После Новороссии: образы будущего для воюющих территорий
В среду великие мира сего о чем-нибудь договорятся, и, может быть, на востоке Украины будет гибнуть меньше людей. Или, что скорее всего, великие опять не договорятся ни о чем выполнимом, и люди будут гибнуть в прежних количествах. А мы – все, для кого война пока еще остается относительно далеким зрелищем, – читать в новостях про то, как они гибнут, и сверять карты, чтобы выяснить, с чьей стороны прилетел в очередной автобус очередной снаряд.
Но пока великие ни о чем не договорились, мы ведь и сами, опираясь на обширный опыт чтения бесконечного количества материалов о войне, можем провести небольшой мысленный эксперимент и попробовать реконструировать образы будущего, которые заинтересованные стороны предлагают для воюющих территорий. В конце концов, ведь тот, кто сможет наиболее правдоподобно рассказать, что будет после войны, и доберется до этого самого «после».
Русское после: весна без конца и без края
Итак, война окончилась полной победой народных республик. В каких границах – вопрос, но он в данном случае не так принципиален. Может быть, в границах прежних областей, а может, простерся русский мир аж до самой Одессы. Тут все от размаха фантазии зависит.
Стоит, наверное, оговориться: на официальном уровне наши государственные мужи рассуждают о сохранении территориальной целостности Украины (не будем, впрочем, забывать: эти речи, они от создателей популярного блокбастера «Возвращение Крыма в родную гавань»). Но и в речах пропагандистов, и в речах энтузиастов народные республики – уже сформировавшиеся государства, и остается им только с оружием в руках доказать право на независимость.
Так перенесемся же скорее в сияющий послевоенный Донецк, место русской силы, центр исполнения русской мечты. Что там в центре? Там, под памятником усам фельдмаршала Гиркина работы Зураба, разумеется, Церетели, на ступенях Православного университета сидят в тогах ослепительной белизны победители – Штырь, Бревно и БМВ. Они штудируют Домострой и популярное сочинение Егора Холмогорова «Карать карателей». А в промежутках, просто чтобы отдохнуть от ученых занятий, напряженно женятся.
Чуть в стороне бряцает на лире Моторола, который всю мудрость мира уже постиг, а жениться устал. И повсюду, конечно, пышно колосятся хлеба. Еще пышнее колосятся памятники Ленину, спасенные от современных гитлеровцев.
Что это означает в переводе на презренную прозу?
Подпишитесь, чтобы прочитать целиком
Оформите подписку Redefine.Media, чтобы читать Republic
Подписаться [Можно оплатить российской или иностранной картой. Подписка продлевается автоматически. Вы сможете отписаться в любой момент.]