Оригинал материала
Эдуар Вюйар: после импрессионизма
Французский художник Эдуар Вюйар (1868–1941) прожил долгую и плодотворную жизнь. Он использовал, как кажется, все возможные живописные техники — масло, клеевые краски (более всего — distempera, краску на клее из вываренной шкурки кролика), рисунок, гравюру.
Вюйар работал в самых разных жанрах — писал интерьеры, портреты, натюрморты, декоративные панно; а еще он был страстным фотографом и оставил огромный фотоархив (более двух тысяч единиц). Много лет (чуть ли не всю жизнь) он вел дневники, и они сохранились.
Вюйар был дружен со многими знаменитыми современниками и сам не был обойден славой; он был светским человеком, однако не был женат и жил со своей матерью вплоть до ее кончины в весьма преклонном возрасте.
Эдуара Вюйара относят к постимпрессионистам, но такая категоризация мало что объясняет в его творчестве — прежде всего потому, что она ничего не говорит о художественных задачах, которые ставил перед собой этот художник. К чему он не стремился, так это к повествованию; его мир чарует цветом, прихотливостью форм, а вот описывать, что происходит на его картине, довольно бессмысленная задача. Большей частью там «происходит» тихая жизнь людей и вещей…
Вюйар родился в 1868 году в Кюизо (Бургундия), в 1877-м семья переехала в Париж. Мать Вюйара была, как мы сегодня сказали бы, модельером: она работала для крупных домов готового платья.
Вюйар учился в Академии Жюлиана и в Школе изящных искусств; вместе с однокашниками в 1890-е годы он создал группу «Наби» (буквально — «пророки»). «Наби» тяготели к декоративности и двумерности изображения.
Вюйара, а также таких членов группы, как Валлотон и Боннар, называли интимистами; впрочем, все трое — художники с весьма разными манерами письма. Вообще, «Наби» не были «жесткой» группировкой: к 1900 году их уже объединяла разве что общая память. А для Вюйара именно 1890-е годы были исключительно важным периодом творчества: собственно, именно тогда он и состоялся как художник со своим видением мира, своими темами и своим «почерком».
Надо иметь в виду, что современниками молодого Вюйара и его друзей были художники и критики движения Arts and Crafts — к тому времени это уже был обще-европейский тренд в искусстве, с непременным акцентом на важности прикладного искусства, эстетического оформления жизни в целом и вообще всяческого рукомесла (отечественные параллели читатель легко вспомнит).
Другой источник вдохновения для Вюйара и его друзей из «Наби» — это японское искусство и прежде всего гравюры Хирошиге (Вюйар собрал большую коллекцию японской гравюры).
Неудивительно, что, когда Таде Натансон, знаток и меценат, начал в 1889 году издавать художественный журнал La Revue blanche, он привлек Вюйара. Наряду с Тулуз-Лотреком и другими современниками Вюйар много и охотно сотрудничал с этим журналом, собравшим цвет тогдашней французской интеллигенции.
Ни одна биография Вюйара не обходится без упоминания Миси Натансон, жены Таде Натансона. Мися, урожденная Мария Годебска (1872–1950), талантливая пианистка, училась у Габриеля Форе, но рано отказалась от блестящей публичной карьеры ради домашнего музицирования. Салон Натансонов, где Дебюсси и Равель играли новые сочинения, поэты посвящали Мисе стихи, а художники ее рисовали, был естественной средой жизни Вюйара вплоть до 1903 года, когда семья Натансон распалась.
В начале века Вюйар был уже достаточно известным и независимым художником; он получал много заказов, в том числе на вошедшие в моду декоративные панно, успешно работал в технике цветной гравюры.
В 1904 году Вюйар близко познакомился с галеристом и искусствоведом Жосом (Жозефом) Хесселем и его женой Люси. В дальнейшем — и до конца его дней — Вюйара связывали с Люси, по существу, семейные отношения.
Вюйар был популярным портретистом; любопытно, однако, что сам он настаивал на том, что он пишет не портреты, а «людей в их окружении». И в самом деле: «окружение» его героев и героинь почти всегда имеет самостоятельную ценность, так что художественная задача автора, как правило, не сводится к портрету.
Внимание Вюйара привлекают цвет платья модели, общий колорит интерьера, тени на скатерти, орнамент занавесей и ковров, картины на стенах, притом вещи изображены не в качестве «знаков» профессии или символов общественной роли, а как эстетически самоценные формы.
Вот, например, картина Вюйара «Камин» (1905). Напрасно зритель будет искать символическую интерпретацию изображенных предметов: это просто камин в углу комнаты (судя по виднеющемуся слева краю белой драпировки, это спальня).
Серая гладкая облицовка камина выделяется на фоне темно-красных обоев с узорами; на камине — цветущая ветка какого-то кустарника и полевые цветы, похожие на ромашки; большая бутылка и бутылочки поменьше с наклейками. У верхнего обреза картины виден нижний край рамы — скорее всего, над камином висит зеркало; пониже, непосредственно к стене, боком, небрежно засунута небольшая картинка, а на полу к камину прислонены два готовых холста без рам.
Современник Вюйара, известный художественный критик Юлиус Мейер-Грефе, однажды заметил, что в работах Вюйара всегда есть некая тайна: можно иметь у себя в доме его картину хоть целый месяц, а потом вдруг обнаружить «где-то в уголке новое лицо, да не просто лицо, а целый рассказ!».
Особая декоративность живописной манеры Вюйара была в полной мере востребована эпохой — декоративные панно в начале ХХ века стали использоваться не только в общественных, но и в частных интерьерах.
В Интернете Вюйар хорошо представлен. См., например, [1].