Основатель "Ночных снайперов" Диана Арбенина о новом диске и политике

альбом рок

ДИАНА АРБЕНИНА отметила 40-летие выходом сольного альбома "Мальчик на шаре", контрактом с международным мейджор-лейблом и обновлением состава группы "Ночные снайперы". БОРИС БАРАБАНОВ расспросил ее о новых партнерах, об отношениях с Украиной и о реакции на них в России.

— Ваш новый сольный альбом "Мальчик на шаре" стал первым опытом отношений с новым партнером — компанией Universal. Вы у них за долгое время едва ли не первый большой российский артист в каталоге. Чем они вас взяли?

— Мы знакомы с главой российского отделения Universal Дмитрием Конновым со времен радио "Максимум", это было давным-давно. Во время двух сезонов украинского "Голоса" мы постоянно общались. Я была в жюри, компания Universal патронировала проект. А в этом году весной случайно встретились на вокзале в Берлине. Я предложила господину Коннову свою сольную пластинку, и мы почти сразу же ударили по рукам. Сошлись на совершенно новой для меня и новой для российской Universal модели — эксклюзивно представили альбом на iTunes.

— По нынешним временам с их стороны логично было бы рассчитывать на долю прибыли с концертов. Записью-то много не заработаешь...

— Меня нынешняя ситуация полностью устраивает: они вообще не лезут в концертную историю, не забирают из гонорара ни копейки. При этом переизданием моей дискографии в виде бокс-сета, которая вышла 19 августа — в 21-й день рождения "Снайперов", занималась компания "Никитин" в рамках действующих до 2016 года договоренностей. Никто никому на пятки не наступает.

— "Мальчик на шаре" — сольный альбом. Группа "Ночные снайперы" вообще существует?

— В какой-то момент, несмотря на приближение 20-летия группы, отношения в ней окончательно испортились. Все медленно загибалось. Мы перестали общаться и, что самое главное, репетировать. Поэтому я рассталась с клавишником Андреем Титковым и соло-гитаристом Иваном Иволгой, с которым проработала много лет. На его место пришел Денис Жданов, и мы стали работать над новым гитарным звуком. Ритм-секция осталась прежней. Что же касается сольного проекта, то для него по рекомендации киевского саунд-продюсера Евгена Ступки был собран отдельный состав — барабанщик Стас Опойченков, гитарист Владимир Корниенко и гитарист Петр Чернявский, который ушел из "Океана Ельзи" и пришел к нам сыграть на басу. Мы записали альбом и сыграли два юбилейных концерта с Володей Корниенко. К работе в "Ночных снайперах" эти парни не имеют отношения, во всяком случае пока.

— Ваш предыдущий альбом, причем двойной, вышел не так давно.

— Да, год назад, и половина песен там была новая. У меня сочиняется больше материала, чем могут выпустить рекорд-компании, да и выпускать пластинки раз в полгода я тоже не могу. Поэтому я позволяю себе такие вольности, как сольная пластинка.

— У вас юбилей в этом году. С каким чувством встретили славную дату?

— В июне я съездила на концерт The Rolling Stones. Это феномен, который по большому счету вряд ли кто-то может объяснить. Как они столько лет остаются королями рок-н-ролла? Я поняла, что жизнь в 25 лет не заканчивается, а в 40, может быть, только начинается. Но я всегда допускаю для себя возможность развернуться и уйти. Я не связана никакими обязательствами, которые могли бы помешать мне это сделать.

— Времена, когда контракты заключались на 50 лет, остались в прошлом?

— О да, у "Ночных снайперов" был прекрасный контракт в 1999 или 2000 году. Мы втроем со Светланой Сургановой и тогдашним директором Светланой Лосевой пришли в компанию Real Records и одним махом подписали контракт на три года и при этом отдали авторские права на песни с альбома "Рубеж" на 50 лет после моей смерти. Три курицы, которых обвели вокруг пальца. Когда я это осознала, это был один из самых черных дней моей жизни. Я поняла, что смерть все-таки существует. Больше никогда таких контрактов мы не подписывали.

— Вы упомянули работу в украинском "Голосе". С тех пор ваши отношения с Украиной, кажется, становятся все прочнее.

— С Украиной никаких отношений не осталось. Я не понимаю, что происходит в этой стране. Я не понимаю, почему там потоками льется кровь. Но остались теплые отношения с людьми, которых я любила и буду любить, несмотря на то страшное, что происходит в стране. Публику свою я не брошу. Это люди с нормальными лицами, не фашисты, они ни в чем не виноваты. 3 июля я сыграла в Киеве концерт, приуроченный к моему 40-летию. Мы не отменили его, публика этого не поняла бы.

— Других понимает, а вас не поняла бы?

— Публика или, правильнее сказать, люди, живущие в Киеве, глубоко переживают всякий раз, когда сталкиваются с отменой концерта — будь то группа "Ленинград" или "Ночные снайперы". И они не понимают, в чем конкретно каждый из них виноват. Они не страдают экстремизмом, и, надеюсь, вы понимаете, что неправильно оставить в культурной изоляции людей, которые каждый день ходят за молоком, работают в офисе, воспитывают детей и не имеют отношения к Славянску, Донбассу... Простые люди не виноваты в том, что творят непростые политики. И в культурном окопе, в котором они оказались, их все же нужно подбадривать. Но упаси господи мне ехать играть в Славянск, в те места, где действительно льется кровь и где никто ничего не понимает. Мы видим только верхушку айсберга.

— Существующая связь с Украиной как-то сказывается на вашей деятельности в России?

— Меня опечалило то, как восприняла эти гастроли так называемая общественность в России. Появились какие-то черные списки, я в них в компании группы Scorpions, Бориса Гребенщикова и прочих под номером 45 или 46... в последний вагон вскочила, в общем. И тем не менее похоже на то, что у меня начинаются отмены концертов в России. Владимир, например, резко забрал площадку под какие-то нужды города.

— В таких случаях неизбежны комментарии типа "А может, просто билеты плохо продаются? Может, артист невостребован?"

— Нет, все-таки это инициатива городского начальства. У организаторов отбирают зал, и они теперь придумывают, на какую площадку этот концерт переносить. Отменяют Владимир, следовательно, рушится вся цепочка турне в этом регионе — Кострома, Иваново и т. д., три или четыре концерта. Билеты продаются хорошо, поверьте. Поймите, мне никто никогда не звонил из Кремля, ничего не запрещал. На этом уровне никто никого не притесняет. Это все перестраховщики из местных органов власти. Люди-то действительно купили билеты. И если концерт не состоится, я скажу как есть: мне запретили приезжать и играть.

"Мы видим только верхушку айсберга"