Грезы о безвозвратном

Чем кризис-2015 отличается от кризиса-2009 и кто заплатит за ошибки власти

REUTERS/Kacper Pempel

Единственная антикризисная идея Владимира Путина – повторить мероприятия 2008 – 2009 годов и ждать прекращения спада. Тем более, календарная параллель между двумя кризисами легко видна. Осенью 2014-го, как и осенью 2008-го, пошли вниз нефтяные цены, началась девальвация рубля, и обнаружились другие знакомые симптомы.

Но к январю 2015-го даже в Кремле, пожалуй, начинают догадываться, что события катят вовсе не по траектории шестилетней давности.

Кризис 2009-го

Тот, прошлый кризис достиг низшей точки в конце зимы 2009-го. К февралю закончилась девальвация. Доллар подорожал в 1,55 раза (до 36 руб. по сравнению с 23,5 руб. летом 2008-го) и остановился. Индекс потребительской инфляции, который в 2008-м вырос на полтора процентных пункта по сравнению с 2007-м (до 13,3% против 11,9%), начал в феврале тормозить, и в целом за 2009-й составил 8,8%. И в том же феврале 2009-го, международные резервы России вышли на минимум (около $380 млрд.) и больше не снижались.

Самое поучительное, что выровнять экономику в тот раз удалось на самом спаде нефтяных цен. В декабре 2008-го и январе 2009-го баррель Urals продавался всего за $40 - $40 с хвостиком. И до, и после он стоил больше.

Кризис 2015-го

Сейчас, в январе 2015-го, нефть все еще заметно дороже тогдашней. Лишь пару раз ее цена опускалась ниже $50. Но доллар по официальному курсу уже в 1,7 раз дороже, чем был в июне 2014-го, а по-реальному так и в 1,8 – 1,9. Индекс потребительских цен по казенным, явно заниженным подсчетам подскочил в 2014-м на 5 процентных пунктов против 2013-го (соответственно 11,4% и 6,5%) и набирает ход. Международные резервы к началу 2015-го уже упали до худших уровней 2009-го и продолжают идти вниз. Выровнять экономику не удается, даже если предположить, что кто-то этим вообще занимается.

Нахлебники

Чтобы понять, почему, вспомним триединую задачу, которую Путин 6 лет назад поставил перед тогдашними экономическими властями: выручить близких к нему магнатов, спасти от банкротства их корпорации и холдинги и при этом удержать жизненный уровень народа.

Это обошлось очень дорого, но деньги сначала брали из гигантских тогда валютных резервов, а после полугодовой заминки, вызванной глобальным кризисом, открылись и западные финансовые рынки – с весны 2009-го там снова стало можно перекредитовываться, брать деньги в долг и т.п. А тут еще и нефть пошла вверх.

То, что тогдашний кризис законсервировал авторитарно-феодальную экономическую систему, отливается нам сегодня. Те же самые магнаты, те же их холдинги и монополии висят на шее страны, став за шесть лет еще расточительнее, еще не компетентнее и еще глубже увязнув в иностранных долгах.

Но это лишь одна беда из нескольких.

Во-первых, на этот раз Россия вошла в кризис, имея резервы не $600 млрд., а $470 млрд.

Во-вторых, санкции сделали почти невозможным переодалживание денег на Западе. Накопившиеся долги приходится возвращать. В 2015-м на это уйдет около $100 млрд. В прошлый раз, начиная с весны 2009-го, такой проблемы не было, и вывоз капитала за границу составил в том году всего $57 млрд. А теперь столпы путиномики должны будут добыть свои сто миллиардов внутри России, отжимая их у граждан, а также вычерпывая государственные валютные резервы.

Всего же в 2015-м вывоз капитала вполне может подняться до $150 млрд. (в форме возврата упомянутых иностранных долгов, эвакуации за границу денег, скупки валюты гражданами и т.п.)

К этим потерям надо добавить еще и потери в экспортной выручке по случаю удешевления энергоносителей. И тут сравнение с потерями 2009-го вполне уместно. В 2009-м российский товарный экспорт упал по сравнению с 2008-м на $169 млрд. (с $466 млрд. до $297 млрд.), а импорт снизился с $289 млрд. до $184 млрд.

Товарный баланс прошедшего 2014-го (экспорт около $500 млрд., импорт порядка $310 млрд.) очень близок к балансу 2008-го, если сделать поправку на инфляцию доллара за 6 лет. Думаю, не сильно ошибемся и даже проявим оптимизм, если по аналогии с 2009-м оценим экспортную выручку – 2015 примерно в $300 млрд.

Из этих средств надо будет профинансировать вывоз капитала (те самые $150 млрд., дефицит внешней торговли услугами и т.п.). И тогда на закупки по импорту останется не $200 млрд. без малого, как в 2009-м, а что-то около $100 млрд, втрое меньше, чем в прошедшем 2014-м. С поправкой опять же на инфляцию доллара, это соответствует тем $70 млрд., которыми в среднем измерялся российский товарный импорт в 1990-е годы.

Без вины виноватые

Можно, конечно, ради смягчения ситуации пустить в ход остатки валютных резервов, не разбирая уже, какая их часть подведомственна ЦБ, а какая лежит в скопленных на черный день Фонде нацблагосостояния и Резервном фонде, но в этом случае уже через год от госнакоплений почти ничего не останется.

Так или иначе, оплачивать системный кризис путиномики, совмещенный нашими властями с экономической войной против Запада и осложненный стратегическим ухудшением нефтяной конъюнктуры, придется рядовым людям. И оплачивать полновесно, вернувшись к стандартам жизни, в лучшем случае, десятилетней, а скорее, пятнадцатилетней давности.

В 2009-м общие расходы федерального и региональных бюджетов были на одну седьмую больше, чем в 2008-м. Сведя консолидированный бюджет с большим дефицитом, тогдашние финансовые власти сумели не допустить крупного инфляционного скачка, и реальные доходы россиян почти не упали.

На этот раз инфляция вышла из-под контроля, и ее размах в 2015-м непредсказуем. Но, помимо весьма сурового инфляционного налога, на рядовых людей теперь ляжет также и общее сокращение бюджетных трат при безумном росте трат военно-полицейских. В 2008-м их доля в консолидированном бюджете чуть превышала 15%, а в кризисном 2009-м еще и слегка уменьшилась. В 2014-м эта доля и так уже была в полтора раза выше, а дальнейшее резкое ее увеличение, запроектированное на 2015-й, никто и не подумал отменить.

Тем своеобразнее выглядят упреки в панических метаниях и рекомендации спокойно работать, пока проблемы не рассосутся сами собой, монотонно провозглашаемые всеми должностными лицами подряд, от патриарха Кирилла до премьера Медведева.

Для народной паники есть веские причины. Начальство до сих пор даже и не пыталось придумать хоть сколько-нибудь осмысленную антикризисную политику.

Видя, как обваливается одна его иллюзия за другой, начав смутно догадываться, что 2009-й не повторить, оно в порядке импровизации ищет, кем пожертвовать. Средним сословием? Легко. Простонародьем? Запросто. Объяснять, почему все идет наперекосяк? Не президентское это дело. На службе одних пропагандистов тридцать тысяч. Есть, кому искать заговорщиков и диверсантов.