Михаил Ходорковский уже год на свободе. Что он успел сделать за это время?

Выход на свободу Михаила Ходорковского в декабре 2013 года после десятилетнего заключения стал одним из самых громких событий прошлого года. Но к тому моменту, когда бывший олигарх покинул колонию, итоговый номер Forbes уже был сдан в печать. Обойти вниманием его возвращение мы не могли, поэтому редакция Forbes решила отдать эту номинацию Михаилу Ходорковскому в этом году. Когда-то самый богатый человек России, миллиардер, а позже главный заключенный путинского режима — чему сейчас посвятил себя бывший глава ЮКОСа?

Освобождение Ходорковского было неожиданным для всех. Весь 2013 год СМИ активно обсуждали «третье дело ЮКОСа», и мало кто верил, что Ходорковский и его партнер Платон Лебедев в обозримом будущем выйдут на свободу. Почему Владимир Путин внезапно решил, «руководствуясь принципами гуманности», помиловать Ходорковского за полгода до официального истечения срока, политологи гадают до сих пор.

Продолжительное давление со стороны немецких властей, возможность избавиться от самых громких политических дел перед Олимпиадой в Сочи, создание репутации «справедливого и милосердного государя» — все это могло повлиять на решение Путина. Не менее важным было и желание показать всем критикам власти, что власть эта ничего не боится, в том числе выхода на свободу одного из своих «личных врагов». Как объяснил сам Ходорковский, Путин хотел дать сигнал не только миру («я чувствую себя достаточно устойчиво, я не боюсь»), но и собственному окружению — «прекращайте охреневать».

Тем не менее возвращением в полной мере это назвать сложно. Прямо из колонии Ходорковского забрал вертолет, и он сразу же покинул Россию. И с тех пор так и не возвращался на Родину и, судя по его собственным словам, не надеется сюда вернуться, пока у власти остается Владимир Путин. «Если путинский режим не хочет видеть меня в России, во всяком случае на свободе в России, то у него достаточно сейчас механизмов псевдоюридических для того, чтобы этого не допустить», — говорил он в одном из интервью. Один из этих механизмов — вменяемый ему и Платону Лебедеву налоговый долг в 17 млрд рублей. Поэтому для большинства россиян его возвращение осталось фактом скорее виртуальным.

Не состоялось его возвращение и как бизнесмена — как Ходорковский объяснил Forbes, он себя в бизнесе больше не видит. На своей первой пресс-конференции Ходорковский также заявил, что у него нет политических амбиций, он планирует заниматься только общественной деятельностью. Публичную деятельность он активизировал только, когда начался кризис на Украине: в начале марта, в разгар украинской сумятицы, он сказал, что готов выступить миротворцем в этом конфликте, а уже через несколько дней выступал на Майдане. «Это не моя власть. Я хочу, чтобы вы знали, есть совсем иная Россия», — говорил он, и толпа восторженно вторила ему: «Россия, вставай!»

В апреле он вместе с бывшим министром внутренних дел Украины Юрием Луценко провел конгресс интеллигенции «Украина — Россия: диалог», куда пригласил несколько десятков российских оппозиционеров и журналистов, а сразу после этого Ходорковский отправился в Донецк. В Донбассе общественного деятеля ждала неудача: ополченцы отказались с ним общаться, заявив, что он «предал свою Родину» и «в гости его никто не звал».

Критики начали обвинять Ходорковского в том, что тот, приехав на Украину, все равно начал заниматься политикой. А вскоре выяснилось, что бывший бизнесмен этого и не скрывает. В беседе с французским писателем и философом Бернаром Анри-Леви он рассказал, что взял на себя обязательство не заниматься политикой только в месяцы досрочного освобождения, то есть до августа 2014 года. «Я не буду заниматься политикой напрямую, — пояснил он. — Существует иная борьба, я намерен в нее включиться: это борьба за формирование в России демократического влияния».

Формировать такое влияние Михаил Ходорковский рассчитывает с помощью специальных площадок. Одной из них стал перезапустившийся проект «Открытая Россия» — некогда масштабная общественная организация со множеством региональных представительств, теперь это сайт с колонками, мнениями и пользовательскими блогами. На его базе часть журналистов «Дождя» до конца года должна запустить видеопортал, на котором короткие видеоматериалы («минимум аналитики и больше «голой» картинки») должны сочетаться с документальными фильмами и расследованиями.

«Я не инвестирую в СМИ, — подчеркивает Ходорковский в комментарии Forbes. — Создаваемые мною платформы служат улучшению коммуникаций между сторонниками открытой России». Единственный медийный проект, в котором Ходорковский собирался выступить инвестором, хоть и пассивным, была «Медуза» бывшей команды «Ленты.ру». Однако стороны так и не смогли договориться о сотрудничестве.

Еще один крупный проект бывшего главы ЮКОСа — премия для политзаключенных, в организации которой ему поможет команда Алексея Навального. «В главном мы союзники, — писал Ходорковский про Навального в твиттере. — По деталям — договоримся». Помощью заключенным занимаются и другие известные оппозиционеры: Ольга Романова с «Русью сидящей», Pussy Riot с «Медиазоной».

«Мой рабочий день начинается в 9:00 и завершается в час ночи, — рассказал Ходорковский Forbes. — С перерывом днем для семейных дел. Иногда позволяю себе выходные. Моя задача: отбор общественно-политических проектов и координация работы, а также постоянное прямое общение с согражданами». С согражданами Ходорковский общается самым простым в его положении способом — через социальные сети, в которых он чрезвычайно активен. Или через интервью и комментарии СМИ: как и положено ньюсмейкеру его масштаба и бэкграунда, он комментирует все важнейшие события общественно-политической жизни России от крушения малайзийского «боинга» до ареста Евтушенкова. Он не боится шокировать либеральную общественность ни позицией по Крыму или Северному Кавказу, ни предложением ввести слежку за представителями власти.

Одним из последних громких заявлений бывшего бизнесмена стала речь на 70-летии газеты Le Mond. Отвечая на вопрос, хочет ли он стать президентом России, Ходорковский ответил, что не хочет, но готов пойти на это, если «стране надо преодолеть кризис». В оппоненты Ходорковскому немедленно записали того же Навального, который сам же отреагировал на эту навязанную конкуренцию саркастически: «Смешно это все — один под домашним арестом, второй в эмиграции — и сидят такие, выясняют, кто из них станет президентом».

Камбэк: Заново открывая Россию