Левый уклон в "любви к слабым"

Общественная дискуссия в США по поводу израильской военной операции в Газе

Израиль – верный союзник США, и Соединенные Штаты являются основным союзником Израиля. Но это отнюдь не значит, что американцы стопроцентно поддерживают нынешнюю операцию израильской армии в Газе. Критика военных действий Израиля сосредоточена на левом конце политического спектра Америки.

​57 процентов американцев, согласно последним опросам службы Расмуссена, изучающей политически активную часть электората, считают, что США не следует вообще вмешиваться в палестино-израильский конфликт ну или, по крайней мере, не обременять себя излишними заботами об урегулировании ситуации в Газе. Однако ни много ни мало 30 процентов опрошенных высказались как раз за оживление американской дипломатии и за прекращение экономической помощи одной или обеим сторонам, если это подтолкнет их пойти на риск во имя мира. 30 процентов респондентов также полагают, что за поддержку Израиля США расплачиваются потерей благорасположения мусульманского мира.

Довод, который я чаще всего слышу в эти дни и от коллег-профессоров, и от студентов сводится к тому, что Израиль – это богатырь Голиаф, а палестинцы – слабый Давид, и что они, будучи людьми просвещенными, симпатизируют слабым, поскольку слабые – жертвы агрессии сильных, а потому правда всегда на их стороне. А те, на чьей стороне правда, рано или поздно побеждают. То, что Израиль не признает логики неизбежности поражения сильных, очень коробит левых интеллектуалов и настраивает их на суперкритический лад в отношении еврейского государства

Эта треть электората сосредоточена главным образом на левом политическом фланге, замечает гость РС профессор юридического факультета университета Нортвестерн в Чикаго Юджин Конторович. Американские левые, по его наблюдениям, далеко не в восторге от Израиля в целом. Но им не удается сочетать осуждение антитеррористических операций израильской армии с общей симпатией к Израилю как к стране.

– Довод, который я чаще всего слышу в эти дни и от коллег-профессоров, и от студентов сводится к тому, что Израиль – это богатырь Голиаф, а палестинцы – слабый Давид, и что они, будучи людьми просвещенными, симпатизируют слабым, поскольку слабые – жертвы агрессии сильных, а потому правда всегда на их стороне. А те, на чьей стороне правда, рано или поздно побеждают. То, что Израиль не признает логики неизбежности поражения сильных, очень коробит левых интеллектуалов и настраивает их на суперкритический лад в отношении еврейского государства. При этом сильная армия Марокко может крушить слабое повстанческое движение "Полисарио", а сильная Россия – отрывать Крым у слабой Украины, но демонстраций против Марокко или России на наших университетских кампусах я не наблюдаю. Так что довод о любви к слабым не очень убедительный, – говорит Конторович.

Возмущение левых операциями израильской армии, считает профессор Конторович, гораздо лучше объясняет их отождествление Израиля с капиталистическим Западом, чьим форпостом на Ближнем Востоке он якобы является. Это отождествление зародилось на пике холодной войны и сохраняется по сей день. Невзирая на то что угроза Западу и Израилю исходит сегодня не от идеологически близких западным левым социалистов в Сирии, Ираке или "ФАТХ", а от, казалось бы, духовно чуждых им исламистов – Ирана, "Аль-Каиды", "Хезболлах", ХАМАС.

– Те, кто корит Израиль за силовые действия, корят за это же и Америку. Будь то война во Вьетнаме или кампании в Ираке и Афганистане. Разница лишь в том, что Америка по-настоящему сильна, и ей легче переносить поношения. Израиль куда менее силен, и эти нападки очень больно бьют по его имиджу за границей и по его самооценке. Критика левых интеллектуалов, таким образом, эффективна в случае Израиля. И интеллектуалы ничем не отличаются от прочих людей в желании быть эффективными.

Идеал прогрессистов – единая Европа, преодолевшая порочную привязанность к национальному суверенитету, за которую в прошлом сражались многочисленные поколения их предков. Сепаратистские общественные движения в Шотландии или Каталонии являются реакцией на общий тренд в сторону построения транснациональных объединений, и, как мне представляется, левый лагерь испытывает такую же сильную антипатию к каталонским националистам, как и к израильским

Израиль, продолжает Конторович, является в глазах левых воплощением "немодных пороков человечества", и за одно это прегрешения его армии, реальные или мнимые, подвергаются суровому бичеванию:

– Израиль в сегодняшнем мире – это очень яркий символ национального государства. В этом не было бы ровным счетом ничего дурного, если бы национальная идентификация, подкрепленная силой оружия, не являлась в настоящее время в сознании прогрессистских кругов Америки и Европы непростительным атавизмом. Идеал прогрессистов – единая Европа, преодолевшая порочную привязанность к национальному суверенитету, за которую в прошлом сражались многочисленные поколения их предков. Сепаратистские общественные движения в Шотландии или Каталонии являются реакцией на общий тренд в сторону построения транснациональных объединений, и, как мне представляется, левый лагерь испытывает такую же сильную антипатию к каталонским националистам, как и к израильским.

В 18-м веке благомыслящие передовые мыслители Запада корили евреев за то, что у них нет своего государства, и за то, что они являются беспомощными жертвами истории, отмечает профессор Конторович. Потомки тех мыслителей ругают основателей современного Израиля за отставание от интеллектуальной моды, поменявшейся на сто восемьдесят градусов.

– Меня, как и всех нормальных людей, печалит гибель мирных граждан в вооруженном противостоянии палестинцев и израильтян, но по обе его стороны, а не только палестинцев. Я постоянно слышу о чрезмерном, непропорциональном использовании силы израильской армией. Но что значит "непропорциональном" с точки зрения международного права, которым я занимаюсь много лет? Значит ли это, что достигнутые результаты несоизмеримы с масштабами жертв и разрушений в Газе? Непропорциональном по отношению к чему? Рискам ракетных обстрелов Израиля, фактических и потенциальных? Рискам проникновения диверсантов на его территорию через туннели в Газе? Я знаю, многие американцы шокированы высказыванием израильских военных, что их операции в секторе сродни стрижке газона: мол, когда трава подрастает, ее надо косить. Меня самого это шокирует. Но что делать? С чем сравнивать действия Израиля, чей уход из Газы и породил эти постоянные кровопролитные стычки с ХАМАС и обрек мирных жителей прифронтовой зоны на страдания и лишения? Где лежит отправная точка в оценке гуманности или негуманности действий армии обороны Израиля? Ведь в мире нет ни одного другого государства, на которое постоянно в течение десятилетия падали бы ракеты неприятеля, жаждущего его уничтожения.