Пять российских процентов Нобеля

Начинается Нобелевская неделя, в ходе которой будут объявлены лауреаты самой престижной в мире научной премии

Первыми в понедельник станут известны лауреаты Нобелевской премии по физиологии и медицине, затем, во вторник, своих героев найдет премия по физике, а в среду — по химии. После перерыва на присуждение Нобелевской премии мира (в пятницу), в следующий понедельник, 13 октября, станут известны нобелевские лауреаты по экономической науке. О сроках присуждения премии по литературе будет объявлено дополнительно.

Прогнозы

В последние годы вокруг Нобелевской премии сложилась традиция, заключающаяся в попытках заранее угадать имена лауреатов. Наиболее преуспела в этом компания Thomson Reuters, которая с 2002 по 2013 год верно предсказала имена 35 из 112 лауреатов научных нобелевских премий. Такой точности компании удалось добиться благодаря профилю своей деятельности: она занимается анализом научной библиографии. Огромная база данных по научному цитированию позволяет отследить, работы каких ученых и по каким темам привлекли наибольшее внимание коллег в последнее время.

Тут, правда, нужно сделать пару существенных оговорок. Во-первых, для каждой сферы науки Thomson Reuters делает не одну "ставку", а сразу три, называя три научных направления и соответствующих им исследователей. Во-вторых, компания считает свое предсказание успешным, даже если оно реализуется не сразу, а в последующие годы. Так, в прогнозе прошлого года были угаданы только два имени – Питер Хиггс и Франсуа Энглерт, которые получили премию по физике за предсказанный ими бозон Хиггса, открытый годом ранее на Большом адронном коллайдере. Однако имена еще шести лауреатов обнаружились в прогнозах Thomson Reuters за предыдущие годы, так что в целом удалось предсказать 8 имен из 11.

Кто-то скажет, что возможность подобного прогнозирования во многом лишает Нобелевскую премию интриги. С другой стороны, это показывает, что премия адекватно отражает научную значимость как исследовательских направлений, так и отдельных ученых.

Преимущества разнообразия

Несмотря на высочайший авторитет Нобелевской премии, к ней есть целый ряд претензий. Так, часто шутят, что для ее получения ученому мало совершить научный прорыв, надо еще оказаться долгожителем, чтобы дождаться признания. При этом награда все чаще отмечает не столько выдающееся открытие, сколько формирование нового научного направления. В этом случае премия играет роль сигнала для распределения грантов и инвестиций, а это сказывается на ее объективности. Наконец, Нобелевская премия охватывает не все науки. Достижения астрономии еще удается отмечать, поскольку она почти полностью превратилась сегодня в астрофизику, но математика и науки о Земле полностью остаются за бортом премии.

Эти недостатки компенсируются десятками других международных научных премий. Так, присуждаемая с 1936 года Филдсовская премия имеет репутацию математической Нобелевской премии. В Израиле в 1978 году учреждена премия Вольфа, охватывающая математику, физику, химию и другие области. Ее считают следующей по престижности после Нобелевской и Филдсовской. Норвежцы с 2003 года вручают премию Хольберга гуманитариям и премию Абеля математикам, а с 2007 года к ним добавились премии Кавли в номинациях астрофизика, нанотехнология и неврология, то есть в науках о самом большом, самом малом и самом сложном. Однако, несмотря на то что все эти премии высоко котируются в кругу специалистов, публика почти ничего о них не знает.

В 2012 году российский бизнесмен Юрий Мильнер, совладелец компании Mail.ru Group, решил пробить эту стену, учредив самую крупную в истории научную премии за достижения в области физики. Если Нобелевская премия составляет сейчас немногим больше 1 миллиона долларов в расчете на номинацию в целом, то величина премии Миллера – 3 миллиона долларов, причем каждому лауреату. В прошлом году к Мильнеру присоединились создатель Facebook Марк Цукерберг и один из основателей Google Сергей Брин, и вместе они учредили еще две таких же научных премии – за прорывы в математике и в медицине.

Российская доля

В актуальном прогнозе Thomson Reuters названо 27 имен исследователей, работающих по 12 научным направлениям. Из них 17 из США, трое из Австралии и по одному из Канады, Германии, Великобритании, Японии, Китая, Южной Кореи и Саудовской Аравии. Поэтому по окончании нобелевской недели в России вполне могут вновь начаться разговоры о том, что Нобелевский комитет дискриминирует россиян. Однако статистика не подтверждает эти обвинения.

Возьмем перечисленные в "Википедии" международные научные премии, помимо Нобелевской, и посмотрим, как часто получали их российские и советские ученые. Оказывается, с начала XX века на них, включая эмигрантов, приходится 58 из общего числа 953 различных наград, что составляет 6,1%. По научным Нобелевским премиям это же соотношение составляет 34 из 636, то есть 5,3% (а если не учитывать экономику, которой нет в других премиях, то получится 32 из 562 = 5,7%).

Таким образом, доля российских нобелевских лауреатов мало отличается от доли российских обладателей других премий. Вряд ли можно заподозрить в ангажированности сразу все престижные премии. Очевидно, что 5-6% – это естественная для России доля в мировых научных премиях. Причем эта величина выглядит весьма значительной, если учесть, что население и экономика России составляют около 2% мировых, а финансирование науки в России значительно ниже, чем в экономически развитых странах.