20 января 2015, 01:16 / Финансы

Резкое ослабление рубля увеличило налоговую нагрузку российских компаний

Резкое ослабление рубля увеличило налоговые риски, и Минфин готов скорректировать налоговое законодательство - использовать курс лета 2014 г. По налоговым расчетам ударило и повышение ставки ЦБ Маргарита Папченкова Филипп Стеркин Компании оплатят ослабление рубля еще и налогами / Е. Разумный / Ведомости

Минфин предлагает при определении недостаточной капитализации компаний на 2015 г. зафиксировать курс доллара на 1 июля 2014 г. (курс ЦБ был 33,84 руб. за доллар. - «Ведомости»), сообщил «Интерфаксу» замминистра финансов Сергей Шаталов. Норма, по его словам, может появиться ко второму чтению других поправок в Налоговый кодекс (см. врез).

Это спасет многие компании от налоговых доначислений. Проблема курса стала еще и налоговой из-за правил определения контролируемой задолженности - долга перед аффилированной иностранной компанией, выплаты по которому могут маскировать дивиденды. Есть нормативы допустимого соотношения такого долга и капитала: для компаний - 3:1, для банков и лизинговых компаний - 12,5:1. Если нормативы превышены, то часть выплачиваемых процентов переквалифицируется налоговиками в дивиденды. Положительная разница между фактически начисленными процентами и предельно допустимыми облагается налогом.

Проблема в том, что из-за девальвации контролируемый валютный долг может резко искусственно вырасти в рублевом выражении. И тогда компания «может выскочить за пределы нормативов», объяснял Шаталов. Потом, когда эта «стихия» (резкие колебания курса) пройдет, можно вернуться к старому правилу, ожидает Шаталов. Такая же проблема возникала и в 2008-2009 гг., напоминает партнер Taxadvisor Дмитрий Костальгин.

Проблема есть, подтверждает сотрудник налоговых органов: возможны претензии, поэтому нужны поправки в Налоговый кодекс. Решать надо проблему не только заемщиков, но и кредиторов, которые тоже могли пострадать из-за обесценения рубля, советует Костальгин. Если компании давали валютные займы своим иностранным «дочкам», то из-за курсовых разниц может сильно вырасти налог на прибыль - он начисляется на валютную переоценку всего кредита, а не только процентных платежей. Налог может вырасти тогда так резко, что просто «кэша не хватит», предупреждает Костальгин.

Это не единственные налоговые проблемы, которые возникли из-за резкого изменения валютного курса и денежно-кредитной политики. Повышение ключевой ставки до 17% привело к росту стоимости рублевого кредита. А возможности компаний уменьшить налогооблагаемую прибыль на проценты по кредиту ограничены в 2014 г.: до 2015 г. вычет не должен был превышать ставку рефинансирования (8,25%), увеличенную в 1,8 раза, объясняет Костальгин. Получается, что часть расходов на кредиты компании не смогут списать на прибыль, резюмирует налоговик. Компании могут попытаться прибегнуть к альтернативному способу расчета вычета: если ставки начали расти, то можно использовать не фиксированный вычет, а рассчитать процентные расходы на основании рыночных ставок по сопоставимым кредитам, продолжает Костальгин: «Хотя в таком случае часто не избежать споров с налоговиками».

С 2015 г. эта планка устранена, напоминает партнер «Щекин и партнеры» Денис Щекин: компании могут уменьшить налогооблагаемую базу на процентные расходы по любой ставке; исключение - долг от контролируемой компании, когда проценты рассчитываются по правилу трансфертного ценообразования, т. е. опять же на основании рыночных ставок (особые правила и по долгам от аффилированных банков). Но есть вопрос, как смягчить последствия за 2014 г., заключает он.

Наконец, есть проблемы и у самой ФНС. Бюджет сейчас стал одним из самых выгодных кредиторов, жалуется налоговик: чтобы погасить недоимку, надо часто отвлекать средства из бизнеса и брать дорогой банковский кредит, а пеня за день налоговой просрочки - 1/300 ставки рефинансирования, т. е. может оказаться выгоднее не гасить недоимку. Техническая недоимка и раньше была порой способом временной экономии на процентах по кредиту, напоминает Костальгин.