Новый старый омбудсмен

В Петербурге пройдут выборы уполномоченного по правам ребенка

Законодательное собрание Петербурга 21 января переизбрало на второй срок Светлану Агапитову на должность уполномоченного по правам ребенка. Решение Агапитовой баллотироваться на второй срок вызвало острую реакцию со стороны так называемых православных активистов, которые требовали не допустить ее переизбрания.

Председатель палаты Вячеслав Макаров, огласивший результаты, заявив о победе Агапитовой, не уточнил количество голосов, отданных за нее депутатами.

Агапитова была избрана первым детским омбудсменом Петербурга в декабре 2009 года. Уполномоченный по правам ребенка в северной столице избирается на 5 лет.

Конфликт Светланы Агапитовой с "православными" начался с самого начала ее работы на посту уполномоченного по правам ребенка. Активисты организаций православно-патриотического толка в резкой форме оппонировали ей, когда речь заходила о ювенальной юстиции или половом просвещении подростков. Когда началась кампания по выборам уполномоченного по правам ребенка, страсти накалились до предела. В декабре против Светланы Агапитовой выступили несколько православных родительских организаций, обвинив ее не только в поддержке сексуального просвещения и ювенальной юстиции, но еще и в богохульстве. Они даже обратились к митрополиту Санкт-Петербургскому и Ладожскому Варсонофию с просьбой отлучить Агапитову от церкви. В самом конце декабря против нее выступил протоиерей Дмитрий Смирнов, который призвал верующих подписать петицию губернатору "против агапитовых". Среди обвинений, выдвинутых священником, была поддержка гей-фестивалей и раздача подросткам контрацептивов. По словам пресс-секретаря Светланы Агапитовой Олега Алексеева, скорее всего, кто-то предоставил протоиерею Дмитрию Смирнову неверную информацию:

– Светлана Юрьевна, конечно, отреагировала на этот выпад, мы направили письмо за ее подписью протоиерею Смирнову, где говорится, что сведения, приведенные в его петиции, не соответствуют действительности. Светлана Юрьевна полагает, что священника просто ввели в заблуждение, но если он не опровергнет своих высказываний, она готова подать судебный иск о защите своей деловой репутации.

Сама Светлана Агапитова удивляется тому, что так называемые православные активисты хоть и жалуются на недостаток внимания с ее стороны, но сами никогда не бывают по-настоящему готовы к диалогу:

Это называется "исторический сдвиг", когда человек не меняется, а вокруг него все поехало. Представить 10 лет назад Виталия Милонова депутатом городского парламента мог только человек с нездоровой психикой, а сегодня он – уже норма, а мы все вокруг него перестаем выглядеть нормой

– Мы и с Виталием Милоновым (депутатом Законодательного собрания Петербурга), и с его помощником Анатолием Артюхом обсуждали эти вопросы, и с другими людьми, которые обвиняют меня в том, что я якобы насаждаю "секспросвет", но сейчас делается вид, будто никаких обсуждений не было. Все эти передергивания пошли еще 5 лет назад, когда я только начинала работать, но тогда все как-то улеглось, а теперь снова начинается как будто с нуля. Напрямую ко мне они не обращаются, но ведь я сама их приглашала в центр "Ювента", чтобы показать, что это не просто абортарий, как они его называют, а медицинский центр, который делает нужную и важную работу, там есть и психологическое сопровождение девочек, и оказание помощи, если есть какие-то медицинские проблемы. Но, к сожалению, тогда у нас получился грязный скандал – здравые мысли до этих людей не доходят, они слышат только себя. Этих людей не так много, но они очень активны, очень целеустремленно решают поставленную задачу, правда, иногда забывая о каких-то важных принципах, об общечеловеческих отношениях. Но если такие люди есть, то, безусловно, надо с ними тоже работать.

Против Светланы Агапитовой выступают активисты общественного движения за спасение и возрождение семьи "Отдельный дивизион", "Родительское стояние", "Родительский комитет", партии "Самодержавная Россия", "Русского национально-культурного Центра – Народный дом", общественного Фонда "Славянская духовность" и других организаций, в том числе и движения "Народный собор". Лидер его петербургского отделения Анатолий Артюх также обвиняет Светлану Агапитову в поддержке молодежных медицинских центров и ювенальной юстиции, в том, что она не поднимает голоса против гей-фестивалей, и во многом другом:

– Она поддерживает фостерные семьи, абсолютно порочную систему: приемным семьям платят деньги, а если они не справляются, передают ребенка в другую семью, с тем чтобы эти дети потом уезжали за границу. Все эти сказки про хорошую ювенальную юстицию мы слышали – нету хорошей ювенальной юстиции, это всегда разрушение традиционной семьи. У нас что, нет детских комнат милиции, нет органов опеки, они куда-то делись?

Не устраивает Артюха и отношение Агапитовой к "закону Димы Яковлева", запретившему американское усыновление российских сирот:

– Она, как сказал российский детский обмудсмен Павел Астахов, единственный региональный омбудсмен, который открыто выступает против президента, против парламента и против народа. Она лукаво сказала, что она вообще-то не против, но в принципе против того, чтобы детей усыновляли. Она обязана сделать так, чтобы в нашем городе детям было уютно жить, чтобы никого не отдавали.

Высказывания по поводу закона об иностранном усыновлении серьезно осложнили отношения Светланы Агапитовой и уполномоченного по правам ребенка в России Павла Астахова. Они и раньше не были безоблачными, и раньше возникали острые конфликты по поводу дома ребенка Адмиралтейского района и детского лагеря "Юность": дом ребенка Агапитова защищала после ревизии Астахова, а проведенную им заочную проверку летнего лагеря, в котором, по словам волонтеров, "отдыхающие" детдомовцы голодают и живут как в заключении, наоборот, сочла формальной и фактически обвинила Астахова в превышении полномочий. Но все это бледнеет перед позицией, занятой Светланой Агапитовой в тот момент, когда принимался "закон Димы Яковлева": она не побоялась во всеуслышание заявить, что главное – это право ребенка на семью, независимо от того, в какой стране эта семья находится.

И вот, как только началась предвыборная кампания, в СМИ прошла информация о том, что у Агапитовой может появиться соперница – многодетная мать, бывший депутат Госдумы Наталья Карпович. И хотя по закону федеральный уполномоченный по правам ребенка не может выдвигать кандидатуру на должность регионального уполномоченного, пресса связала появление Карпович с именем Павла Астахова. Правда, это неофициальная версия, но сама Карпович в одном из интервью рассказала, что предварительный разговор с Астаховым у нее состоялся. Все же стать кандидатом ей не удалось – возмутилась организация приемных матерей Петербурга, активисты которой рассказали, что Карпович "в 2011 году сдала приемного сына Данилу обратно в детский дом", и поэтому видеть ее в качестве детской заступницы было бы странно. Но и без Карпович соперников у Светланы Агапитовой хватало – в какой-то момент их было семь, к финалу выборной кампании осталось трое: выдвиженец от КПРФ Александр Поспелов, выдвиженец от ЛДПР Сергей Виниченко и бывший помощник председателя комитета по культуре Марина Журавлева.

Впрочем, нельзя сказать, что у самой Светланы Агапитовой позиции слабые, ведь ее выдвинул губернатор Георгий Полтавченко, да и общественная поддержка у нее тоже есть. В интернете появилось обращение волонтеров: "Мы призываем жителей нашего города, представителей благотворительных фондов, волонтеров добрыми фактами в поддержку Агапитовой ответить на злые общие обвинения критиков. Расскажите общественности, как помогла Светлана Юрьевна именно вам, разместите историю на вашей личной странице в любой социальной сети – ВКонтакте, Одноклассниках, Facebook, Twitter, Insta! Добавьте к истории хэштег #СПАСИБОАГАПИТОВА, и о ней узнают другие участники флешмоба".

К Светлане Агапитовой в целом неплохо относится либеральная часть общества. Преподаватель Петербургского университета, директор программы "Права человека" Дмитрий Дубровский считает, что вполне лояльная властям Агапитова выглядит чуть ли не героем на общем фоне:

– Это называется "исторический сдвиг": человек не меняется, а вокруг него все поехало. Представить 10 лет назад Виталия Милонова депутатом городского парламента мог только человек с нездоровой психикой, а сегодня он – уже норма, а мы все вокруг него перестаем выглядеть нормой. Видимо, то же самое происходит и с Агапитовой. Она достаточно консервативный человек, не радикал, но она честно выступила против "закона Димы Яковлева", и уже этим вызывает возмущение властей. Ювенальная юстиция – это очень важный вопрос, ведь наши российские консерваторы выступают за тотальный контроль, и говорить о правах детей в этом смысле для них невозможно. Кто это мне будет объяснять, что мне с детьми делать? Помните, был у нас такой замечательный городской омбудсмен Михайлов, который предлагал снимать металлические части с ремня, прежде чем лупить детей, был такой гуманист. Поэтому сама идея, что у детей есть какие-то права и их надо защищать, в этой консервативной политике не присутствует, дети – только объект, но никак не субъект, не отдельные личности со своими правами.

Депутат Законодательного собрания Петербурга Максим Резник не считает, что надо обращать внимание на нападки православных активистов:

– Они же, как вурдалаки, питаются этой энергией, я надеюсь, что Светлана Юрьевна опытный человек, и она по этому поводу не будет очень переживать. Я уверен, что она будет избрана, другое дело, что, по сообщениям некоторых СМИ, я узнал, что она изменила свое отношение к "закону Димы Яковлева", заявила, что он вроде как стимулировал российское усыновление. Мне хотелось бы более четкой оценки, потому что я за многие вещи уважаю Светлану Юрьевну, но больше всего за то, что она нашла в себе мужество выступить против этого закона. А вообще, я буду голосовать за нее. Ничего не могу сказать против других кандидатов, может, они и достойные люди, но Светлана Юрьевна на своем месте.

Депутат Законодательного собрания Борис Вишневский тоже считает, что Светлана Агапитова сохранит свой пост:

– Все эти мелкие пакости маргинальных персонажей никакого влияния на ситуацию не оказывает. Для меня самое важное, что она и другие кандидаты будут говорить об иностранном усыновлении, мне хотелось бы абсолютной ясности в этом вопросе. На недавней пресс-конференции Светлана Юрьевна сказала, что лучше бы все усыновленные дети оставались у нас. Я бы тоже так считал, но хотел бы знать, как она и другие кандидаты рекомендуют действовать, когда отечественных усыновителей не находится, будут ли они в этом случае выступать против иностранного усыновления и поддерживать "закон Димы Яковлева". Меня очень порадовало, что в свое время Агапитова выступила против него, и хотелось, бы, чтобы она не отступала от этих позиций из конъюнктурных соображений перед выборами. Что, мы для того, чтобы насолить Америке, будем оставлять наших детей в детских домах?

Светлана Агапитова говорит, что не отступила от своей позиции по "закону Димы Яковлева":

Это не значит, что я одобряю "закон Димы Яковлева" или сожалею о том, что пыталась помочь уехать в Америку тем 33 детям, которые уже познакомились со своими потенциальными приемными родителями

– Мои слова сейчас просто передергиваются: да, я сказала, что этот закон послужил катализатором для российского усыновления, то есть привлек внимание общества к теме детей-сирот. Это не значит, что я одобряю "закон Димы Яковлева" или сожалею о том, что пыталась помочь уехать в Америку тем 33 детям, которые уже познакомились со своими потенциальными приемными родителями, я ведь писала об этом во все инстанции, в какие только было можно. Но я не отказываюсь и от своих слов о том, после массового обсуждения этого закона больше детей стали брать в семьи – и во всей России, и в Петербурге.

– А отказов от детей, принятых в семьи, много?

– Тема отказов очень сложная, но сейчас в России введены стандарты подготовки приемных родителей, в Петербурге работает 3 школы приемных родителей, скоро будет 4, в других регионах тоже обязательны 70 часов подготовки и заключение психологов. Все это подстраховывает от тех ситуаций, когда ребенок в семье на самом деле не очень нужен, или когда приемные родители переоценивают свои возможности. С другой стороны, многие приемные родители обращаются в такие школы не только за помощью перед усыновлением, но и за дальнейшим сопровождением, и чем больше они будут за ним обращаться, тем меньше у нас будет возвратов детей в детские дома. Но и сейчас в большинстве случаев у нас отказы – это когда родственники отказываются от подростков, в основном не справляются бабушки. У нас вообще проблема в обществе – мы же не умеем друг с другом разговаривать. Мы подумываем о том, чтобы заняться так называемой медиацией, подключать психологов, которые бы помогали бабушкам и внукам понять друг друга.