Свободная курица и толченый сверчок

Сможет ли человечество прокормить себя в середине XXI века?

Уже в ближайшие десятилетия человечеству придется столкнуться с проблемами, от успешного решения которых будет зависеть само его выживание. Если последствия глобального потепления вряд ли приведут к катастрофе, во всяком случае, до конца XXI века, то истощение ресурсов, нехватка питьевой воды и пищи для растущего населения планеты даст о себе знать намного раньше. Сколько мы будем есть мяса в 2050 году? Что сильнее отравляет окружающую среду: выхлопные газы коров или автомобилей? Сможем ли мы обойтись без сверхсвиней-мутантов? Какова связь между рыбной ловлей и эпидемией Эболы?

Радио Свобода сделало обзор наиболее любопытных фактов, упомянутых в объемном докладе о перспективах производства и потребления продуктов животного происхождения, подготовленном к началу 2015 года по заказу Национального исследовательского совета США.

----------

Ожидается, что к 2050 году население планеты вырастет на треть и будет составлять от 9 до 10 миллиардов человек. Потребление белков животного происхождения, другими словами, мясных, рыбных, молочных продуктов и яиц при этом вырастет намного более существенно: человечеству понадобится на 73 процента больше мяса, рыбы и яиц и на 58 процентов больше молочных продуктов – по сравнению с уровнем потребления 2011 года.

Авторы доклада отмечают, что основным двигателем этого роста станут развивающиеся страны: если жители США, Европы и других развитых стран вряд ли способны потреблять еще больше мясо-молочных продуктов, то постепенный рост благосостояния населения беднейших стран Азии, Африки и Латинской Америки значительно отразится на типичном рационе их граждан. Уже к 2023 году среднемировое потребление мяса достигнет 36,3 кг на человека в год, то есть на 2,4 кг больше, чем в текущем десятилетии. Уровень среднего потребления мясных и рыбных продуктов европейцами и американцами почти не изменится, впрочем, он уже сейчас составляет в среднем 69 килограммов ежегодно.

Десяти миллиардам жителей планеты понадобится в середине века очень много животного белка. Удастся ли человечеству прокормить себя в условиях изменения климата и сокращения природных ресурсов?

Парниковый газ и несушки-чемпионки

Городскому жителю, привыкшему видеть сельскохозяйственных животных в основном в виде котлет или по телевизору, сложно представить себе, как много ресурсов используется для производства мяса, молока и яиц. На нужды животноводства – размещение животных, выпас, производство кормов и так далее – уходит 30 процентов всей не покрытой льдом поверхности суши Земли, больше, чем для любого другого вида человеческой деятельности. В индустриальных странах половина всех доступных для сельского хозяйства земель используется для выращивания кормовых культур. Причина 72 процентов всех вырубок лесов на земле – животноводство. Наконец, более трети всей потребляемой человечеством пресной воды опять же идет на производство животного белка (и 75 процентов – на сельское хозяйство вообще).

Коровы на белорусской ферме "интенсивного" производства

Животноводство не только нуждается в грандиозных природных ресурсах, но и заметно разрушает окружающую среду. Ключевая причина глобального потепления – антропогенные выбросы парниковых газов, и здесь сельскохозяйственные животные и птицы почти не отстают от заводов и автомобилей: производство животного белка ответственно за 14,5 процента выбросов парниковых газов на планете, в том числе углекислого газа – 9 процентов от общемирового антропогенного выброса, метана (как продукта разложения останков животных) – 37 процентов, закиси азота (из навоза и естественного отделения газов животными) – 66 процентов! Для сравнения: эмиссия парниковых газов, приходящаяся на весь мировой транспорт, автомобили, самолеты, корабли и так далее, лишь немногим больше – 15 процентов.

Разумеется, данные по выбросам сильно разнятся от региона к региону (наибольшая эмиссия парниковых газов от животноводства – в субэкваториальной Африке, где животные пасутся на огромных пространствах и неэффективно используют корм) и зависят от вида животных: в эмиссии 77 процентов опасных для климата газов повинен крупный рогатый скот, выбросы от производства свинины, а особенно рыбного, птичьего и яичного белка значительно ниже.

Мы не можем позволить себе тратить на производство животного белка в два раза больше земли и пресной воды, а удвоение эмиссии парниковых газов обернется драматическим приближением экологической катастрофы. Единственный выход – сделать животноводство более эффективным. Возможно ли это? Cудя по всему, да.

Использование новых сельскохозяйственных технологий в США позволило добиться поразительных результатов. За период с 1944 по 2007 год надой на одну корову учетверился: при почти трехкратном сокращении поголовья молочных коров (с 25,6 до 9,2 млн голов) производство молока выросло на 59 процентов. Коровы мясных пород набирали в 1997 году по 0,72 килограмма веса в день, а в 2007-м – уже по 1,18. В 1957 году вес 42-дневной бройлерной курицы составлял 540 грамм, в 2010-м – в пять раз больше, 2,8 килограмма. Пищевая конверсия (соотношение веса корма к прибавке живого веса) у куриц снизилась за это же время с 2,35 до 1,70. Современные американские курицы несут на 64 процента больше яиц, чем их предки из середины XX века, а сами яйца стали почти в два раза тяжелее.

Российская свиноферма

Эффективное производство дает возможность заметно сокращать использование ресурсов. Молочная индустрия в США сократила за последние 30 лет использование корма на 77 процентов, земли на 90 процентов, воды на 65 процентов. Выброс парниковых газов на 1 литр молока упал на 63 процента. Для производства одного килограмма говядины сегодня нужно на 19 процентов меньше корма, на 33 – земли, на 12 – пресной воды. Выбросы парниковых газов из расчета на один килограмм говядины в 2010 году на 16 процентов ниже, чем в конце 70-х годов прошлого века. Свиноводство “позеленело” еще больше: килограмм свинины требует на 41 процент меньше корма, на 78 процентов – земли, а выброс парниковых газов сократился на целых 35 процентов – показатель лучший, чем у говядины, но худший, чем у молока.

Однако речь здесь идет не обо всех американских коровах, свиньях и курицах, а о наиболее ущемленных в правах. Авторы доклада отмечают, что высокотехнологичное производство возможно только в крупных коммерческих хозяйствах, использующих интенсивные, далеко не самые щадящие к животным способы производства. Другими словами, это те самые фермы, которые кажутся нам бесчеловечными фабриками смерти. Но танзанийская корова, свободно пасущаяся в африканской саванне, ест не меньше американской, использует в несколько раз больше земли и корма, но дает при этом в сто раз меньше молока – таковы объективные данные.

Согласно последним данным климатологов, к концу XXI века средняя температура на планете вырастет на величину между 2,6 и 4,8 градусов Цельсия (причем более вероятен сдвиг в большую сторону). Оценить сегодня, как именно скажется глобальное потепление на возможности наращивать темпы производства животного протеина, очень сложно. Ясно, что в некоторых (сегодня умеренных и холодных) регионах условия для животноводства станут более благоприятными, а в других (субтропических и тропических) оно окажется невозможным. Очевидно, к новым условиям будет легче приспособиться крупным интенсивным хозяйствам, а сильнее всего пострадают традиционные "зеленые" фермеры.

В то же время некоторые специалисты высказывают опасение, что при нынешних темпах выброса парниковых газов уже в 2050 году климатические изменения станут необратимыми, а рост температуры может существенно ускориться. В конечном итоге это приведет к сокращению пригодных для аграрной деятельности земель и пресной воды, а значит – к глобальному голоду. Единственный выход – уже сейчас задуматься об устойчивом развитии: в применении к животноводству это означает повсеместное внедрение новых технологий. Когда-то нам придется выбирать между голодом и этическими принципами. Кроме того, замечают авторы доклада, те, кто привык есть много мяса, могли бы задуматься о переходе на более сбалансированный рацион.

Эбола и устойчивые антибиотики

Опасно ли животноводство для человеческого здоровья? И да, и нет.

Мясо диких животных в Западной Африке - один из возможных источников заражения лихорадкой Эбола

Эпидемия лихорадки Эбола стала одной из самых обсуждаемых новостей в мире в 2014 году, а одна из ее основных причин – употребление в пищу жителями некоторых стран Западной Африки мяса определенных видов летучих мышей и других диких животных. Авторы доклада указывают, что интенсивная рыбная ловля у берегов Западной Африки в последние годы привела к заметному сокращению численности рыбы в прибрежных водах, что вызвало рост цен на морепродукты на местных рынках. Людям, лишившимся возможности приобретать рыбу, пришлось искать другие источники животного белка – в регионе выросло употребление в пищу мяса диких животных. Сложно утверждать, что именно это обстоятельство привело к одной из самых страшных (во всяком случае в представлении СМИ) за последние годы эпидемий, но то, что употребление и производство белка животного происхождения ответственно за распространение многих чрезвычайно опасных инфекций, не вызывает сомнения, достаточно вспомнить птичий грипп или коровье бешенство.

Вот свежая статистика: в 2011 году 2,4 миллиарда случаев заболеваний человека были связаны с употреблением пищи животного происхождения, они привели к 2,2 миллиона смертей. Значит ли это, что, употребляя в пищу мясо, вы неминуемо заболеете чем-нибудь ужасным? Нет, если только вы не живете в бедной африканской стране. Контроль за мясомолочной продукцией в развитых странах налажен достаточно эффективно, кроме того, производители сами заинтересованы в здоровье своих животных. С этим связана еще одна распространенная "страшилка": в животноводстве используется очень много антибиотиков (стоит отметить, что антибиотиками не лечат вирусные инфекции, такие как грипп или лихорадка Эболы), из-за этого появляются устойчивые к противомикробным препаратам опасные для человека инфекции.

Однако, по мнению U.S. Centers for Disease Control and Prevention (CDC), основная причина возникновения устойчивых инфекций – вовсе не животноводство, а чрезмерно активное использование антибиотиков для лечения людей, особенно в больничных условиях. Антибиотики – одни из наиболее часто выписываемых людям видов медикаментов, при этом, по оценке организации, примерно в 50 процентах случаев врач назначает антибиотики в ситуации, когда они либо вообще не нужны, либо малоэффективны. В то же время создание новых антибиотиков катастрофически замедлилось: если в середине 80-х годов было разработано и одобрено для применения в медицине 15 новых классов препаратов, то начиная с 2008-го – только три. Основная причина – экономическая: создание нового антибиотика – сложная в научном отношении и дорогостоящая задача, одобрение лекарства может затянуться на годы, в целом для фармацевтической компании антибиотики дают относительно низкий возврат инвестиций. Мы располагаем относительно узким антибиотическим арсеналом, который врачи используют при любом удобном случае – у инфекций было достаточно времени выработать резистентность. По оценкам специалистов, вклад в проблему животноводства вряд ли велик.

"Франкенфиш" и "пять свобод животного"

Один из самых устойчивых и противоречивых пищевых мифов последних лет – опасность употребления в пищу ГМО, генно-модифицированных организмов. Хотя Всемирная организация здравоохранения выпустила специальный доклад, в котором ГМО-продукты признаны не представляющими опасности для здоровья человека, многие не торопятся верить выводам специалистов. В то же время производители пищевых продуктов пользуются человеческим невежеством, клея на продукты наклейки “без ГМО” исключительно в рекламных целях. Вы купили куриные грудки "без использования ГМО"? Вас обманули. В действительности весьма значительная доля растительной пищи (в первую очередь – сои и кукурузы) сегодня действительно производится из трансгенных семян. А вот генно-модифицированные животные продукты пока не получили одобрения нигде в мире, даже в США, где соответствующие законы куда мягче, чем в Европе.

Норвежская акваферма, где выращивают лосось

И вот пример. Американская компания AquaBoutny создала трансгенного атлантического лосося – в его генетический код были добавлены гены чавычи – крупнейшего представителя тихоокеанских лососевых. Скорость роста гибрида в два раза выше, чем у обычного лосося. Документы на одобрение этой, как ее прозвали журналисты, Frankenfish, были поданы в регуляторный орган FDA еще в 1995 году: заявка находится на рассмотрении уже двадцать лет! За это время Food and Drug Administration (федеральное агентство США, занимающееся, среди прочего, одобрением новых продуктов питания и медикаментов) получило более 1,5 миллионов писем с требованием отказать трансгенному лососю в регистрации. Аргументы оппонентов простираются от традиционно невежественного сомнения в безопасности употребления ГМО в пищу до заботы о благополучии самих гибридных рыб. А сенатор от Аляски Лиза Мурковски предложила FDA отказать Aquabounty просто потому, что “не стоит шутить с Матерью Природой”. Агентство пока не приняло никакого решения, но если трансгенный лосось все же будет разрешен, это не означает что кому-то удастся его приобрести: лобби экологических активистов и защитников прав животных добилось того, что 65 крупнейших американских сетевых ритейлеров пообещали – рыба-монстр на их прилавки в любом случае не попадет.

Авторы доклада напоминают о так называемой “зеленой революции” 60-х годов в сельском хозяйстве, в ходе которой были генетически улучшены основные зерновые культуры. Это позволило так сильно повысить их урожайность, что полемика вокруг допустимости использования трансгенных культур не помешала рукотворным растениям-мутантам получить одобрение регуляторов и прочно закрепиться в сельском хозяйстве. По всей видимости, сегодня мы находимся в похожей ситуации, и трансгенная пища животного происхождения все же рано или поздно неизбежно появится на наших столах.

Страх перед ГМО – не единственный социокультурный фактор, тормозящий технологическое развитие производства животного протеина. В начале 60-х годов, одновременно с распространением интенсивного производства в животноводстве, люди стали активно беспокоиться о благополучии сельскохозяйственных животных. Широкое обсуждение бесчеловечности содержания скота и птицы, методов забоя животных, привело к появлению доклада, подготовленного специальной государственной комиссией Великобритании. В нем был сформулирован принцип “пяти свобод”, которые рекомендовалось соблюдать фермерам в содержании животных: они должны иметь возможность свободно стоять и лежать, разворачиваться, чистить себя и вытягивать конечности. Со временем базовые этические принципы благополучия сельскохозяйственных животных были расширены: сегодня речь идет также о свободе от страха, стресса, дискомфорта, боли, травм, болезней, голода, жажды, а также предоставлении животным возможности проявлять нормальное поведение, в том числе социальное. На основе этих этических принципов в некоторых странах принимаются формальные стандарты размещения, перевозки, забоя животных, особенно строги эти правила в ЕС, где, в частности, попали под запрет несколько распространенных и эффективных систем содержания скота и домашней птицы в фермерских хозяйствах. Однако даже там, где формальные строгие правила обращения с животными не приняты, производителям приходится считаться с пожеланиями потребителей.

Производство яиц в Шанхае. Такой способ размещения несушек запрещен во многих странах мира

Типичный пример – производство яиц. В 50-е годы появилась технология содержания несушек (сегодня их в мире около 5 миллиардов) в небольших проволочных клетках, размещенных друг над другом несколькими рядами. Это позволило ограничить распространение паразитических болезней, упростило сбор яиц и в целом значительно повысило эффективность производства. Однако курицы в тесных клетках стали одним из главных архетипов бесчеловечного обращения с животными (в том числе в России – см. повесть Виктора Пелевина "Затворник и Шестипалый") в сельском хозяйстве. Под давлением общественности эта технология была официально запрещена в ЕС и Новой Зеландии. Жители Австралии отказываются покупать яйца “несвободных куриц”, и это вынудило производителей применять другие методы содержания несушек даже в отсутствие формальных ограничений. Девять из десяти американцев пока не задумываются о том, в каких условиях было снесено купленное ими яйцо, но крупнейший производитель яиц в США, United Egg Porducers, отказался от использования клеток, не дожидаясь, пока общественность всерьез обратится к этому вопросу. Лидер среди коммерческих потребителей яиц – компания Uniliver заявила, что к 2020 году будет приобретать исключительно яйца, снесенные “свободными” курицами.

Если страх перед ГМО по большому счету – следствие невежества, то забота о благополучии животных (даже тех, кому предстоит попасть на ваш стол) – совершенно естественное проявление человечности. Однако обстоятельства ставят нас перед непростым выбором: “зеленые” фермы, где животные содержатся в относительной свободе, где применяются традиционные фермерские экстенсивные технологии, просто не смогут удовлетворить растущие потребности человечества. Прокормить 10 миллиардов человек – сложная задача, ее решение может потребовать определенного этического цинизма. Но есть или не есть мясо – личный выбор каждого.

Срок годности и мусорное ведро

Нам придется научиться производить больше еды, но не помешало бы научиться ее экономить. Из-за одних только законодательно установленных норм сроков хранения, треть из достигших магазинных полок пищевых продуктов отправляются в мусорное ведро. Но еда превращается в мусор не только на этом этапе – пищевые продукты теряются на всех стадиях производства и потребления, не в последнюю очередь в тот момент, когда вы оставляете на тарелке недоеденную порцию.

Пищевые отходы возле рынка в Пешаваре, Пакистан

Ежегодно в мире тем или иным образом попадает в отходы 30 процентов злаков, 40-50 процентов корнеплодов, от 20 до 30 процентов растительного масла и мясомолочных продуктов, 35 процентов рыбы. В целом, треть из 1,3 миллиарда производимых ежегодно тонн еды уходит на помойку.

Если разложить все эти пищевые отходы на земле, они займут 1,4 миллиарда гектаров – это примерно треть площади всех сельскохозяйственных земель на планете. Выбросы при производстве этой так и не съеденной пищи составляют 3,3 гигатонны углекислого газа – если представить себе страну, которая ответственна за такое количество CO2, она оказалась бы на третьем месте в мире, пропустив вперед только Китай и США. Ежегодно выбрасываемые человечеством пищевые отходы отравляют 250 кубических километров воды.

В докладе отмечается, что основные потери продуктов питания в развитых странах происходят на последнем этапе, то есть на той стадии, когда продукты попадают к потребителям. Разве это не повод задуматься?

Технологии и сверчки

Основной вывод авторов доклада: животноводство нуждается в новых технологиях не меньше, чем медицина или исследования космоса. Без новых высокоэффективных и экологичных систем производства, без новых лекарств и генной инженерии человечество быстро истощит скудные ресурсы планеты, но все равно не сможет прокормить себя. Но все же не стоит рассчитывать, что продуктовую безопасность обеспечат ученые: каждому стоит задуматься о возможности сокращения потребления мяса и о том, как много пищевых отходов ежедневно попадает на помойку.

Французский деликатес со сверчками

Напоследок одна хорошая новость из доклада американских исследователей. На Земле есть животное, далеко обгоняющее и коров, свиней и куриц по способности превращать корм в питательный белок. Это существо – обыкновенный сверчок. Кроме того, сверчок содержит множество ценных витаминов и микроэлементов и съедобен на 80 процентов – в этом отношении он тоже опережает традиционных сельскохозяйственных животных. Потенциал насекомых в обеспечении продуктовой безопасности человечества признан ООН. Что вы съедите с большим удовольствием – стейк из коровы-мутанта или пельмени с толчеными сверчками? К середине века, вероятно, придется привыкнуть лакомиться и тем и другим.