Масштабы будущей инфляции определит степень испуга населения курсом

Оценки влияния девальвации рубля на будущую инфляцию ЦБ и Минэкономики уже расходятся: по мнению ЦБ, уже состоявшееся ослабление рубля добавит к инфляции до 2,5 процентного пункта (п. п.) в 2014 году, по мнению Минэкономики — до 4 п. п. На деле влияние девальвации на инфляцию сейчас малопредсказуемо — так, значение имеют будущие масштабы парадоксального всплеска частного потребления при девальвации, характерные для российского рынка в 2014 году.

Против инфляционных предположений главы Минэкономики Алексея Улюкаева играет склонность населения России широко гулять на последние
Фото: Александр Миридонов, Коммерсантъ / купить фото

Говоря в прошедшую пятницу о влиянии (переносе) девальвации рубля на потребительскую инфляцию, глава Минэкономики Алексей Улюкаев применил заложенный в модели, разработанной для открытых экономик, прямой счет. Согласно ему, каждые 10% падения стоимости рубля прибавят в течение полутора месяцев--квартала 1 п. п к росту розничных цен. По словам министра, более 40% девальвации заставят заплатить потребителей дополнительно порядка 4 п. п. к годовому уровню инфляции, которая по итогам года окажется "не ниже 8,5%". Последние оценки размера переноса Банком России, опубликованные в конце октября, заметно скромнее, 1,3 п. п. Расхождение предположительно складывается из гипотезы ЦБ о том, что принудительный запрет на поставки импортного продовольствия искажает модель открытой экономики и перераспределяет большую часть потребления в пользу отечественных товаров, на цену которых курсовые колебания имеют не меньшее влияние.

Почему рубль заплыл слишком далеко

В ситуации, когда динамика внутренних цен на импорт ограничена и запретом поставок, и сжатием спроса на товары, от которых легко отказаться из-за роста курса, потребители реагируют на каждый очередной существенный виток девальвации сокращением сбережений и увеличением покупок дорогих товаров долгосрочного пользования, инвестиционных товаров или конвертацией части накоплений в валюту. Это работа предположений, которые и раскручивают инфляционные ожидания — с ними экономические власти с октября 2014 года пытаются бороться, в том числе словесными интервенциями в пользу рубля. Риторика таких "интервенций" последней недели концентрировалась на новом равновесии, к которому уже, вероятно, пришли платежный баланс и рубль. Однако если новое равновесие во внешней торговле модели, которыми пользуются ЦБ и Минэкономики, считают относительно точно, то состояние финансового счета (особенно в части потоков капитала в условиях неопределенности в отношении санкций и цен на нефть) оценить с достаточной точностью невозможно. Напомним, что даже в отсутствие ограничений доступа на финрынки размер оттока капитала ведомствами и ЦБ традиционно преуменьшался.

В прошедшую пятницу глава комитета гражданских инициатив Алексей Кудрин пояснял, что курс вот-вот стабилизируется после того, как рынок примет во внимание тот факт, что в 2015 году корпорации должны будут отдать $120 млрд внешних долгов при закрытых внешних рынках. "Я думаю, что в ближайшие дни этот фактор будет учтен и дальше рубль снова стабилизируется, но в течение года будет происходить докорректировка курса по этому фактору, так же как и цена на нефть может быть еще дооценена",— отметил он. Впрочем, вряд ли можно заподозрить рынок в такой недальновидности: выплаты по долгу (вероятно, даже в меньшем объеме из-за того, что значительная часть этих долгов долгом в прямом смысле этого слова не является — см. "Ъ" от 22 октября) с большой вероятностью заложены. У девальвации ноября есть, видимо, другие, менее явные причины: глава Минфина Антон Силуанов видит их, например, в неких "спекулянтах", отличных от определяющих ситуацию на внутреннем рынке РФ госбанков. При этом, согласно подсчетам Михаила Хромова из ИЭП имени Гайдара, масштабы ослабления реального курса еще далеки от 2009 года — тогда пиком были 47-49 руб./$.

О смене курса валютной политики

В текущих условиях влияние курса на динамику потребительских цен становится также и функцией ожиданий и поведения домохозяйств и компаний — ее макроэкономические модели описывают хуже. На сегодняшний день консенсусом является то, что жесткая денежно-кредитная политика ЦБ должна привести к замедлению инфляции до 6,5% в 2015 году в случае, если текущий курс окажется равновесным, а цена на нефть и геополитическая ситуация стабилизируются. Впрочем, в России исторически никогда не наблюдалась несезонная потребительская дефляция даже при наличии факторов для нее. В целом при крупных потрясениях для РФ влияние формально второстепенных факторов в моделях сильнее, чем можно было бы этого ожидать.

Так, лишь часть денежной массы — наличные деньги — обслуживает оборот товаров и услуг в экономике и непосредственно влияет на текущий уровень цен. Но уникальность рынка РФ заключается в том, что реакцией 2014 года населения России на ожидаемую девальвацию и рост цен в условиях полной занятости стала ликвидация рублевых депозитов и эскалация потребления или уход в наличную валюту. Вопрос пределов, за которыми домохозяйства перестанут обращать сбережения в отложенный спрос, и влияния этого фактора на потенциальный разгон цен остается открытым. Но, если риски и ожидания девальвации продолжат расти, то, как показывает шок первого квартала 2014 года, потенциально граждане способны дополнительно "выносить" на потребительский рынок 400-500 млрд руб. в квартал.

Алексей Шаповалов, Дмитрий Бутрин

Рубль прожигает карманы