И ангелы улетели

Фильм Андрея Королева, снятый в Беслане в десятую годовщину теракта в школе номер 1

Этот "седой" фильм – продолжение беспощадной истории Беслана. Родные погибших, дети, даже 334 воздушных шара, улетевшие в выцветшее небо под траурный набат, – все покрыто сединой, как тайной, нависающей над маленьким североосетинским городком – метафорой человеческой беды и чиновничьей лжи.

До отлета из Москвы нас предупреждали, что бесланские дети – особенные. Они молчат, как если бы им приказали. Шестнадцатилетний Руслан Салказанов молчит выразительней остальных. 1 сентября 2004 года вспоминает неохотно. Помнит, что в первый класс его провожали бабушка, мать и четырехлетняя сестра Рада. Помнит линейку, незнакомые лица старшеклассников и учителей.

3 августа Руслан находился в спортивном зале школы. После второго, отчетливо запомнившегося взрыва, он сумел выбраться в образовавшуюся дыру в кирпичной стене. Свидетели рассказывали, что мальчика нашли в пятидесяти метрах на улице Школьной. Он был окровавлен, почти без сил. Осколки повредили правое бедро и лодыжку. Шестилетний ребенок не мог плакать и даже не просил пить.

Ровно через десять лет он будет стоять перед школой в черной футболке с надписью "Антитеррор".

Двухэтажная школа в центре города превратилась в мемориал скорби под открытым небом. Тут нет успокоения ни сердцу, ни душе. Время оказалось короче человеческой боли.

В России 1 сентября, День знаний. В Беслане – день памяти и скорби. Десять лет назад полторы тысячи заложников – преимущественно детей и женщин – оказались в руках нескольких десятков террористов. С тех пор в сотнях томов уголовного дела сплошные вопросы.

В Беслане по-прежнему уверены, что если приход террористов в мирный город – это рок, судьба, то смерть трехсот тридцати четырех человек – это символ некомпетентности российского руководства. Вот уже десять лет родственники ведут собственное расследование бесланской трагедии. Исписаны тысячи страниц, собраны сотни свидетельств, получены десятки интервью как с оставшимися в живых заложниками, так и очевидцами, родителями, сотрудниками спецслужб, чиновниками, наконец. Но доводы людей всякий раз упираются в стену официального молчания.

В ночь с 1 по 3 сентября матери Беслана приходят в спортивный зал, чтобы побыть наедине с памятью. Больше им побыть не с кем. Московские начальники в город не приезжают. Здесь только матери и триста тридцать четыре свечи, зажженные в память о погибших.

Владимир Путин побывал в Беслане лишь однажды. Это было 4 сентября 2004 года – на следующий день после штурма. Глава государства посетил госпиталь, где пообещал пострадавшим в трагедии выплатить компенсации. И вскоре уехал. Это все, чем ответили власти на требования бесланских активистов огласить истинные причины гибели 334 человек, из которых 186 – дети.

В середине октября этого года в Страсбурге состоится первое заседание Европейского суда по правам человека. Иск общественных организаций, продолжающих вести расследование трагедии, находится в этой международной инстанции уже несколько лет. Будет ли признана вина российских властей, отдавших приказ на штурм школы, или нет – вопрос, скорее, этического толка. Остается главное: отсутствие правды заставляет ангелов покидать свой мраморный "Город" навсегда.