В Кремле

Путин хочет собрать в центре ещё больше полномочий

9 СЕНТЯБРЯ 2014 г. ДМИТРИЙ ОРЕШКИН

Региональные проблемы всегда были ключевыми для существования России, и всегда упоминать о них было неудобно. Ещё с советского периода реальные проблемы регионов противоречили провозглашаемой концепции единой и неделимой могучей России. При управлении такой огромной страной приходится постоянно решать проблемы территориального характера, то экономические, то политические, то национальные, то религиозные. СССР не был исключением, но при этом подобных проблем, якобы, не существовало, вся страна была единой, её населяла новая историческая общность — советский народ, внутри которого никаких трений быть не могло. В реальности же проблемы накапливались, а решали их методами КГБ. В результате не хватит пальцев на руках и ногах, чтобы сосчитать народы-предатели, которые были выселены, репрессированы, чьи элиты были уничтожены и так далее.

В результате проблем как бы не было — но и жизни тоже. Экономика буксовала, потому что понятно, что чем она сложнее, тем менее эффективно ею можно командовать из центра, зато люди ходили «по ниточке». После сталинской эпохи, когда стало ясно, что такой режим с точки зрения экономики не эффективен, Хрущёв стал вводить совнаркомы, грубо говоря — региональные правительства. Но как только партия всерьёз начала реализовывать стратегию улучшения уровня жизни, централизованная система стала расползаться, потому что изначально она была построена не для этого, а для получения от людей ресурсов для своих собственных целей. Потом пришли новые люди, «брежневская элита», которая восстановила вертикальную модель, решив проблему управления созданием в десятки раз больше министерств и ведомств. С 1965 и до 1970 года шло развитие, но потом центр снова перестал справляться, к середине 80-х стало очевидно, что экономика неуправляема, и началась «перестройка».

Но как только сняли силовое сдерживание, сразу же начались трения, вроде войны в Нагорном Карабахе. Возникло противоречие: либо страна стоит и не развивается, но всё спокойно, либо развивается, но сразу увеличиваются риски распада. Брежневская централизация сменилась децентрализацией, зашедшей так далеко, что страна распалась. И продолжала распад, в связи с чем Ельцин создал несколько институтов, которые должны были регулировать межрегиональные отношения. Эти институты позволяли территориям договориться между собой, но они также ограничивали полномочия первого лица, поэтому Путин эти институты снова фактически устраняет.

Когда власть чувствует, что она способна контролировать ситуацию унитарными методами, ей начинает казаться, что она не нуждается в таком институте, как Министерство регионального развития. Но потом, через несколько лет, становится ясно, что проблемы никуда не делись, и власть, не желая полностью выйти из логики регионального управления, обратно создаёт ведомство, которое этим занимается. На самом деле регионы должны договариваться друг с другом сами, для чего и существовал Совет Федерации, а министерство — это просто иллюзия решения.

Но то, что сейчас устраняется даже такой формальный институт местного самоуправления, как Минрегион, означает, что центр считает: у него всё под контролем, а с функциями этого ведомства отлично напрямую справляется Администрация президента. Там у каждого региона есть свой куратор, который следит за своей территорией. То есть доминирует ценность порядка, а развития нет. Через два или три года станет ясно, что порядок — это хорошо, но в результате региональные элиты, лишённые стимула развиваться, «ложатся в спячку» и только ожидают дотаций из Кремля. Как следствие начинаются межрегиональные трения. Собственно, они уже начались, ВЦИОМ опубликовал результаты опроса, в соответствии с которыми 75% населения считает, то Москва слишком много себе позволяет в плане трат.

Всё это — признак победы партии «вертикалистов» и милитаристов. Путин хочет собрать в центре ещё больше полномочий, уничтожая даже саму иллюзию местного самоуправления. Но поскольку любая сложная система требует компетентных решений, то наша власть, как бы умна она ни была, не может справиться со всеми 80 регионами. Соответственно, их проблемы не будут решаться, вместо этого их будут просто откладывать и накапливать. И ситуация уже зашла так далеко, что разрешиться может только в результате серьёзного конфликта ценностей, например, если регионы скажут, что Москва им не нужна. А удерживать регионы в трудной ситуации в российской истории получалось всегда только силой.

Фотография ИТАР-ТАСС