В запретных комнатах

Когда во дворце Берлинале вручали главные награды, я смотрел в соседнем кинотеатре документальный фильм о Фассбиндере. Первая сцена: Берлинский фестиваль 1969 года, зрители освистывают "Любовь холоднее смерти", а самого режиссера, выходящего на сцену после сеанса, встречают проклятьями. Жаль Фассбиндера, но и жаль, что исчез былой Das kleine Chaos: в этом году я задолго до конца фестиваля точно предсказал, кому достанутся награды. Старожилам Берлинале известно, что лучший раздел программы – "Форум", все живое спрятано там, и большая часть из двадцати фильмов, которые я отметил, не участвовали в конкурсе, хотя многие вполне могли бы там оказаться.

1. Le dos rouge, режиссер Антуан Барро

Все в фильме "Красная спина" зыбко и раздваивается, будто в расколотом зеркале. Режиссер Бертран Бонелло играет вроде бы самого себя, но это не вполне он. Его герой, тоже кинорежиссер, которого по случайному совпадению зовут Бертран, ищет в картинных галереях изображение идеального чудовища, но Бальтюс, Доре и Миро его не удовлетворяют. Только в фотографии юноши в бюстгальтере он находит нечто впечатляющее и заставляет меланхоличного журналиста побрить грудь и имитировать сцену, запечатленную Дианой Арбус. Бертрану помогает загадочная женщина-искусствовед, способная разглядеть монстров повсюду, но и она раздваивается, приводя режиссера в замешательство. Мне совсем не нравятся фильмы Бонелло, но Антуан Барро собрал темы, которые увлекают его приятеля (гермафродитизм и т.п.), и, перетасовав их, сделал ни на что не похожее кино о полях неопределенности, где колосится пшеница искусства. Почему же фильм называется "Красная спина"? Да потому, что в поисках нарисованных монстров Бертран сам превращается в чудовище.

2. The Forbidden Room, режиссеры Гай Мэддин и Эван Джонсон

Будь моя воля, я бы отдал все награды Берлинале "Запретной комнате" Гая Мэддина, реконструировавшего сюжеты утраченных немых картин. В тонущую подводную лодку непостижимым образом пробирается облепленный листьями дровосек, желающий спасти страдающую амнезией цветочницу Марго, которую заточила в пещере банда "Красные волки". Бедная Марго – теперь набожные островитяне должны принести ее в жертву, бросив в жерло вулкана, но на помощь приходит ушлая женщина-юрист, потерпевшая авиакатастрофу. Джеральдина Чаплин изображает Женщину с Кнутом, а Удо Кир – лакея, которого убивают, облыжно обвинив в краже чучела чихуахуа. На этот фильм выстроилась огромная очередь, жаждущие опоясали четыре этажа кинотеатра Cubix на Александерплац. Подозреваю, что народу было не меньше, чем некогда на премьере "Метрополиса". Но что поразительно: на злоключения Марго и дровосеков зал взирал со свирепой серьезностью, мне приходилось робко хихикать в кулак, хотя это одна из лучших комедий на свете, а заодно и фильм о рождении кино из снов разума.

3. Fassbinder – Lieben ohne zu fordern, режиссер Кристиан Брад Томсен

Датчанин Кристиан Брад Томсен увидел "Любовь холоднее смерти" на Берлинале 1969 года (когда злые зрители забукали картину и нахамили режиссеру), пришел в полный восторг и подружился с Фассбиндером. Томсен признается, что ненавидел немецкий язык – речь нацистов, завоевавших Данию, и открыл его красоту только благодаря фильмам Фассбиндера, особенно "Эффи Брист". За 13 лет знакомства он записал несколько интервью с режиссером – в том числе и одно довольно жуткое, на Каннском фестивале: Фассбиндер пьян, глаза заплыли, он разглагольствует, бренча льдинками в стакане с виски, и похож на труп. Томсен говорит, что 30 лет не решался смотреть эту пленку. В своем фильме он пытается расшифровать характер приятеля с фрейдистских позиций – например, объяснить его поступки эдиповым комплексом: отец Фассбиндера ушел из семьи, и режиссер будто бы пытался завоевать свою мать (она играла в его фильмах) и обрести нового отца – например, в лице Дугласа Сирка, которого он пригласил на ужин, попросив маму приготовить простецкие голубцы. Одна из глав фильма посвящена садомазохизму Фассбиндера, который всячески изводил своих любовников и любовниц: актер Армин Майер покончил с собой, не получив приглашения на день рождения режиссера, а Ирм Херманн рассказывает, как после очередного скандала наглоталась снотворного, написав помадой на столе признание в любви. По мнению Томсена, Фассбиндер хотел создать себе новую семью из актеров, но потом решил, что мир настолько безумен, что остается только изобрести свой уникальный вариант сумасшествия и умереть.

4. Der Letzte Sommer der Reichen, режиссер Петер Керн

Петер Керн снимался у Фассбиндера, Зиберберга и Даниэля Шмида, а потом сам стал режиссером. Три года назад Вероника Франц (жена Ульриха Зайдля) сняла документальный фильм о его жизни: Керн разделся догола перед камерой, и зрелище это впечатляющее: бедняга так располнел, что живот свисает до пола. Героиня его новой комедии "Последнее лето богачей" – богатая лесбиянка-садомазохистка, страстно влюбленная в очаровательную монахиню, опекающую ее дедушку-нациста. Море крови в финале! Уж не пародия ли это на "Горькие слезы Петры фон Кант"?

5. Gone With the Bullets, режиссер Цзян Вэнь

Вот странная история: роскошный крупнобюджетный фильм "Унесенные пулями", который в Китае пользуется изрядным успехом, в Берлине почти никому не понравился и наград не получил, хотя вполне достоин призов за сценарий и за операторскую работу. Убийство победительницы конкурса красоты для женщин легкого поведения, арест и казнь злодея стали сюжетом первого китайского фильма "Янь Жуйшэн". Историю рождения кино из криминальной драмы Цзян Вэнь перенес в мир грез – возможно, опиумных, поскольку злодеяние было совершено под воздействием наркотика. Фильм сладкий, как свадебный торт, и быстрый, как пуля.

6. Knight of Cups, режиссер Терренс Малик

Терренс Малик обрел неистощимое второе дыхание и снял уже три экспериментально-назидательных картины об онтологических вопросах. "Древо жизни" и "К чуду" мне очень нравятся, но не рискну назвать их совершенными, поскольку там были неудачи с кастингом (кошмарный Шон Пенн, торчащий, как ржавый гвоздь, из "Древа") и перехлест клерикальной демагогии. В "Рыцаре кубков" ошибок больше, чем удач. Деревянный Кристиан Бэйл, похожий на ожившую рекламу крема для бритья, не исчезает из кадра, а назидательный закадровый голос выливает на зрителя такую ниагару напыщенных банальностей, что уши вянут. Картинка по-прежнему роскошная, но слишком уж похоже на съемку для GQ или Men’s Health. Как раз сейчас в Берлине проходит выставка Марио Тестино, и его снимки кажутся кадрами из "Рыцаря кубков". И какое отношение к этой истории Казановы из Лос-Анджелеса имеют карты таро, подарившие названия и всему фильму, и его главам? Мне не понравился "Рыцарь кубков", и все же почти не сомневаюсь, что это единственный фильм из конкурса Берлинале 2015 года, который останется в истории кино.

7. El Club, режиссер Пабло Ларраин

Не сомневался, что этот фильм получит одну из главных премий, и в самом деле гран-при жюри достался ему. Ларраин – автор знаменитой трилогии о диктатуре Пиночета. Персонажи "Клуба" – запрещенные в служении католические священники, которые были замешаны в различных преступлениях (как правило, педофилии), и теперь начальство спрятало их в провинциальном приюте. Один из них кончает с собой, и дотошный церковный следователь начинает выпытывать старые тайны. Все хорошо в этом фильме о раскаянии и покаянии, только одно сценарное клише меня раздражает: почему, если в драмах такого типа появляется собака, она непременно должна погибнуть?

8. El botón de nácar, режиссер Патрисио Гусман

Еще один чилийский конкурсный фильм, тоже получивший "Серебряного медведя", и его режиссер тоже в свое время снял трилогию о диктатуре Пиночета. "Перламутровая пуговица" начинается как типичный телефильм для телеканала Discovery о смысле воды в жизни аборигенов Патагонии, но потом, благодаря той самой пуговице, возникает совсем другая история – о государстве-злодее и случайно уцелевших свидетелях его зверств. Даррен Аронофски дал этому фильму награду за лучший сценарий и правильно сделал.

9. Exotica, Erotica, etc, режиссер Евангелия Краниоти

Несмотря на кошмарное название, это очень интересный фильм. Гречанка Евангелия Краниоти одержима морем и моряками. Одержима до такой степени, что ради съемок девять лет плавала на сухогрузах, работая на кухне, а также расспрашивала жриц любви, работающих в портовых борделях. Ее главная героиня чилийка Сэнди (опять Чили!), ныне ушедшая на заслуженный отдых, обожала греческих моряков, которые, подобно террористам, оставляли в каждом порту бомбы, наполненные любовью. В январе на Роттердамском фестивале показывали столь же красивый фильм о сухогрузах "Трансатлантика". Хочется выбежать из кинозала, отправиться в плавание и никогда не возвращаться.

10. Rabo de Peixe, режиссеры Жоаким Пинту и Нуно Леонель

Жоаким Пинту два года назад снял потрясающий автобиографический фильм "Что теперь? Напомни мне". Пинту тяжело болен – ВИЧ и гепатит С, и это был предельно откровенный рассказ о борьбе с недугом. Сейчас Пинту и его партнер Нуно Леонель собрали свои видеозаписи, сделанные в 1999-2001 году на Азорских островах. Rabo de Pixe – "Рыбий хвост", поселок, где живут рыбаки; режиссеры подружились с красавцем Педро, его братом-близнецом и их друзьями. Затерянные в океане Азорские острова прекрасны, рыбаки – красавцы, любо-дорого глядеть и на их улов – божественную рыбу-меч. Но фильм получился не таким интересным, как "Что теперь?", потому что это полуправда – режиссеры несомненно влюблены в Педро и его товарищей, но рассказать об этом предосудительном увлечении не решились. Получился почти эротический фильм без эротики, а это скучно. Евангелия Краниоти рассказала свою океанско-бордельную повесть куда убедительней.

11. Superwelt, режиссер Карл Маркович

Провинциальная кассирша открывает тайные знаки в грохоте стиральной машины, инее на стенке холодильника, треске кухонного таймера. Нет сомнений: с ней напрямую говорит Бог. Почему он избрал именно ее? Пути Господни неисповедимы. "Супермир" похож на фильмы Ульриха Зайдля, но что в этом дурного?

12. Eisenstein in Guanajuato, режиссер Питер Гринуэй

Я очень надеялся на то, что этот фильм поймает какого-нибудь медведя, дабы Мединскому и прочим оскопителям культуры было бы сложнее запретить его российский прокат. Питер Гринуэй хочет снимать еще один фильм о Сергее Эйзенштейне, и сценарий не понравился в Москве: главный режиссер советского кино изображен гомосексуалом, как это так? Гринуэй полагает, что в 1931 году, когда Эйзенштейн приехал в Гуанахуато снимать свой мексиканский фильм, он был девственником, но это упущение исправил гангстероподобный абориген по имени Паломино Каньедо. Ровно посередине (режиссер подчеркивает, что фильм симметричный) помещена продолжительная сцена на грани гей-порно, и, по мнению Гринуэя, она сияет, как главный брильянт в короне. Когда-то Николай Гумилев, приветствуя Сергея Нельдихена в "Цехе поэтов" сказал, что в его лице в русскую поэзию вступает глупость, которая имеет такое же право на представительство, как и всё остальное. Почему я вспомнил эти слова Гумилева, когда смотрел "Эйзенштейна в Гуанахуато"?

13. Neun Leben hat die Katze, режиссер Ула Штёкл

Абсолютно все фильмы, появившиеся в 1968 году, замечательны, даже третьестепенные. Ула Штёкл сняла свою первую картину "У кошки девять жизней", когда еще была студенткой киношколы. Премьера состоялась на кинофестивале в Мангейме, но призов тогда не вручали: решено было передать все деньги на нужды Вьетконга. Это еще ничего – Каннский фестиваль в том революционном году вообще был сорван, а фестиваль в Акапулько завершился побоищем из-за фильма "Фандо и Лис". "Кошка" снята в технископе (техниколоре для бедных), пленка одно время считалась утраченной, потом отыскалась, и теперь фильм восстановлен во всем своем многоцветном великолепии. Он считается первой феминистской лентой в истории ФРГ. Несмотря на то что "Кошка", мягко говоря, несвободна от влияний Аньес Варда, Веры Хитиловой и Годара, из чужих продуктов Ула Штёкл умудрилась сварить замечательную кашу. Дерзкий фильм, не потерявший очарования юности, хотя скоро ему исполнится 50.

14. Sueñan los androides, режиссер Ион де Соса

Один из тех фильмов, которые появляются на одном-двух фестивалях и пропадают бесследно – в первую очередь, из-за "среднего" формата (60 минут). А жаль: "Сон андроидов" – во всех отношениях оригинальная картина о серийном убийце, который хочет приобрести себе дорогостоящую овцу. Ну да, андроиды и овца: Ион де Соса, разумеется, был вдохновлен книгой Филиппа К. Дика.

​

15. The Performer, режиссеры Мачей Собисчанский и Лукаш Рондуда

Польский художник-акционист Оскар Давицкий одержим суицидальными мыслями. Почти все его перформансы связаны с самоуничтожением. Он скакал как заведенный в разверстой могиле и мечтает залить себе в рот расплавленное серебро (один из видов изуверской средневековой казни), чтобы умереть, создав в горле прекрасную скульптуру. Фильм завершается сообщением о том, что Давицкий скончался в 2014 году, но это тоже перформанс, Давицкий жив и представлял "Перформера" на Берлинале. Забавный контраст между кинообразом маскулинного прожигателя жизни и самим Давицким – зажатым интеллигентом в очках.

16. Под электрическими облаками, режиссер Алексей Герман

25 лет назад интеллигенция мечтала о том, что Россия изменится и станет свободной европейской страной. Я и сам на это надеялся, хотя довольно быстро понял, что ничего подобного не случится. Небоскреб русской мечты не достроен, владелец участка умер, кто-то хочет снести здание, кто-то предлагает поменять проект и водрузить на него шпиль или купол. Время в России циклично, сейчас застой, но неизбежен новый поворот к свободе, и тогда строительство возобновится – уверен Алексей Герман. Операторы фильма получили берлинского медведя за вклад в киноискусство.

17. Пионеры-герои, режиссер Наталья Кудряшова

Многих удивляет, что молодые люди, выросшие в свободной России, с таким воодушевлением отозвались на кремлевские попытки реставрировать советский мир. Материал для размышлений на эту тему можно почерпнуть в фильме Натальи Кудряшовой: в 1987 году, когда началась, но еще не вполне развернулась перестройка, персонажи этого фильма были октябрятами и готовились вступать в пионеры. От неврозов, полученных в ту пору, не удается избавиться до сих пор.

18. Counting, режиссер Джем Коэн

Этот фильм вроде бы невыносим, в нем нет совершенно никакого смысла, это просто набор туристических кадров. Джем Коэн снимал в Нью-Йорке, Москве, Шардже, Стамбуле все подряд, не очень интересные уличные сцены. Тем не менее, в его путевом дневнике есть невнятное очарование, превращающее его в кино. Джеймс Беннинг снимает нечто подобное в миллион раз лучше, но и фильм Коэна остается в памяти, особенно одна странная московская сцена: старуха в пестрой куртке медленно срывает наклеенные на лайтбокс объявления ("русская семья без вредных привычек снимет" и т.п.), обнажая рекламу с кошкой, сладострастно взирающей на миску со своим пропитанием.

19. Queen of the Desert, режиссер Вернер Херцог

Есть нечто завораживающее в страсти Вернера Херцога к сумасбродам, нарушающим общественные нормы, бесцельно забирающимся черт знает куда черт знает зачем. Понятно, почему он восхищен историей авантюристки-путешественницы Гертруды Белл, которая дружила со свирепыми вождями бедуинов и пускалась в рискованные экспедиции по закоулкам арабского востока. Я многого ожидал от этого фильма, надеялся увидеть что-то вроде "Фицкаральдо", но вышел из зала в полном ужасе. "Королева пустыни" – это полный кошмар, совершенно все чудовищно: нелепая Николь Кидман с отвисшей нижней губой, глупейшие диалоги и любовные сцены в духе Джейн Остин, декорации и костюмы (не мывшиеся месяцами бедуины и путники бродят в белоснежных нарядах) – невозможно поверить, что это кино снял не убогий голливудский ремесленник, а автор "Стеклянного сердца". Последние документальные фильмы Херцога о приговоренных к смертной казни были великолепны, даже маленькое заказное кино о вреде использования мобильных телефонов за рулем он сделал замечательно. Как он мог снять такую бездарную "Королеву"? Уму непостижимо. Оставляю фильм в списке только как пример нечеловеческой мощи Голливуда, способного истребить даже такого титана, как Херцог.

20. Body, режиссер Малгожата Шумовска

Серебряный медведь за режиссуру, а стоило бы наградить и исполнителей главных ролей – циничного сыщика уголовного розыска, его суицидальной дочери и психотерапевта, по совместительству медиума. Достоверный и остроумный фильм о спиритизме и вечной жизни мертвецов, ставлю на двадцатое место только потому, что смотрел его на последнем сеансе в последний день Берлинского кинофестиваля.