Черные пирожные, оранжевая революция

Biuro Literackie – самое известное в Польше издательство в области поэзии и современной культуры. Организатор поэтического фестиваля "Порт Вроцлав". Объединяет все значительные имена европейской поэзии конца ХХ – начала ХХI века. Около 15 лет издательство устраивало фестиваль в Легнице, недалеко от Вроцлава, где до 1993 года располагалась база советских войск. С фестиваля началась карьера многих звезд современного польского музыкального мира. Директор издательства Артур Буршта все эти годы поддерживал украинских авторов; в частности, он продюсер музыкального проекта Юрия Андруховича с рок-группой "Карбидо". Интервью записано во Вроцлаве, в редакции издательства.

– Давайте начнем с того момента, когда группа "Карбидо" и Юрий Андрухович познакомились, при каких обстоятельствах.

– Это был 2005 год, когда вышла антология "Поэзия всегда свободна" – 20 украинских поэтов в переводе Богдана Задуры. Гостями фестиваля были тогда семь украинских поэтов, в том числе Юрий Андрухович и Сергей Жадан, которым мы тогда издали отдельные книги. На украинском вечере с участием Юрия Андруховича было музыкальное сопровождение, которое подготовила группа "Карбидо", если точнее, музыку подготовили "Карбидо" и "Кормораны", две вроцлавские команды. И это короткое пятнадцатиминутное выступление было столь удачным, – помню, тогда исполняли "Козак Ямайка" Юрия, – что через пару месяцев я предложил музыкантам и Юрию записать диск. Нам удалось найти средства. У этой затеи оказался интересный результат. Тот первый диск назывался "Самогон", не могу не заметить, что название было моей идеей. Мне казалось, что то, что получилось тогда создать, в течение тех нескольких дней работы в студии, – это как раз и был такой "самогон".

– Почему история развилась в такой длинный серьезный музыкальный проект?

– Во-первых, ребята между собой подружились, у них как-то сразу все хорошо пошло. Во-вторых, была записана украинская вокальная дорожка к этому диску, и они выступали с концертами в Киеве, во Львове, в нескольких других украинских городах, везде это было принято с большим энтузиазмом. Ребята так сработались, что появилась перспектива дальнейшего сотрудничества, которое продолжается до сих пор, и, насколько я помню, сегодня есть уже три диска и огромное количество концертов. Мы можем только радоваться, что этот проект начался на нашем фестивале. Но это не единственный такой пример. Есть несколько других музыкальных проектов, которые зародились в рамках нашего фестиваля. Свой первый концерт на нашем фестивале сыграла группа Strachy na Lachy, которая сейчас очень популярна в Польше.

– Как это перевести?

– Это сложное идиоматическое выражение, которое означает что-то типа "нечего бояться". Вообще у фестиваля довольно богатая музыкальная традиция, кроме группы Strachy na Lachy гродненские группы выступали в рамках своих первых концертов. Была еще вроцлавская группа Őszibarack, Czarne ciasteczka ("Черные пирожные") – такой побочный проект Марцина Светлицкого. В последние годы известные группы писали музыку специально для фестиваля, а в прошлом году мы начали в нашем издательстве выпускать серию, которая называется "33 песни на бумаге". Там известные польские музыканты и авторы текстов публикуют поэтические сборники – как раз вокалист Strachy na Lachy Грабаж, Фиш Ваглевский, Лех Янерка, на днях выйдет книга Коры Яцковской (группа Maanam). И что интересно, в первой половине прошлого года это были самые рецензируемые художественные книги в Польше.

– "Черные пирожные" звучит интригующе.

– Это цитата из стихотворения Светлицкого "Второе причастие", из этой цитаты как раз песня и родилась потом.

– Я хочу вернуться к украинской линии вашего издательства и фестиваля. У вас довольно часто бывают украинские писатели, поэты?

– Нам повезло, что наши проекты вписываются в важные события, происходящие у наших восточных соседей. Когда мы издали нашу первую антологию, которую я уже упоминал, "Поэзия всегда свободна", разразилась оранжевая революция. "Газета Выборчa" писала тогда, что эта книга поспособствовала взрыву, революционному порыву. Последний наш издательский проект – это четыре украинских автора, в частности, Наталка Сняданко, Андрий Любка, этот наш проект вписался в события, которые в последние месяцы происходят на Украине. В промежутке между этими двумя антологиями, двумя книгами, еще у нас было несколько украинских вещей – это, в частности, Андрухович, Сергей Жадан, Остап Сливиньский, Василь Махно, Андрий Бондарь, который получил очень важную литературную премию, называется она "Ангелюс", среди учредителей была Наталья Горбаневская.

– Артур, я заострю вопрос. Русский какой-нибудь издатель или критик сказал бы: а что это поляки так интересуются украинцами? С чего такой интерес? Это вопрос географического соседства или это вопрос общей культурной истории?

– Во-первых, украинской литературе в Польше повезло с переводчиками. Если речь идет о поэзии, то это, конечно, Богдан Задура, который за последние два десятилетия выполнил просто невероятно огромный труд. Существенным здесь является момент, что многие украинские писатели хорошо владеют польским. Нет языкового барьера во время авторских встреч, украинские писатели могут живо участвовать в процессе перевода. Что тоже важно, многие писатели были в Польше на всяческих стипендиях и сами являются переводчиками польской литературы на украинский. Мне кажется, что для многих украинских писателей и поэтов прежде всего польская поэзия последних двух-трех декад стала серьезным источником вдохновения. Все это привело к тому, что украинской литературе было гораздо легче функционировать на польском издательском рынке. Огромную роль в пропаганде украинской прозы сыграло издательство Анджея Стасюка и Моники Шнейдерман, "Черное". Именно в этом издательстве выходили Наталка Сняданко, Андрухович, теперь его дочь София тоже у них публикуется. Они приложили огромные усилия, чтобы украинская литература появилась на рынке.

– Как были устроены эти стипендии? Это и чисто технический, и культурный вопрос: почему украинцы попадали на польские стипендии?

– Было много программ, которые были специально нацелены на Украину, на поддержку Украины, как в последние годы происходит и с Белоруссией. В Польше было много программ по Украине, в частности, во Вроцлаве есть организация Студия Восточной Европы, еще 10 лет назад здесь регулярно проходили фестивали украинской культуры, а наши авторы ездили на Украину, в основном во Львов, но и в Киев тоже. Традиция была довольно мощной. Сейчас появляется все больше таких программ, которые нацелены на Белоруссию.

– Можно ли сказать, что это вид культурной экспансии, или это вид географической близости? Чувствует ли себя польская культура сильнее украинской и белорусской, хочет как-то их ангажировать?

– Это переплетение многих аспектов. Особенно это важно для Вроцлава, потому что Вроцлав и Львов – это города-побратимы, это связано во многом с историей. Потому что жители Вроцлава послевоенного в основном пришли именно с Востока. Все это создало такую почву для взаимного моста между нами. Надо добавить, что Львов будет играть важную роль через два года, когда Вроцлав будет мировой столицей культуры, как город, который Вроцлав пригласил участвовать в части программы. Я думаю, что здесь действительно сложное переплетение. Во многом это похоже на прошлую ситуацию, когда поляков сильно поддерживала Германия, немцы. Я, в частности, начинал свою деятельность как организатор культурных мероприятий в 1990-е во время таких встреч молодых литераторов, немецких и польских. Как в свое время Германия помогала полякам, так поляки, скажем, теперь платят свой долг по отношению к Украине и во многом к Белоруссии.

– Скажите, с какими чувствами вы следили за зимними событиями на Украине? Майдан, революция, все остальное?

– Мы были этим все очень взволнованы, потому что у нас был постоянный контакт с нашими авторами, которые были на Майдане. Мы даже открыли специальный сайт, такой блог "Голос Украины", мы там публиковали воззвания, в частности, Андруховича, Остапа Сливинского. Поэтому можно сказать, что мы принимали активное участие, по крайней мере, пытались как-то поддержать наших украинских друзей.

– Сейчас чрезвычайно сложно говорить о будущем, но все-таки: как человек культуры и как менеджер культуры, как вы дальше видите развитие отношений с Украиной? Куда пойдет Украина? Она будет дальше сближаться с вами, она будет такой же, как Евросоюз, и в смысле культуры, и всего остального?

– Украинский народ и особенно украинские творческие деятели, такие как Андрухович, как Жадан, как Сливинский, себя чувствуют европейцами. Нельзя сказать, что они европейцами стали сейчас, они европейцами были и 10 лет назад, когда начали выезжать не только в Польшу, а вообще на Запад, в разные страны. Вопрос выбора для них, можно сказать, не стоит, потому что своим творчеством и своими действиями они показывают, что Украина – часть именно этого пространства. Ситуация такая, что западная часть Украины, которая мне известна лучше, она явно свой выбор сделала, и понятно, что будет двигаться в направлении интеграции. Восточная часть не очень мне известна и понятна. Я предполагаю, что там общественное мнение гораздо сильнее дифференцировано. Эта ситуация похожа на ту, которая была в Польше 25 лет назад, поляки как раз свой шанс на свободу использовали вполне. Что будет с Украиной, сложно сказать, как со всей страной, но при этом можно понять, что элита уже свой выбор сделала. Осталось только убедить остальную часть общества.