Валерий Калныш — о том, как изменились Украина и украинцы с 2004 года

В Киеве отмечают годовщины майданов — 10 лет самого первого и год последнего. "Огонек" задумался о том, будет ли третий

Предыдущая фотография

Следующая фотография 1 / 2

Майдан-2004. Тогда площадная демократия только пробовала свои силы

Фото: AFP

Майдан-2014. Когда он начинался, никто не предполагал, чем он закончится. Да и закончится ли?

Фото: Коммерсантъ / Василий Шапошников / купить фото

Валерий Калныш, Киев

"В любой непонятной ситуации собирай Майдан". Эта шутка появилась где-то месяца через полтора после того, как в Киеве в ноябре прошлого года, а если быть совсем точным, то 21 ноября, несколько сот человек вышли на Майдан незалежности выразить свой протест против отказа украинских властей подписывать соглашение об ассоциации с Евросоюзом. Спустя год готовность украинцев выходить и защищать свои интересы на центральной площади столицы не исчезла.

Постоять за Майдан

Киевский международный институт социологии и фонд "Демократические инициативы им. Илька Кучерива" отреагировали на новый Майдан быстро. 7 и 8 декабря 2013 года они провели соцопрос митингующих. Специально для этого была разработана особая методика: территория была поделена социологами на специальные сектора. Один из способов отбора респондентов был такой — интервьюер чертил линию шириной в 2,5 метра и опрашивал тех, кто пересекал эту линию, установив для себя некий "шаг", скажем, один человек в 10 минут. Исследование продемонстрировало, что тогда на Майдан пришли люди, движимые тремя мотивами. Большая часть — 70 процентов — вышла потому, что тем самым выражала свой протест против действий властей, отдавших приказ избивать демонстрантов в ночь на 30 ноября.

Напомню, тогда глубокой ночью меньше чем за 45 минут "Беркут" и бойцы Внутренних войск разогнали мирных активистов, оставшихся в центре Киева после того, как некоторые из организаторов (потом их называли провокаторами) "закрыли Майдан". В СМИ тогда попали запись радиопереговоров силовиков, запомнившихся, в частности, фразой "никого не запускаем, но выпускаем всех". Однако, вместо того чтобы разбежаться, Майдан "сбежался" — уже 1 декабря в Киеве прошла самая массовая демонстрация с момента президентской кампании 2004 года, больше известной как "помаранчевый Майдан".

Второй причиной выхода людей на площадь в прошлом году (допускалось несколько вариантов ответа) — 53,5 процента опрошенных — стал отказ ныне беглого президента Украины Виктора Януковича подписать в Вильнюсе соглашение об ассоциации с Евросоюзом. 50 процентов респондентов вышли на улицы потому, что хотели изменить жизнь в своей стране. При этом 39 процентов хотели смены власти и лишь 5 процентов откликнулись на призывы тогдашней оппозиции (нынешней власти).

И еще немного статистики. Эксперты Центра исследований интернета и общества им. Беркмана при Гарвардском университете зафиксировали интересную тенденцию: в социальных сетях иностранные пользователи поддерживали Майдан даже больше, чем сами украинцы. Так, в период с 21 ноября 2013 года по 26 февраля 2014 года в Украине 47 процентов упоминаний о событиях носили одобрительный характер, в то время как в США и Великобритании аналогично высказывались 55 процентов интернет-пользователей. В России подавляющее большинство отзывов носило нейтральный характер — 69 процентов, а контент положительного и негативного содержания попадался гораздо реже — в 16 и 15 процентах случаев соответственно.

"Я надеюсь на студентов. Они первые вышли на Майдан. Они первые увидели смысл в том, чтобы стоять на Майдане. Именно они будут защищать Украину всегда. Именно они выйдут и будут всегда нашими "моторчиками". Год назад, 24 ноября, было так много людей. И люди разошлись, а студенты остались. Стояли и даже не обращали внимания на то, что перед нами ходил "Беркут"",— вспоминает теперь певица Руслана, которая сама первые четыре месяца не покидала Майдан.

Торжество воли

То, что Майдан — это прежде всего история молодежи, факт. Именно студенты были самой массовой силой еще во времена первого Майдана, который начался в ноябре (22-го числа), как и второй, 2004 года. Повод тогда был другой. Накануне, 21 ноября, в Украине состоялся второй тур президентских выборов. Из предварительных результатов, оглашенных Центральной избирательной комиссией буквально на следующий день, стало понятно, что победу получает премьер-министр Виктор Янукович. Но вот незадача — данные ЦИК шли вразрез с данными Национального exit-poll, которые говорили о победе другого кандидата — Виктора Ющенко. Причем разлет в цифрах был достаточно велик, чтобы говорить о простой ошибке: ЦИК — 49,42 процента (Янукович) и 46,69 процента (Ющенко), социологи — 54 процента (Ющенко) и 43 процента (Янукович).

Митингующие вышли на Крещатик, разбили палатки и простояли так до января следующего, 2005 года. За это время в суде был доказан факт подтасовок результатов голосования, состоялось повторное голосование, так называемый третий тур, по итогам которого Виктор Ющенко все же стал главой государства (в 2013-м Ющенко на Майдане не появился ни разу. Сказал, что не хочет использовать его для собственного пиара).

Есть своя история и у Антимайдана. И вот что примечательно — оба раза он собирался по инициативе Виктора Януковича. Но если в первый раз Янукович выходил к людям, делал заявления с трибуны, скажем, о "козлах, которые мешают нам жить" (так он называл "оранжевых" сторонников Виктора Ющенко), то во второй раз он уже так не рисковал.

Первое и главное, с чем сравнивают Майдан, пытаясь увидеть в нем историческую аналогию,— это Запорожская Сечь. С ней Майдан сравнивали практически все, даже приезжие. "Майдан — это Сечь. Та самая Запорожская Сечь, о которой мы все читали у Гоголя. Тот самый полупоходный-полувоенный-полугражданский образ жизни, который и связывается у каждого с казаками. Майдан — это территория воли. Не свободы и не вольницы, а именно воли — это украинское слово лучше всего характеризует происходящее здесь",— писал, например, в одном из своих материалов российский журналист Аркадий Бабченко.

"Наша вековая тоска по казацкой вольнице, наш дерзкий степной дух, наконец, нашли свое воплощение. Вплоть до мелочей. Оградились укреплениями, принимаем всех людей доброй воли, отбиваемся от басурман и время от времени делаем веселые вылазки, чтоб не засиживаться. Свои порядки, своя правда, свой суд. И свои же атаманы, которых, если что, следуя древней казацкой традиции, и выдать можно. Вот что такое так часто упоминаемая "атмосфера Майдана" — это мечта, которая сбылась",— вторит российскому журналисту украинский политический эксперт Юрий Кочевенко.

Сечь, как известно, была разогнана, а ее последний атаман Петр Калнышевский (Калныш) был сослан на Соловки. "Мы восхотели объявить во всей Нашей Империи... что Сечь Запорожская вконец уже разрушена со истреблением на будущее время и самого названия Запорожских казаков... Сочли Мы себя ныне обязанными пред Богом, пред Империею Нашею и пред самым вообще человечеством разрушить Сечу Запорожскую и имя казаков от оной заимствованное",— говорилось в манифесте Екатерины II от 14 августа 1775 года. Название у этого манифеста весьма символическое: "Об уничтожении Запорожской Сечи и о причислении оной к Новороссийской губернии".

Земля тревоги нашей

"Исследование, проведенное социологической службой Центра Разумкова, показало: главное чувство, которое переживают сегодня граждане, это тревога за будущее. Именно так ответили на вопрос: "Какие чувства лучше всего характеризуют ваше состояние, когда вы думаете о ситуации в Украине сегодня, когда власть в стране изменилась и можно оценить первые результаты ее деятельности?" 38,5 процента респондентов". Как вы думаете, в каком году сказал эти слова Юрий Якименко, заместитель генерального директора по аналитической работе Центра Разумкова? Это 2005-й, спустя полгода после прихода к власти Виктора Ющенко. А вот нынешние данные ЦР: "Значительное большинство (79,6 процента) граждан Украины считают, что существует угроза внешней вооруженной агрессии против Украины. Чаще всего угроза ощущается со стороны России (76,3 процента). При этом доля тех, кто указывает на существование угрозы со стороны этого государства, значительно возросла по сравнению с июлем 2013 года (тогда она составила всего лишь 22,7 процента)".

Естественно, никто не ожидал, что Майдан закончится войной, потерей Крыма, появлением вооруженных формирований, своевольничающих в Донецке и Луганске, появлением псевдореспублик. Знай это, может, и не было бы никакого Майдана.

Естественно, есть разочарование и в тех, кто благодаря майданам пришел к власти. В 2011 году социолог Андрей Быченко сказал следующее: "Мне кажется, что нет разочарования в идеалах Майдана, в идеалах оранжевой революции. Есть разочарование в конкретных людях, которые не оправдали ожидания граждан. И в первую очередь это, естественно, Виктор Ющенко. Есть разочарование в реализации идей Майдана".

Нынешнее обещание власти — провести реформы в стране. Их, по словам президента Петра Порошенко, будет не менее 60, и они охватят все сферы жизни страны, начиная от ЖКХ и заканчивая судами. "Путь титанических изменений нам нужно не просто пройти, а пробежать. Политическая воля есть, а дороги назад нет,— заявил президент, когда в сентябре представлял свой реформаторский план.— Говорят, у реформ много врагов. Но я ничего не боюсь. Глаза боятся, руки делают. Мы должны сломать феодальную модель государства... Наши ближайшие соседи после советской серости уже оделись на изысканный европейский манер. Чем мы хуже? Главная причина отсутствия реформ — это война. У нас своя война за мир".

Пока украинцы Порошенко верят. И Яценюку верят. И Кличко с Тимошенко и Ляшко тоже. За их партии они проголосовали на минувших парламентских выборах, дав историческую возможность объединиться бывшим оппозиционерам в провластную парламентскую коалицию. Но это политика, рядовым же гражданам сейчас приходится только наблюдать за тем, как скачет курс доллара, изучать платежки с новыми тарифами на тепло и воду, думать о том, могут ли ценники в магазинах обновляться быстрее, чем раз в несколько дней. Да, страна в состоянии войны, но ведь все на нее не спишешь.

И все же, я уверен, 21-го в Киеве, других городах на свои майданы выйдет много людей. Евромайдан, "Небесная сотня", бегство Януковича, открытие Межигорья... Все вспомнится. Возможен ли третий Майдан? Конечно. Поскольку есть чего требовать, а пиетета перед властью или страха уже нет.

"Положительных сторон не вижу"

Мнение

Политолог, заместитель директора Института стран СНГ Владимир Жарихин критически оценивает феномен Майдана

"Майдан", безусловно, украинский феномен, не зря он называется именно так, а не английскими словами, обозначающими площадь,— square или circle, хотя элементы внешнего влияния в организации Майдана есть. Лично я не вижу в Майдане положительных сторон. Если оглядываться назад, то приходится удивляться вслед за нашим президентом: зачем вообще все это затеяли? Петр Порошенко мог лидировать в президентской гонке и без Майдана, без Майдана Украина смогла бы отладить реализацию договора о зоне свободной торговли с ЕС, не выходя из экономики СНГ. Впрочем, сейчас новые власти вынуждены сохранять экономические связи с СНГ.

Главный парадокс последнего Майдана, на мой взгляд, в том, что один из его главных лозунгов — "Долой олигархов!" — реализовался с точностью до наоборот. Это во многом классическая история — интересы тех, кто делает революцию, учитываются в последнюю очередь. В России мы видели революцию, вдохновленную Декретами о мире и о земле. В итоге народ не получил ни мира, ни земли. Здесь примерно то же самое: силовым революционным методом к власти пришли вовсе не те, кто организовывал Майдан.

На дальнейших событиях сказалось то, о чем мы предупреждали: Украина в чем-то уникальная страна, у которой политические предпочтения разных территорий, условно говоря — востока и запада, распределены противоположно. Евромайдан был следствием нерешенной проблемы единого политического пространства Украины. Это была попытка одной части страны насильственно навязать другой свою точку зрения, вместо того чтобы найти некий компромиссный вариант. И первый, и второй Майдан — попытка решить вопросы в стране, целостность которой очень зыбкая, путем силы. Выбор в пользу запада, а не востока страны привел к созданию турбулентности, последствия которой всем очевидны.

В ближайшее время многие прочат Украине некий новый Майдан, связанный с тяжелым экономическим положением в стране и возникающими вследствие этого социальными проблемами. Не думаю, что так будет. Просто в такой отчаянной ситуации, в которой сейчас находится украинский народ, он будет думать о выживании, а не о революции.

Подготовил Сергей Мельников

Майдан: история переворота