Оригинал материала
«Я был равнодушен»
В суде по делу банды БОРН допросили последнего подсудимого Юрия Тихомирова
В суде по делу банды БОРН допросили последнего подсудимого Юрия Тихомирова
В понедельник в Мособлсуде возобновились слушания по делу БОРН — Боевой организации русских националистов. На скамье подсудимых четверо — Максим Баклагин, Вячеслав Исаев, Михаил Волков и Юрий Тихомиров. Им вменяются семь эпизодов убийств по мотивам ненависти, два покушения на убийство, бандитизм, участие в экстремистском сообществе и незаконном обороте оружия. Троих уже допросили. Баклагин и Исаев полностью признали свою вину. Волков участия в убийствах не отрицает, но утверждает, что не состоял в банде и убийства совершал по мотивам личной мести. Последнего подсудимого Юрия Тихомирова допросили в понедельник.
Его показаний, можно сказать, ждали — на предварительном следствии Тихомиров воспользовался 51 статьей и ничего не говорил. Свою вину он полностью отрицает, несмотря на то, что в июне 2012 года был осужден за нападение на антифашиста Илью Джапаридзе и приговорен к 10 годам строгого режима. (Дело об убийстве антифашиста было расследовано раньше, чем все убийства объединили в одно дело БОРН, Баклагин и Исаев были допрошены в качестве свидетелей и отпущены, а после ударились в бега — в том числе и после задержания и явки с повинной Тихомирова).
В деле БОРН Тихомирову вменяют только участие в банде, экстремизм и незаконный оборот оружия. Убийства Джапаридзе, в котором участвовал Тихомиров и о чем подробностях рассказали Баклагин и Исаев, среди обвинений нет — он уже осужден, а по закону нельзя судить дважды за одно преступление. Так же суд не может «утяжелить» Тихомирову статью — только облегчить.
В суде Тихомиров заявил о своем желании давать показания, но принял привычную уже для себя позицию — все отрицал. На это заседание впервые пришла его мама. Она тихо плакала, пока он говорил.
«Из подсудимых знаком с только Баклагиным и Исаевым, знаю их с 15 лет, — начал рассказ Тихомиров. — В юности Баклагин и Исаев были футбольными фанатами, людям в этой среде свойственны национал-патриотические взгляды. Я знал, что у них такие взгляды.
— А вы разделяли эти взгляды? — спросил представитель потерпевших Ильнур Шарапов.
— Нет, я был равнодушен.
И продолжил:
— С 2007 началась уже взрослая жизнь, мы работали, имели серьезные отношения с девушками, общались больше парами, вместе проводили досуг, ходили купаться, отмечали праздники. Так жизнь и текла».
По словам Тихомирова, в октябре 2010 Баклагин позвонил и попросил встретиться. На встрече рассказал, что утром его задержали и долго допрашивали. Это было связано с убийством судьи Чувашова. Баклагин говорил, что его заставляли помогать следствию и угрожали последствиями.
— Так, давайте по существу предъявленных вам обвинений, — прервал лирику судья Козлов.
— По существу виновным себя не признаю, в банде не состою, про оружие ничего не знаю, в нападении на Джапаридзе не участвовал. Показания Баклагина и Исаева считаю оговором.
— Какие у них причины для оговора? — спросила прокурор.
— Им грозит пожизненное, и оперативники обещали снисхождение, если они сделают все так, как их просят.
— А вам пожизненное не грозит?
— Надеюсь, что нет. Но учитывая беспредел правоохранительных органов, все возможно. Меня пытали электрическим током!
— Да все подсудимые так говорят, — прервал подсудимого судья Козлов. — И особенно важно сказать это в присутствии присяжных.
На все другие вопросы Тихомиров лишь однажды ответил утвердительно — да, с Коршуновым был знаком, занимались спортом пару раз. На остальные вопросы — ответ отрицательный. С Тихоновым и Горячевым (лидерами БОРН) не знаком, националистом не был, оружия (кроме своей разрешенной травматической «Осы», из которой выстрелил четыре раза в голову Илье Джапаридзе) не видел, средств конспирации не видел, поручений ему никто не давал, к нападению, опять же, отношения не имеет.
Прокуратура попросила огласить показания, данные Тихомировым в качестве подозреваемого на предварительном следствии. Тихомиров и его защита выступали против, требуя признать протокол недопустимым доказательством, а явку с повинной — самооговором, совершенным под давлением следователя. Однако, судья нарушений УПК не усмотрел и протокол был зачитан.
Допрос Тихомирова состоялся 12 декабря 2010 года. Именно тогда Тихомиров впервые рассказал следствию детали убийства Джапаридзе, которые Баклагин и Исаев подтвердят гораздо позже — их задержат только летом 2012 года и оба во всем признаются. «27 июня 2009 года мы поехали к дому Ильи Джапаридзе с намерением его убить, так как он избил сестру националиста Скачевского с ребенком (информация об избиении не подтвердилась, нападения не было). Я должен был выстрелить в него, а Баклагин добить ножом. В целях конспирации я надел парик и панаму, Максим Баклагин надел кепку. Потом мы их выбросили в мусорный бак. Через час нашего ожидания Джапаридзе вышел из подъезда. Мы обошли дом и пошли к нему навстречу. Я выстрелил четыре раза ему в голову. Но он не упал. Подошел Баклагин и стал бить его ножом. Я помню, что Джапаридзе кричал: За что?! Потом он упал. Мы убежали в метро. Через некоторое время мы встречались с Баклагиным и Исаевым, я сказал им, что больше не хочу участвовать в таких делах, меня больше не звали».
Напоследок Тихомиров еще раз сообщил, что отказывается от этих показаний, так как его пытали током.
— Мы поняли, поняли, — снова прервал его судья. — Присаживайтесь.
Затем присяжные посмотрели видео проверки на месте показаний Максима Баклагина, где он в который раз подробно рассказал и показал, как убивали Илью Джапаридзе, Муслима Абдуллаева, Соса Хачикяна. На следующем заседании, 21 января, защита закончит представлять доказательства и допросит последних свидетелей. Затем — дополнения и прения сторон.