«У них инстинкт ящера»

1. Какова цель ареста главы АФК «Система» Владимира Евтушенкова?

2. Почему именно сейчас?

3. Кто следующий?

1. Я думаю, что Владимир Евтушенков, который является человеком в достаточной степени интегрированным во власть, полагал, что он может договориться на каких-то разумных условиях. Он, видимо, недоучел, что в нынешней ситуации, когда президент Путин занят совершенно другими делами, отличными от внутренних дел страны, значительно бÓльшую роль приобретают собственные интересы силовых структур и лиц, кого эти силовые структуры по тем или иным причинам воспринимают как хозяина или, во всяком случае, как влиятельного человека при хозяине. А таким человеком, несомненно, они воспринимают Сечина, и тот абсолютно не задумывается, во всяком случае, сужу по своему опыту, о том, что своими действиями он — по моему мнению — подрывает репутацию правоохранительной системы и страны в целом. Ну что ж, понятно. Его, на мой взгляд, сама страна не очень волнует, его волнует его место.
Вы полагаете, что Путин не знал, что Евтушенкову собираются браслет на ногу надеть?
Несомненно, знал. Несомненно, его об этом не только проинформировали, но и спросили у него добро. Но мы же с вами прекрасно знаем господина Путина. Он человек эмоциональный, или позволяющий себе быть эмоциональным. Он вполне управляем своим окружением, для которого главное — подойти к Путину в нужный момент и иметь возможность подсунуть Путину информацию, создающую определенное настроение. После этого они получают добро. Это такая технология, которая работает со всеми автократами, и чем старше те становятся, тем лучше она работает.
2. Почему — сейчас? Евтушенкову предложили за «Башнефть» цену, которая его не удовлетворила, или просто сказали: «Отдай!»?
Этого я знать не могу. Я считаю, что Евтушенков оценил свой потенциал во власти и пришел к выводу, что он имеет возможность отстаивать свои условия, свои интересы. Он недоучел, что его потенциал завязан на ту часть окружения, которая сейчас, видимо, по сравнению с Сечиным, менее влиятельна.
Против Игоря Сечина и «Роснефти» введены санкции: это могло повлиять на решение начать жесткие действия по отношению к владельцу АФК «Система»?
Да нет, я думаю, что это совершенно не связано. Санкции ввели только что, а на самом деле вся эта история готовится уже на протяжении, по крайней мере, с начала этого года. И, к слову, я хочу обратить внимание, что несмотря на то, что природа дел (ЮКОСа и «Башнефти». —The New Times.) разная, график одинаковый. По мне команда была дана в феврале (2003 года), а на реализацию вышли в конце октября. По Евтушенкову раскрутку начали в марте, в середине сентября вышли на реализацию по первому лицу. Технология действий следственных органов, я думаю, абсолютно одинакова. То есть она была наработана на деле ЮКОСа, и сейчас ее просто на сто процентов реализуют в деле Евтушенкова. Там даже сотрудники следственной группы пересекаются. Просто в моем случае ситуация началась принципиальным решением Путина о необходимости ликвидировать политическую угрозу — он воспринимал меня как политическую угрозу, и только потом возник коммерческий интерес Игоря Ивановича (Cечина), который стал его реализовывать во всю мощь своих, как я полагаю, не вполне законных связей. А в данном случае все началось сразу с коммерческого захода Игоря Ивановича. Если он смог тогда воспользоваться ситуацией, то почему сейчас он не может эту ситуацию сформировать, исходя из своего интереса? Он ее сформировал по лекалу дела ЮКОСа.
У «Роснефти», как утверждают эксперты, огромные долги, рефинансирование которых затруднено санкциями.
Да нет, они не мыслят так длинно, у них инстинкт, как бы это сказать, ящера. Двигается — хвать, ан, не получилось — голову оторвало, порвали другие ящеры. Следующего схватил — проглотил, опять двигается… Дело-то («Башнефти») началось еще вообще до украинских событий. Как связаны санкции с арестом? Ну, дело началось, Евтушенков отдавать (компанию) отказывался. Если бы санкций не было, так он бы что, не отказывался? Наверное, отказывался бы по-прежнему. А методы Игоря Ивановича, как они связаны с санкциями? Когда был ЮКОС, санкций не было, он применял эти методы, ему они понравились. Я далеко не единственный человек, в отношении компании которого Игорь Иванович использовал свои возможности в правоохранительной системе. То есть здесь абсолютно понятно, что в моем случае он использовал для того, чтобы просто кусок оторвать, а принципиально дело велось Путиным. Но в данном случае он (Сечин) целиком ведет дело. Эволюционирует. Настолько, насколько может эволюционировать.
Еще одна гипотеза: государство посредством «Роснефти» пытается сконцентрировать всю нефтянку в одних руках — создать что-то вроде министерства нефтяной промышленности, как было во времена СССР?
Это правда, Сечин давно это пытается сделать.
3. Тогда — кто следующий?
Я не думаю, что у него отстроен план. Увидит возможность — хапнет. Не увидит возможности, не хапнет.
Кто-то отмечает, что «Лукойл» под санкциям, а значит, ослаб…
Опять санкции. Вам обязательно надо эту тему к санкциям привязать? И, к слову, Вагит (Алекперов — совладелец и президент нефтяной компании «Лукойл») ему (Сечину) давно бы отдал, но у Вагита зарубежные активы слишком серьезные, с ним так уж в тупую эти игры проводить нельзя.
Есть еще «Сургутнефтегаз», у которого на счетах, согласно отчетности компании за 2013 год, в депозитах $ 32 млрд!
И что? Ну, если пока «Сургутнефтегаз» еще не под наездом, это значит, он уже… А мы прекрасно понимаем, что Богданов (Владимир Богданов — генеральный директор «Сургутнефтегаза» с 1984 года) давно исполняет разного рода поручения, и мы это видели еще на деле ЮКОСа. Это просто означает, что эта тема уже давно как-то решена.
Тогда остается «Русснефть» Гуцериева и «Татнефть».
Ну, наверное. Вы сейчас пытаетесь выяснить, кого следующего будут атаковать, но у вас эта штука сейчас не получится. Потому что вы строите свои предположения на неких логических предпосылках, а логических предпосылок здесь не будет, здесь будет просто некий случай, некая оказия, и на базе этой оказии возникнет следующий шаг. Не возникнет этой оказии, не будет следующего шага.

фото: Евгения Альбац