще советских времен такова: после падения Константинополя в 1453 году грузинский народ только и мечтал о воссоединении с матерью-Европой. Вплоть до 2014 года, когда мечта все же сбылась. Из той же мифологии – нынешний государственный флаг Грузии. На самом деле это флаг англо-французских крестоносцев. С Грузией его связывает лишь одна средневековая карта, обнаруженная в архиве, с пятикрестным флажком на месте Тбилиси. Так крестоносцы отметили вклад грузинского царя Давида IV Багратиона (1089–1125) и его войска в войну за освобождение гроба Господня. Или просто хотели показать на карте: здесь, на далеком востоке, свои, а не басурманы.

По честному счету, то есть если подходить к этому мифу с точки зрения элементарной справедливости, порядочности и исторической правды, «тысячелетняя европейская мечта» Грузии воплотилась в жизнь в 1801 году, после добровольного вхождения грузинского царства Картли-Кахетия в состав единоверной европейской державы – Российской империи. Но с течением времени, особенно в эпоху коммунистического тоталитаризма, с ее серостью во всем, старая легенда обросла совершенно иными мотивами, не имеющими ничего общего с устремлениями грузинского общества конца XV века, когда кахетинский царь Александр I направил в Москву первую просьбу о покровительстве.

Для нынешнего поколения грузин, сформировавшегося за последние полвека, Европа – это «мерседес» и «Манчестер Юнайтед». А они, как известно, лучше и сильнее «Волги» и московского «Спартака». Обижаться на это не стоит: все вопросы и претензии к темным десятилетиям подавления в советской империи личной свободы и самых простых человеческих устремлений, трансформировавшихся в миф о Европе как вечном празднике жизни.

Бороться с этим мифом бесполезно. Он все равно победит – хоть на киевском Майдане, хоть на тбилисском моэдани. Поэтому новые власти Грузии вполне разумно решили не плыть против течения: другого «общенационального проекта» все равно нет, а Мишико и его команда не дремлют: они готовы в любой момент обвинить правительство Ираклия Гарибашвили в «измене и попрании тысячелетней мечты» в угоду Кремлю.

За право подписать евроассоциацию, президент и премьер-министр Грузии воевали, как два джигита за красивую девушку. Победил глава правительства, 32-летний Ираклий Гарибашвили. Его поддержал фактический руководитель правящей коалиции «Грузинская мечта», миллиардер Бидзина Иванишвили, примеривший сан «грузинского Дэн Сяопина». С недавних пор он сердится на президента, Георгия Маргвелашвили, «за самовольные действия».

Президент очень хотел поставить подпись под «историческим документом». Даже заявил, что, «конечно, подпишет сам», но премьер-министр запретил главе государства самовольничать, сославшись на конституционную норму «контрассигнации» (когда акт главы государства скрепляется подписью главы или члена правительства). Действительно, после прошлогодних президентских выборов Грузия, по сути, трансформирована в парламентскую республику с всевластным премьером и слабым президентом, хоть глава государства все-таки избран всенародно и, согласно Конституции, обладает прерогативой подписывать международные договоры.

Что касается ссылки премьера на контрассигнацию, как пояснил в беседе со мной автор ныне действующей Конституции, бывший председатель Конституционного суда Автандил Деметрашвили, «правительство может не согласиться с документом, и он не вступит в силу, но запрещать президенту подписывать договор, тем более присваивать себе прерогативу подписи – полный нонсенс». Впрочем, вполне вписывающийся в местную политическую культуру.

Об экономических рисках евроассоциации в Грузии никто не говорит. Все свыклись, что Россия «на другой же день после подписания возобновит эмбарго, то есть вновь запретит импорт грузинского вина, боржоми и сельхозпродукции. Мало кто сомневается и в том, что грузинские крестьяне не смогут продать свои мандарины в Лондоне, а французы вряд ли встанут в очередь за «Хванчкарой». Но ведь речь идет о мифе и «тысячелетней мечте». Какая уж тут экономика и меркантильный расчет.

Нет ни одной политической силы, ни одной партии, ни одного деятеля, даже маргинального, хотя бы заикнувшегося о нецелесообразности подписания евроассоциации по экономическим мотивам: окончательной потери российского рынка, а вместе с ним и рынков стран, входящих в Таможенный союз. Крестьян-виноградарей, очень радовавшихся открытию «золотого российского рынка», его неминуемое закрытие, конечно, не вдохновляет, но громко сказать об этом означало бы публично наплевать на миф и мечту.

Другое дело риски военно-политические. Москва может наказать Грузию референдумом в Южной Осетии о присоединении к РФ. Но что от этого изменится реально? Российские пограничники и так стоят на грузино-югоосетинской границе, а бывшая грузинская автономия уже фактически является частью Южного федерального округа РФ в финансовом, экономическом, культурном и политическом плане. Вторгаться же на территорию Грузии из-за евроассоциации российские войска вряд ли станут. Тем более на фоне происходящего на Украине.

Поэтому грузины могут праздновать, наслаждаться мечтой и не обращать внимания на неприятные нюансы. Например, ЕС уже ввел безвизовый режим с Молдавией (на самом деле единственный реальный бонус от евроассоциации), а с Грузией об этом нет и речи. Почему? Тбилиси давно выполнил все «домашние задания» Брюсселя на этот счет, включая договор о реадмиссии. Конфликты, территориальная целостность, незаконная миграция? А разве Молдавия уже решила проблему Приднестровья или нелегальной трудовой миграции в Европу? Почему же с Молдавией – да, а с Грузией – нет?

Сотрудник одного из европейских посольств ответил мне на этот вопрос: потому что Молдавия – это Европа, а Грузия, согласно европейской традиции, географически находится в Азии! Если ввести безвизовый режим с одной азиатской страной, создается прецедент и повод для обиды других. ЕС подписал соглашения о евроассоциации и с рядом африканских стран, но ведь не вводил же с ними безвизовый режим?!

Впрочем, в праздничной эйфории на эти детали никто внимания не обращает – слезы радости слепят глаза.