«Дождь» не прекращается даже в квартире

Как выживает телеканал «Дождь», лишенный студии и офиса

Фоторепортаж Евгения Фельдмана

Обшарпанный подъезд, советский лифт с вдавленными кнопками, на лестничной клетке — детские коляски и велосипед. Соседи пока не знают, что у них в подъезде поселился целый канал. В прихожей каждому гостю выдают бахилы и шепотом просят перевести телефон в беззвучный режим. Передвигаться нужно очень тихо, потому что в гостиной идет прямой эфир. То и дело в коридоре что-то громко роняют, и техники, выбегая из аппаратной, делают зверские лица.

«Тут надо либо полы менять, либо изолировать студию», — говорит звукооператор Иван: скоро на новое место привезут акустические экраны, чтобы избавиться от эха в эфире, пока задача звуковиков — чтобы зрителям была без помех слышна хотя бы речь ведущих. С посторонними же звуками ничего не поделать. Перестраивать в квартире ничего нельзя — это временное пристанище, и его надо вернуть хозяину в целости и сохранности.

«Дождь» вещает из квартиры второй день, с тех пор как им экстренно пришлось съехать из офиса журнала «Сноб»: в огромной Москве другого места для опального канала не нашлось. «Главный подвиг, — говорят сотрудники, — совершили инженеры — они сутки не выходили из квартиры, пока не собрали оборудование для ведения прямого эфира». Такой скоростной работе (да еще с урезанным на треть оборудованием — приходится обходиться малым) нет прецедентов в мире. Квартиру приспосабливают для работы как могут: из просторной ванной сделали гримерку, в углу аппаратной стоит пианино — его используют как подставку под мелкую аппаратуру.

— Как здесь все организовано — нигде и никто не делает. Работаем в режиме самоделки: все придумываем на коленке, — продолжает Иван.

«Стены тут бежевые, а такой цвет в кадре использовать нельзя — он сливается с цветом лица, — объясняет оператор Володя. — Мы с помощью ламп превращаем его в белый». Яркие лампы дневного света крепятся к стене скотчем. Эфир кончается — и их отклеивают, взамен ставят прожектора, на которые бельевыми прищепками цепляют синюю пленку. Синий отсвет на стене дает совсем другую атмосферу в кадре, и разные передачи не выглядят одинаково. Впрочем, форматы передач пришлось сильно урезать. Со студией-трансформером, где все двигалось и перестраивалось за десять минут, распрощались еще осенью, съехав из просторного цеха «Красного Октября». Никакой «кухни», служившей декорациями для программы «Дзядко-3», теперь построить нельзя. Большие программы, спецпроекты невозможны.

— Вот я бы хотела в четверг устроить круглый стол. Но у меня нет не только круглого стола, но даже возможности посадить в кадр больше одного человека! — говорит ведущая Мария Макеева.

— Какой там круглый стол, теперь только квадратная табуретка, — шутят коллеги.

Из шести форматов в распоряжении журналистов осталось два, но Макеева не расстраивается: зато эти два они используют на полную.

— У нас на канале все корреспонденты называются продюсерами. Это потому, что они могут сделать сюжет от начала до конца: владеют всеми инструментами, от съемки до монтажа. Так было принято с самого начала — и вот сейчас это очень пригодилось.

^{«Новая» / Евгений Фельдман}

Пригодился и опыт выездного вещания: «Дождь», например, оборудовал выездную студию на больших московских митингах и других мероприятиях, так что у сотрудников есть опыт работы в полевых условиях. Поэтому теперь хоть и злятся, но справляются: в аппаратной, которая отделена от студии тонкой стенкой и стеклянной дверью, сотрудники не могут говорить в полный голос, как обычно, поэтому машут руками, привлекая внимание друг друга.

Ведущий авторской программы, профессор ВШЭ Сергей Медведев в студии-квартире впервые. «Ощущение заговорщицкое, почти газета «Искра», — говорит он. — Подъезд, код… Не хватает только шпиков у подъезда, но надеюсь, до этого не дойдет».

— «Дождь» — очень эффективное телевидение, действующее при маленьком ресурсе, — продолжает Медведев. — Есть желание работать, есть контент, есть зрители, дело только за ресурсом. Я думаю, проблема решится.

Переехать в более подходящее помещение канал может даже в ближайшие дни: Наталья Синдеева рассказала, что о новой студии ведутся переговоры. От предыдущего предложения пришлось отказаться по экономическим причинам: сейчас «Дождь» живет на деньги от подписки и рекламы, но с 1 января вступает в силу закон, по которому в эфире платных каналов реклама запрещена. Так что денег станет еще меньше. Сейчас «Дождь» транслируют 300 кабельных операторов, но все самые крупные как ушли прошлой зимой, когда на телеканал началась атака, так и не включили «Дождь» снова.

— Все, ребята, в следующий раз придете без сменки — будете ходить босиком! — кричат на прощанье тем, у кого рабочий день кончился.

— Здравствуйте! Продолжаем наш телеквартирник, — начинает свой эфир ведущий Михаил Козырев. «Дождь» не прекращается.