Док.спектакль "Выселение театра"

Московские власти без объяснений выселяют Театр.doc из помещения, где он находился более 10 лет

Московский театр документальной пьесы Театр.doc выселяют из помещения, который он арендует с 2002 года в подвале жилого дома в Трехпрудном переулке.

Как сообщила директор театра Елена Гремина, Департамент имущества Москвы решил расторгнуть договор аренды в одностороннем порядке и без объяснения причин.

Театр.doc – один из немногих, работающих в документальном жанре. Большинство постановок основаны на подлинных текстах, судьбах реальных людей, как, например, спектакль "Час 18", посвященный погибшему в московском СИЗО юристу Сергею Магнитскому. В планах у Театр.doc было устроить читку пьесы "Номера" украинского режиссера Олега Сенцова, задержанного ФСБ. Недавно репертуар пополнился новой комедией – "Отпуск в Крыму", рассказывающей об истории сотрудников рекламного агентства, которым дали задание заняться ребрендингом "обветшалого, присыпанного совковой пылью крымского курорта".

В интервью Радио Свобода Елена Гремина говорит, что ее уже спрашивают, не закрывают ли Театр.doc:

– Я говорю, что Театр.doc является негосударственной организацией, закрыть ее возможно только по решению суда. Мы совершенно законопослушные, платим налоги, выполняем все, что нужно, поэтому пока еще до этого не дошло. Но что касается помещения, которое мы на законных основаниях арендовали у Департамента имущества города Москвы, – с нами неожиданно расторгли в одностороннем порядке договор, и мы об этом совершенно случайно узнали, когда сдали документы на продление, очередной цикл аренды заканчивался, и мы имели право на приоритетное продление. И вдруг мы узнаем, что, оказывается, с нами досрочно расторгнут договор. Мы про это ничего не знали, и для нас это такой немножко шок.

Крошечный подвал, не такой уж лакомый кусок для Департамента имущества

– То есть вы уже в декабре должны освободить это помещение?

– Видимо, так.

– И куда вы отправитесь?

– Мы еще не знаем. Такие новости, мы еще как-то не думали про это.

– Видите в этом какую-то подоплеку?

– Я не люблю конспирологии, но я думаю, что какая-то логика, наверное, есть, почему такое решение было принято именно сейчас – притом что театров в Москве не хватает, и наш театр очень успешно работает, в центре внимания сейчас находится, постоянно получает какие-то премии, ездит на гастроли... Вот в прошлом году мы получили очередную премию "Золотая маска", то есть существуют какие-то доказательства нашей эффективности. И почему вдруг этот театр надо лишать помещения, которое он на законных основаниях арендует? Крошечный подвал, не такой уж лакомый кусок для Департамента имущества. Поэтому про логику, конечно, надо бы у них спросить, почему вдруг они так сделали.

– Театр.док – необычный театр, репертуар специфический, постановки на острие политической и общественной жизни.

– У нас совершенно разные постановки, и конечно, мы интересуемся общественной жизнью, у нас активная общественная позиция. Мы, конечно, театр свободный, где люди свободно высказываются, и мы этим очень дорожим. Да, мы такие.

– Сейчас у вас репертуар какой?

– У нас документальные спектакли – это наше главное, чем мы занимаемся, самые разные, на разные темы. Есть и на какие-то остро социальные, есть и такие, как "Обними меня, или Я боюсь любви" – это про жизнь чувств в большом городе. Есть там "День 40" – это про беременных женщин. Есть такой спектакль, как "Час восемнадцать" – это про смерть адвоката Магнитского, очень популярный спектакль. Есть "Акын-опера", которая получила сейчас "Золотую маску", – это где играют гастарбайтеры, очень трогательный спектакль, такие музыканты профессиональные, которые у себя на родине были замечательными певцами, а тут они занимаются грязной работой на стройках, чтобы посылать деньги своим детям и старикам в Таджикистан. Есть спектакль "Язычники" – это последняя пьеса Анны Яблонской. То есть очень разные спектакли.

– Верно ли, что вы собирались поставить спектакль Олега Сенцова "Номера"?

– Не спектакль, а просто одна читка должна была быть, она и будет, наверное, в поддержку. Режиссер Павел Бардин сказал, что он хочет какую-то акцию в поддержку коллеги провести, который находится сейчас в тюрьме, и его поддерживает много кинематографистов, людей искусства по всему миру, в том числе и у нас. Такая акция действительно запланирована, но когда она будет – это уже вопрос к Бардину. Думаю, она будет непременно.

А какие к нам могут быть претензии?

– А в чем эта акция должна была заключаться?

– В том, чтобы привлечь внимание к тому, что творческий человек занимается художественным творчеством, чтобы человек крупным планом был увиден, человек – творец.

– До сегодняшнего момента какие-то претензии со стороны московских властей к театру были?

– Нет. А какие к нам могут быть претензии? Мы не сдаем, как большинство московских театров, свои помещения под корпоративы и какие-то коммерческие вещи, у нас происходит огромное количество бесплатных мероприятий для московских жителей, у нас по три спектакля в день, у нас огромная эффективность в смысле того, насколько мы маленькие и какой при этом резонанс. В общем, мы очень интенсивно работаем, выполняя свою уставную деятельность. Поэтому какие могут быть претензии? Таких вот логических претензий быть не может. А какие-то иррациональные – я не знаю. Если посмотреть на безумие, которое сейчас в принципе происходит, вроде запрета на показ совершенно невинной детской пьесы "Душа подушки", в которой увидели гомосексуализм, из-за чего была сорвана программа Книжного фестиваля... Мы, кстати, эту читку делали у нас. Ну, это уже вне логики, это уже как к психоаналитикам надо идти. А если серьезно, то какие-то профнепригодные решения принимаются часто по культуре, и все чаще и чаще.

Я не знаю, что мы будем делать, но Театр.doc будет жить

– Надеетесь как-то оспорить это решение?

– Я про это не знаю, я думаю, что это же решение не хозяйственное. Потому что выполнили все пожарные предписания, платим все налоги, платим аккуратно аренду. Наверное, есть какое-то основание, почему вдруг с организацией, которая аккуратно выполняет все свои обязательства, с арендатором вдруг так поступать. Наверное, есть какая-то логика у людей, которые приняли такое решение. Ну, вступать в борьбу с безумной логикой я не буду. Я не знаю, что мы будем делать, но Театр.doc будет жить, это не оспаривается.

– А в Москве сложно найти другое помещение?

– Я про это не думаю. В принципе, конечно, сложно все, если вы все даже делаете по закону, но я думаю, что, в принципе, жизнь вообще очень сложная, и мы ко всему привыкли. Сложности нас не пугают.

– Вы рассчитываете на поддержку коллег по искусству, что за вас заступятся известные люди?

– Я не сомневаюсь, что поддержка будет. В мире театра мы все друг друга поддерживаем, и я всегда поддерживаю, и коллеги, я думаю, чем могут, помогут. Но просто тут еще одно безумное решение, вот и все. Я надеюсь, что, тем не менее, этому безумию есть что противопоставить у театрального сообщества.