Арт-допрос: поэт и судья

Литература как преступление

В уходящем году я несколько раз приезжал в Харьков. Это были рабочие визиты: давал мастер-классы ремесла радио, записывал передачи для "Поверх барьеров", участвовал в культурологических телепрограммах, снимался в фильме "Время истекло" по моим радиоархивам. Я знаю в Украине несколько оазисов, которым не нужна ассоциация с Европой или интеграция в Европу. Это "оазисы" культуры и просвещения, опередившие экономику, политические институты и банковское дело Украины. В "оазисах" работают, думают, ведут себя "по-европейски" в лучшем смысле этого слова. Могу их назвать: Украинский Католический университет во Львове, поэтический фестиваль Meridian Czernowitz, киевский Дом образования и культуры "Мастер Класс" и, наконец, кафедра медиакоммуникаций Харьковского национального университета имени В. Н. Каразина. Харьков всегда – даже в самые тяжкие годы – был городом художественного авангарда. Сейчас харьковский "рассадник" авангарда – кафедра медиакоммуникаций. Здесь читают лекции об остросовременном искусстве, устраивают актуальные выставки, приглашают на семинары украинских и зарубежных художников и культуртрегеров. Харьковские студенты и преподаватели, с которыми я встречался, говорят в аудитории по-русски, но своей страной считают Украину. Их сознание (и подсознание) не "расколото": они украинцы, и это тоже "европейская" черта.

В свой последний визит я снова поработал. Заведующая кафедрой, доктор философских наук, автор солидных исследований о памяти и забвении Лидия Владимировна Стародубцева встретила меня в судейской мантии и парике. "Ну что, Игорь Яковлевич, согласны играть роль поэта?" – спросила она. Я согласился. Вот что из этого вышло.

​