Как быть с овощами и фруктами

Поскольку исчезновение с прилавков магазинов части ассортимента овощей и фруктов стало реальностью, возникает вопрос, как с этим жить дальше? Понятно, что этот ассортимент – не критический, и без него, в крайнем случае, можно спокойно обойтись. Так же, как, например, можно обойтись без дорогих сортов рыбы, которые и раньше были недоступны широким слоям покупателей. Но контрсанкции затронули не только дорогие сорта, да и оставшееся на рынке подорожало.

Ограничения на импорт напоминают какую-то не очень серьезную игру, которую в любой момент можно будет прекратить. И тогда торговые сети снова наполнятся иностранным товаром, аналоги которого в России или не производятся, или производятся в совершенно недостаточном количестве. Однако ставка на импорт не является подходящим выходом для страны, которая сама, в принципе, может обеспечить своих потребителей основными видами плодоовощной продукции, за исключением, конечно, самых экзотических.

Но страны-производители экзотических плодов в санкционный список не попали, поэтому о судьбе их продукции беспокоиться не стоит. А вот о некоторых простых продуктах стоит сказать несколько слов.

Начнем с того, что, хотя по площадям сельскохозяйственных угодий Россия и занимает ведущее место в мире, но вот сезон у нее только один, да и тот иногда бывает не очень удачным. Поэтому, если мы хотим есть овощи, фрукты и другие плоды круглый год, то для этого их надо завозить из других стран, где собирают два или даже три урожая в год, и сами эти урожаи достаточно стабильные. И если этого завоза не будет, то после окончания сезона наше меню станет очень бедным, что не замедлит отразиться на физическом состоянии российских граждан.

Достаточно очевидными кажутся два выхода из сложившейся ситуации. Первый – отвести под ставшие дефицитными продукты максимально большое количество площадей, и получить на них такие объемы сельскохозяйственной продукции, чтобы ими можно было полностью заместить импорт. Второй – сделать производство этой продукции круглогодичным и гарантированным, то есть построить большое количество теплиц. Построение теплицы из поликарбоната - идеальный вариант использования данного материала. Поликарбонат за счет своей внутренней структуры обладает очень высокой степенью теплоизоляции и хорошей светопропускной способностью, что является основным требованием при строительстве теплицы. К основным преимуществам можно также отнести прочность, долговечноить, эластичность и легкость материала, это позволяет не строить тяжеловесный фундамент при установке теплиц из поликарбоната.

В принципе, конечно, это выходы, но у них есть несколько негативных последствий. Так, если мы будет выращивать в сезон очень большие объемы аграрной продукции, то возникнет проблема их хранения. Решить ее можно двумя путями – построить большое количество хранилищ (холодильников) или/и большое количество предприятий по их консервированию. Это вполне нормальные действия, но они требуют значительных капитальных затрат и некоторого времени – одним годом тут точно не обойдешься.

И, что самое главное, эту продукцию уже нельзя отнести к свежей и только что выращенной. Даже если она будет храниться по самым новейшим технологиям, потери полезных веществ все равно будут происходить, поэтому, когда она попадет на стол (или в тарелку) потребителя, то в большей степени будет выглядеть как украшение, а не как полезный для организма продукт.

Другой вариант – строительство теплиц – принесет точно такой же результат. Продукция, конечно, будет выращиваться круглый год, но ее вкус (и содержание полезных веществ) будут уже не совсем такими, как при выращивании в открытом грунте. Кроме того, строительство теплиц (как и хранилищ) опять же будет требовать определенных затрат и времени, поэтому сразу заместить импорт их продукцией все равно не получится.

Некоторые же виды продукции в закрытом грунте лучше вообще не выращивать – ничего хорошо не получится в принципе.

То есть, если мы откажемся от импорта, мы будем иметь продукцию с гораздо меньшим набором полезных веществ и худшими вкусовыми качествами. Но это будет еще не самым большим ее недостатком. Поскольку и хранение, и переработка требуют определенных расходов, продукция российского производства окажется несколько дороже, чем импортная.

Кроме того, отопление и освещение теплиц будет требовать дополнительных затрат электро- и теплоэнергии. И хотя увеличить производство электроэнергии вроде бы больших трудов не составит, найдут ли «Газпром» и независимые производители газа дополнительные объемы для поставок на внутренний рынок – это большой вопрос.

Мы рассмотрели негативные последствия ограничений ввоза сельскохозяйственной продукции. Но, естественно, кроме негативных последствий, существуют и позитивные.

Первое позитивное следствие этих запретов – рост внутреннего производства, занятости и доходов. Так всегда бывает, когда создается новая отрасль (в данном случае – подотрасль) производства. А для наших условий это хорошо еще и тем, что с занятостью, особенно в сельской местности, дела у нас обстоят не очень хорошо, а что касается доходов, то и совсем плохо.

Второе следствие запретов состоит в том, что они приведут к достаточно большой экономии иностранной валюты. Для нас это тоже является актуальным, потому что иногда возникает ее дефицит, который приводит к девальвации рубля (вроде той, которая произошла в январе текущего года).

И третье следствие заключается в обстоятельстве, которое находится достаточно далеко от фруктов и овощей. Выше мы упоминали, что производство дополнительной продукции в закрытом грунте потребует дополнительных затрат электроэнергии и природного газа и выражали сомнение, что российские производители углеводородов будут готовы удовлетворить возросший спрос со стороны аграрного сектора. Однако, судя по всему, у российских производителей газа в скором времени возникнет его избыток, который они совершенно спокойно смогут направить новым российским потребителям.

Такая возможность появляется из-за того, что на европейском рынке газа, который пока является основным рынком сбыта для «Газпрома», складывается ситуация, когда его потребление постоянно сокращается. Здесь «виновата» не только теплая зима (она легко может смениться холодной), сколько общий промышленный спад на европейском континенте. Промышленность Европы стагнирует и потребляет все меньше и меньше газа, поэтому у российских газодобытчиков его должно становиться все больше и больше.

Пока сокращения поставок не происходит, так как все контракты между российским «Газпромом» и его иностранными покупателями заключены на условиях полного отбора всего законтрактованного газа. Но со стороны покупателей все настойчивей раздаются требования о пересмотре условий контрактов, в частности - изменения формулы расчета цены или отказа от условия полного отбора газа.

Особенно сильно здесь выделяется Украина, которая хочет сократить объем закупок газа с обязательных 41,3 млрд. м3 в год до 10-13 млрд. м3 в год. Правда, несколько последних лет этот обязательный объем она все равно не выбирала, покупая и оплачивая только около 30 млрд. м3, но все равно такое резкое сокращение размеров обязательной покупки (почти в четыре раза) ставит перед «Газпромом» вопрос, куда девать ставшие избыточными объемы.

Компания пока держится, но если пойдет на уступки, то проблема размещения избыточных объемов встанет в полный рост.

И тогда дополнительный спрос со стороны производителей плодоовощной продукции будет неплохим подспорьем. Конечно, все объемы газа, высвободившиеся на европейском рынке, у этой подотрасли поглотить не получится, но если она сможет утилизировать хотя бы часть, это уже будет неплохим результатом.

В противном случае газовым компаниям придется снижать добычу, а этого варианта развития событий хотелось бы избежать.

В общем, если вы проводите политику «перетягивания одеяла на себя» (а российские контр-санкции можно трактовать только таким образом), то вы должны понимать, что через некоторое время после проведения этой политики вы лишаетесь старых рынков сбыта – за границей — и вам придется создавать новые рынки уже у себя в стране. В противном случае вы только обрушите объем производства и у своих контрагентов, и у себя самого.