Страх и ненависть Каракоша

Каждый, кто смеет усомниться в пользе военной операции западной коалиции против ИГ в Ираке и Сирии, сразу слышит в ответ: «А как еще можно остановить этих безумцев?»

Но, во-первых, эти «безумцы» — боевики-исламисты и их вожаки, объявившие о создании нового «великого халифата» — не появились в одночасье. Они впервые обнаружили себя в Ираке в 2003 году, когда туда вторглись США, и с тех пор никогда не покидали его. Они «отлучились» лишь однажды, в 2012 году, чтобы примкнуть к джихаду в соседней Сирии. Джихадисты-ополченцы, с самого начала симпатизировавшие «Аль-Каиде», — это гремучая смесь, состоящая из иракских полувоенных формирований, брошенных американцами, бесправных суннитов, посчитавших себя изгоями при новой шиитской власти в Багдаде, и маргиналов-отщепенцев, мечущихся от сражения к сражению, рвущихся в бой с «неверными» где угодно. Новизна момента лишь в том, что теперь в этот кипящий котел прыгнули еще и завербованные рекруты с Запада, которые стали пушечным мясом.

После ухода американцев из Ирака там на некоторое время воцарилась обманчивая тишина. А между тем в стране продолжалось планомерное выдавливание христианского населения, что вылилось в конечном счете в его исход — в результате наступления отрядов ИГ одни только города Мосул и Каракош были вынуждены покинуть более 180 тыс. христиан.

Непоколебимое молчание христиан Запада — то ли от незнания происходящего, то ли от безразличия — ошеломило, разочаровало и глубоко озаботило христиан Востока. Запад по сути начал действовать, только когда исламисты стали планомерно уничтожать еще одно религиозное меньшинство — курдов-езидов, в которых мусульмане-сунниты видят «сатанистов».

В начале 2014-го «безумцы» из ИГ отвоевали Фаллуджу и прошлись по всему региону Анбар, граничащему с Сирией. Но и тогда мир обратил на них внимание лишь на какое-то мгновение, застыв в ужасе.

Почему же президент Обама решился-таки на военную операцию против ИГ?

Причина была отнюдь не только в том, что Америка, как сказал Обама, не могла бросить на произвол судьбы оставшихся в зоне наступления ИГ американских советников и инструкторов. (Кстати, лично для меня так и осталось непонятным, почему жизнь американца стоит дороже, чем жизнь иракца, афганца или сирийца.) Америка предприняла решительные действия прежде всего потому, что услышала сигнал о помощи от своего самого надежного и предсказуемого союзника в регионе — властей автономного Иракского Курдистана. Сколько раз за истекшие десять лет мне приходилось слышать от курдов жалобы на отсутствие реального участия в их судьбе со стороны евроатлантического сообщества. Но и здесь не все просто.

Во время первых военных побед ИГ весной—летом этого года подразделения элитного курдского ополчения «пешмерга», состоящего в основном из мусульман-суннитов, заняли стратегически важный город Киркук, по сути — нефтяную столицу Ирака. Но битва за Киркук была странной: джихадисты фактически позволили «пешмерга» взять город без боя. Это наводит на мысль о негласной договоренности курдов с ИГ: первые берут под свой контроль Киркук, свою вожделенную и недостижимую цель с 2003 года (американцы, пока были в Ираке, не давали курдам этого сделать), а вторым предоставляется возможность безраздельно хозяйничать на обширных территориях Северного Ирака, где до сих пор проживали две большие общины иракских христиан. И только отчаяние и негодование жителей христианского Каракоша, устроивших недавно марш протеста, вынудило Запад обратить, наконец, внимание на их положение. Не поздно ли?

В течение ближайших нескольких месяцев вполне вероятно произойдет распад Ирака как единого и целостного государства. Боевикам ИГ не требуется ни современное оружие, ни отлаженная инфраструктура, чтобы сохранить свои позиции. Во-первых, в их руках оказалась вся военная техника, брошенная разгромленной иракской армией. Во-вторых, их добычей стали как минимум полмиллиарда долларов, захваченных в банках Мосула. В-третьих, они сеют по стране страх и послушание с помощью ножа и видеокамеры, распространяя через Youtube сцены казни западных заложников, расправы над «неверными» и неугодными. А посеянный страх с помощью одних только бомбардировок не одолеешь.