«Он не может поставить личное выше судьбы Крыма»

Как в России за убийство судят сына Мустафы Джемилева: репортаж «Медузы»

В Краснодарском краевом суде 11 февраля начался процесс по делу Хайсера Джемилева — сына депутата Верховной Рады Украины, бывшего председателя Меджлиса крымско-татарского народа Мустафы Джемилева. За преступление, совершенное 27 мая 2013 года в Бахчисарае, Джемилева-младшего обвиняют по трем статьям российского УК — убийство, незаконный оборот и хищение оружия. Дело проходит судебные инстанции уже по второму кругу: обвинение предъявлялось по украинскому уголовному кодексу, процесс шел в украинском Крыму — теперь он переехал в Россию. Отец Хайсера на суде присутствовать не может: в мае 2014 года Мустафе Джемилеву, которого называют «лидером крымскотатарского народа», запретили въезд на территорию страны — за антироссийские высказывания. По просьбе «Медузы» журналисты Николай Волошин (Крым) и Анна Видова (Краснодар) выяснили, почему делом Джемилева-младшего занимались в Бахчисарае, Киеве, Страсбурге, а теперь — в Краснодаре, и есть ли у него политическая подоплека.

Последнее заседание украинского суда по делу Джемилева-младшего состоялось в Бахчисарае в феврале 2014-го, за десять дней до того, как на территории полуострова появились «вежливые люди». Тогда подсудимый воспользовался своим правом, предусмотренным законом, и попросил, чтобы дело рассматривал суд присяжных. Суд ходатайство удовлетворил. В заседании был объявлен перерыв для формирования суда присяжных — в составе двух профессиональных судей и трех народных заседателей, личности которых должна была определить электронная система суда. Само же дело планировалось рассматривать с самого начала. Но внезапно обстоятельства изменились: за Джемилева-младшего взялся российский суд.

Смертельный выстрел

По версии следствия, 27 мая 2013 года Хайсер Джемилев, находясь на втором этаже собственного дома, выстрелил из самозарядного карабина Симонова, принадлежавшего его отцу, в Февзи Эдемова, который работал в огороде. Выстрел оказался смертельным. На месте при осмотре трупа были обнаружены три огнестрельных ранения: в голову, правое плечо и правое бедро. Позже судмедэкспертиза выяснила, что пуля прошла через темя мужчины, пробила правую щеку, вышла насквозь через плечо и по касательной зацепила правое бедро. Эксперты объяснили такой характер ранения тем, что выстрел был произведен со второго этажа дома, тогда как погибший в тот момент подвязывал помидоры в огороде, при этом, сидя на корточках, расположил локти на уровне коленей. В то же время следователи не смогли найти пулю на месте убийства. Специалисты предполагают, что она могла уйти глубоко в землю — в связи с тем, что ее скорость в момент выстрела составляла примерно 700 м/с.

Эдемов был давним другом семьи Джемилевых: помогал им по хозяйству, выполняя различную работу. У погибшего остались супруга и восьмимесячная дочь, а также 12-летняя дочь от первого брака. Кроме того, на его содержании находились пожилые родители.

Родные Эдемова на следующий день после трагедии в беседе с местными журналистами заявили, что Хайсер застрелил Февзи «умышленно» и что судить его надо по всей строгости. Правда, позже они от общения с прессой отказывались. Еще через некоторое время выяснилось, что погибший приходился родственником заместителю главы Меджлиса Ахтему Чийгозу, который сейчас находится в СИЗО Симферополя по подозрению в организации и участии в массовых беспорядках у крымского парламента 26 февраля 2014 года.

Сам Мустафа Джемилев, комментируя в первые дни случившееся, признался, что карабин, из которого его сын якобы застрелил Эдемова, принадлежит ему — и купил он его в 1990-е годы. «Ружье покупал в те бандитские времена, когда у нас милиция кормилась с рук бандитов, и вынужден был обороняться сам. Но никогда с него производить выстрелы не приходилось. В сейфе лежало», — сказал Джемилев на специально созванной по этому поводу пресс-конференции. По его словам, патроны от карабина хранились отдельно в сейфе, ключи от которого Хайсер нашел в вещах отца.

«Они вместе эти помидоры подвязывали, потом почему-то он [Хайсер] вышел в туалет, там оказалось это ружье. Видимо, оно давно у него было. Потому что каждый день я не проверяю сейф, тем более это на третьем этаже [дома], где мой архив хранится. У меня бывают долгие отсутствия — в Киеве, за границу уезжаю. Как так получилось, что жена [Хайсера] не заметила этого ружья у него, почему, если заметила, мне не сказала — это загадка», — поделился Джемилев.

Тогда же появились сообщения, что Хайсер Джемилев страдал психическими расстройствами и употреблял марихуану. Джемилев-старший опасался, что его сын покончит с собой. «Он моей охране говорил — это было пять лет назад, что он плохо себя почувствовал, работая в Таиланде, — рассказал Джемилев. — Оттуда он [Хайсер] начал звонить, говорить какие-то несуразицы, и я быстро принял меры, чтобы его привезти сюда. И тогда у него начались разговоры: что моей жизни угрожает опасность, чтобы я не ел на стороне, чтобы ел только то, что мать готовит. А охране говорил, что его дни сочтены, и он очень просит следить, чтобы с ним было все хорошо».

Несколько лет назад родители Хайсера решили поместить его в одну из престижных клиник Стамбула. Там Джемилеву-младшему поставили диагноз — нервное расстройство, рассказывает Джемилев-старший. По данным врачей, причиной стало то, что, находясь в Таиланде, Хайсер несколько раз употреблял марихуану. «Я с психиатром говорил: действительно ли у него что-то связанное с наркотиками? Нет, говорит, тут этого нет. Потому что в такой дозе практически все люди пробуют эту марихуану. У него несколько другое», — сообщил Джемилев.

Он также пожаловался на то, что у его сына было трудное детство. Как известно, сам Мустафа Джемилев в годы советской власти был диссидентом, активно боролся за права крымскотатарского народа, депортированного из Крыма в 1944 году в республики Центральной Азии. За свою антисоветскую деятельность бывший руководитель Меджлиса провел в тюрьмах в общей сложности около 15 лет.

«Этот ребенок [Хайсер Джемилев] родился в Якутии, в ссылке. У него не очень обычная жизнь была: несколько раз на его глазах арестовывали отца, постоянные обыски. Здесь была повторная депортация. Вот таким малышом он побывал в камере. После ареста отца его выбрасывали из детсада, как сына врага государства. Потом — бессонные ночи с матерью. У него было какое-то чувство человека постоянно обороняющегося, изолированного от кого-то. Видимо, это в какой-то мере отразилось», — вспоминал Джемилев.

После убийства Февзи Эдемова Мустафа Джемилев взял на себя обязательство помогать родителям и семье погибшего. Он заплатил за обустройство жилья Эдемова, на средства «лидера крымскотатарского народа» родители Эдемова провели в дом газ. Также народный депутат ежемесячно выплачивал от двух до двух с половиной тысяч гривен (по тем временам — около 8-10 тысяч российских рублей) пожилым родителям и супруге Эдемова. Дочери от первого брака он каждый месяц платил полторы тысячи гривен.

«Есть лица, которые заинтересованы эксплуатировать эту трагедию»

В 2013 году Мустафа Джемилев руководил Меджлисом, а также входил в оппозиционную фракцию «Батькивщины» (ее лидер Юлия Тимошенко в тот момент находилась в тюрьме). Учитывая это, участники процесса и наблюдатели отмечали, что дело Хайсера Джемилева обязательно примет политическую окраску.

«Я, думаю, что, вероятно, есть в связи с этим делом интерес к репутации, авторитету Мустафы Джемилева. Поскольку политика — это всегда противостояние, есть лица, либо силы, которые заинтересованы эксплуатировать эту трагедию в целях изменения репутации или авторитета Мустафы Джемилева», — заявил в мае 2013 года на пресс-конференции адвокат Джемилева-младшего Александр Лесовой.

Защита акцентировала внимание на том, что убийство Эдемова было совершено по неосторожности. Джемилев-младший также придерживался на суде этой версии. Он рассказывал, что нашел оружие в расположенном по соседству доме и периодически приносил его к себе домой: «В день, когда Февзи в очередной раз пришел, карабин был у меня. Я помог ему по хозяйству, потом пошел смотреть телевизор, а потом стал заряжать и разряжать ружье и рассматривать все вокруг через оптику карабина. Я думал ружье на предохранителе».

Адвокат, в свою очередь, отмечал, что в 2012-м в Крыму зарегистрировали и расследовали более 20 уголовных дел о преступлениях, связанных с неосторожным убийством людей. «Я думаю, что кроме этого дела, никто из присутствующих не может указать на любое другое дело, связанное с неосторожным причинением смерти, которое бы вызывало такой бурный ежедневный массовый интерес», — сказал Лесовой.

Активист крымскотатарского движения, глава Центральной избирательной комиссии Курултая (национального съезда крымских татар) Заир Смедляев уверен, что в деле сына бывшего главы Меджлиса все сложнее, чем кажется. «До этих событий Хайсер мог быть подвергнут психологическому влиянию со стороны определенных служб, — поделился Смедляев с „Медузой“. — Всем известно, что есть особые технологии: гипноз, НЛП и так далее. Я не исключаю того, что Хайсер мог быть подвергнут такой обработке, после чего совершил это преступление». По мнению Смедляева, «определенные службы» хотели дискредитировать Мустафу Джемилева, возглавлявшего Меджлис.

Смедляев полагает, что другой человек, окажись он на месте Мустафы Джемилева, помог бы сыну сбежать, отправив его сразу после преступления дневным рейсом в Турцию. Однако, по словам Смедляева, Джемилев-старший сам сообщил правоохранительным органам о происшедшем, что указывает на его заинтересованность в установлении истинных причин убийства Эдемова.

Мустафа Джемилев в общении с журналистами неоднократно отмечал, что политические оппоненты как в Крыму (тогда Совет министров автономии возглавлял представитель Партии регионов, ставленник Януковича Анатолий Могилев), так и в официальном Киеве ищут возможность «извлечь наибольший политический капитал» из этого дела.

Уже после бегства Виктора Януковича депутат Джемилев признался, что бывший президент Украины использовал ситуацию с сыном, чтобы его шантажировать. «3 ноября [2013 года] мне позвонили из Киева и попросили приехать срочно в Киев, потому что оказывается здесь, на самых высших кругах хотят помочь мне непосредственно от Януковича. Условие было такое — я должен выйти из фракции „Батькивщина“ и перейти в Партию регионов, и тогда, на следующий день мой сын будет освобожден. Разумеется, это условие не было принято», — заявил Джемилев в прошлом году на пресс-конференции.

Из Симферополя в Краснодар

Сразу после трагедии Хайсера Джемилева взяли под стражу. Прокуратура Крыма предъявила ему обвинение в умышленном убийстве, но в процессе расследования изменила статью на умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах, а затем — на убийство по хулиганским мотивам. Гособвинитель посчитала, что раз мотива в совершении преступления нет, то это было хулиганство, что, в свою очередь, считается отягчающим обстоятельством. В сентябре 2013-го Джемилева-младшего этапировали в Киев для проведения судебно-психиатрической экспертизы. Результаты показали, что он психически здоров. После этого его доставили в Симферополь, а спустя несколько месяцев в Бахчисарайской районном суде начался процесс.

На одном из заседаний тогда присутствовал Мустафа Джемилев. Во время показаний он фактически пересказал все то, о чем ранее заявлял на майской пресс-конференции. А после суда в общении с журналистами депутат усомнился в правдивости результатов экспертизы: «Что у меня вызвало удивление, что, несмотря на то, что он [Хайсер] стационарно лечился, постоянно получал медикаменты, вдруг [его] признали психически здоровым. Так, наверное, нужно родной партии», — сказал Джемилев, намекнув в заинтересованности в этом процессе Партии регионов.

После референдума 16 марта 2014 года и присоединения Крыма к России ситуация с процессом принципиально изменилась. Дело взял на контроль новообразованный Следственный комитет по Республике Крым. Правоохранители выдвинули обвинение Джемилеву-младшему по трем статьям Уголовного кодекса России: в совершении убийства, незаконном хранении огнестрельного оружия и его хищении. Попытки родных Джемилева настоять на том, что его должны судить по украинским законам, поскольку преступление произошло на территории Украины, не увенчались успехом. Одновременно Апелляционный суд Киева вынес решение, согласно которому у Хайсера Джемилева истек срок пребывания в СИЗО, и изменил ему меру пресечения на подписку о невыезде. В июле 2014 года Европейский суд по правам человека обязал Россию освободить Джемилева-младшего из-под стражи. Несмотря на это, российская сторона продолжала удерживать Хайсера под арестом, а в сентябре 2014 года этапировала подсудимого в Краснодарский край, где он содержится по сей день в местном СИЗО.

По какой причине Джемилева-младшего отправили в Краснодарский край — неизвестно. Официальных комментариев силовые структуры не давали. Позже стало известно, что Верховный суд удовлетворил ходатайство зампредседателя апелляционного суда Крыма о направлении дела для рассмотрения в Краснодарский краевой суд. При этом мотивы решения указаны не были. Адвокат Александр Лесовой тогда признавался, что об этапировании своего подзащитного он узнал из новостей, никакого официального уведомления не получал.

Тогда же в процесс вмешалась уполномоченный Верховной Рады Украины по правам человека Валерия Лутковская. Она написала открытое обращение к российскому уполномоченному по правам человека Элле Памфиловой. «С целью давления на Мустафу Джемилева, которому запрещен въезд на территорию России, его сына фактически держат заложником. Относительно Хайсера Джемилева, как и тысяч других граждан Украины, вопреки требованиям международного права, было возобновлено уголовное производство и начато преследование по нормам российского законодательства», — отмечала Лутковская. Она призвала свою российскую коллегу лично вмешаться в указанное дело и принять меры с целью восстановления нарушенных прав. О реакции Памфиловой на обращение Лутковской ничего не сообщалось.

За прошедшее время в деле Хайсера Джемилева сменился адвокат. Вместо Александра Лесового интересы подсудимого теперь представляют российские юристы Николай Полозов и Сергей Романов. Лесовой никаких комментариев не дает, поскольку не хочет говорить о деле, которым давно не занимается.

Как рассказала «Медузе» мать Хайсера Сафинар Джемилева, смена защиты связана с тем, что у «каждого адвоката есть своя территория». По словам супруги Мустафы Джемилева, Лесовой «не может работать дальше Крыма».

Сафинар Джемилева также рассказала, что в декабре прошлого года ей разрешили увидеться с сыном в краснодарском СИЗО. «Мне дали разрешение на свидание с Хайсером. Мы говорили с ним по телефону через стекло. Выглядит он терпимо», — отметила Джемилева.

Несмотря на это, еще летом прошлого года журналистам федерального телеканала «Россия 1» в рамках подготовки документального фильма «Тайная жизнь Мустафы Джемилева» разрешили записать интервью с Хайсером Джемилевым, находившемся в тот момент в симферопольском СИЗО. «Вообще, съемочную группу не имеют права пускать к нему, без адвоката. Но хозяин — барин. В таких условиях какие хочешь можно показания взять — от родного отца можно отказаться», — прокомментировала мать неожиданное появление Джемилева-младшего в фильме.

Последнее уголовное дело из Крыма

Дело Джемилева-младшего — последнее уголовное дело из Крыма, которое рассматривают в другом регионе: на полуострове уже сформирован собственный Верховный суд.

Первое заседание по делу должно было пройти еще в самом начале февраля, но из-за болезни адвоката Николая Полозова его перенесли на 11 февраля. Однако в этот день Полозов вновь не появился в зале суда, в связи с чем рассмотрение снова передвинули — на 17 февраля. Суд предупредил подсудимого, что это уже второй перенос слушаний, и если защитник проигнорирует следующее заседание, Джемилеву назначат государственного адвоката.

Любопытно, что адвокат Николай Полозов — вместе со своим давним партнером Марком Фейгиным (они вместе участвовали в громком процессе по делу Pussy Riot; Фейгин также был адвокатом Леонида Развозжаева и Сергея Удальцова) — представляет еще и интересы Джемилева-старшего, который безуспешно пытается оспорить в Басманном суде Москвы запрет на въезд в Россию.

«Рассмотрение дела российским судом о преступлении, совершенном на территории Украины, никоим образом не правосудно. Рассматривая его, Россия выходит за рамки международного правового поля. Несколько ранее Верховный суд, определяя подсудность, проигнорировал решение ЕСПЧ, — пояснил по телефону адвокат Джемилева Николай Полозов. — Считаю, что это дело на 100% политизировано, целиком и полностью используется в качестве давления на отца. Достаточно упомянуть один факт: переквалифицировали его с неумышленного убийства на умышленное после разговора Мустафы Джемилева с Владимиром Путиным».

«Насколько правосудно рассматривать в России уголовное дело о преступлении, совершенном в Украине? Никто не знает абсолютно правильный ответ. Готовых правильных ответов просто нет. Потому что то, что произошло с Крымом, не происходило в мире, наверное, с 1945 года», — отмечает руководитель Крымской полевой миссии по правам человека, член президентского СПЧ Андрей Юров. Джемилев — гражданин Украины, преступление совершено в 2013 году, убитый — также украинец, подчеркивает правозащитник: «По логике не очень понятно, почему вообще Россия в это вмешивается. Подсудимого нужно передать службе исполнения наказаний Украины, и там пусть с ним разбираются».

В прошлом году в социальных сетях распространились сведения о том, что Хайсер Джемилев якобы получил паспорт гражданина Российской Федерации. Однако его тогдашний адвокат Александр Лесовой опроверг это; более того, защитник сообщил, что его подзащитный имеет постоянную регистрацию в Киеве, и поэтому получить российское гражданство на общих основаниях, как другие граждане Украины с крымской пропиской, не может.

«Сам Мустафа Джемилев, не скрывая, говорил членам Меджлиса о том, что на него выходили представители власти из Москвы и предлагали решить вопрос с Хайсером Джемилевым, если Мустафа-ага проявит определенную линию поведения по отношению к событиям, происходившим в Крыму, — делится с „Медузой“ заместитель главы Меджлиса крымскотатарского народа Нариман Джелял. — Естественно, Мустафа-ага тогда заявил, что несмотря на то, что это его сын, он не может позволить поставить личное, семейное выше нежели судьба народа, судьба Крыма».

Он не исключил, что дело вокруг сына Мустафы Джемилева будут регулярно использовать в зависимости от ситуации: «Даже когда, скорее всего, он окажется в местах лишения свободы, можно будет продолжать подобный политический шантаж, что, естественно, нельзя воспринимать как нечто нормальное».

Анна Видова

Николай Волошин