Майкл Доббс: «Политика — это жесткий и безжалостный мир»

27 февраля выходит третий сезон знаменитого телесериала «Карточный домик» (House of Cards), посвященного природе и порокам власти

С бароном Майклом Доббсом, членом Палаты лордов английского парламента, многолетним советником, а потом и руководителем аппарата Маргарет Тэтчер и автором романа «Карточный домик» (House of Cards), который лег в основу сначала сериала на Би-би-си, а потом и американской версии, мы встретились, естественно, в закрытом лондонском клубе в Вестминстере. Доббс отнюдь не лорд по рождению — он сын санитара и домохозяйки и титула в 2010 году был удостоен королевой Англии за заслуги — в политике или на ниве создания бестселлера — сказать трудно. Доббс заранее предупредил: «никаких джинсов — в клубе они запрещены». Еще там оказались запрещены лэптопы, айпады и смартфоны — «чтобы не мешали общению» (пользоваться электронными способами коммуникации можно было в специально отведенном месте на втором этаже, равно как на веранде, где курят), но в фойе была выставлена ярко-оранжевая и необыкновенно стильная красавица — «Ламборгини П400 Миура», которую с интересом рассматривали люди все больше не гоночного возраста, а в библиотеке подавали отличный чай в прекрасном фарфоре. Как появилась идея «Карточного домика»? Сама идея родилась во время пьянки у бассейна. Это был конец того ужасного дня, который я провел с Маргарет Тэтчер за неделю до выборов 1987 года, — она эти выборы выиграла, но наделала себе кучу врагов. Это был ужасный день лично для меня — я тогда осознал несколько важных вещей. Во-первых, что моя работа с ней подошла к концу. Во-вторых, я понял, что сама она — как политик— долго не протянет, поскольку она стала терять чутье, которое сделало ее таким исключительным политиком в начале ее карьеры. Поэтому через пару недель после выборов, когда у меня впервые за последние годы появилось свободное время, чтобы просто сесть и подумать, я решил проверить, способен ли я в принципе написать книгу. Сначала я придумал главного героя, прототипом которого должен был стать Chief Whip (буквальный перевод с английского — «главный кнут») — это избранный член парламента, работа которого — следить за другими MP (депутатами) от консервативной партии (тори), — чтобы они приходили, когда надо голосовать, и голосовали так, как нужно партии. Этот человек знает подноготную, включая грязное белье своих коллег по партии, — короче, он отвечает за темные стороны политики. Таким образом можно было не делать главным героем лидера, премьер-министра. Так и появился Френсис Урхарт (Francis Urquhart)

* * В сериале BBC эту роль сыграл шотландский актер Иэн Ричардсон. — в американском сериале ему изменили фамилию на Андервуд (Underwood), но инициалы остались те же — FU.

У меня тогда не было никаких писательских амбиций — мне просто надо было отвлечься и… как-то разобраться с обуревавшими меня эмоциями. То, что я пытался описать, было по большей части основано на моих реальных наблюдениях — к тому времени я находился в гуще политической жизни уже несколько лет. Точнее, уже почти 15. И когда я начал думать об этом, я вдруг понял, что все это может стать очень забавным. Много интересных наблюдений, но также и много смешного. А когда я начал писать, я уже не мог остановиться. Это немного похоже на марафон — никогда не знаешь, добежишь или нет. А на полпути понимаешь, что бежать довольно трудно, но тебе это нравится. И я закончил книгу. И она полностью изменила мою жизнь. Но заранее я ничего такого не планировал. Я начал писать книгу практически как способ развлечения в отпуске, чтоб разобраться со своими эмоциями. Это было 27 лет назад, и с тех пор моя жизнь кардинально изменилась.

Сколько времени заняло написание книги? Я начал во время отпуска в июле. Потом писал по выходным, я тогда уже работал. Потом должен был родиться мой первый сын, и я взял отпуск на три недели. Но роды задерживались, как это часто бывает. Мы с женой ждали, она была в больнице, а я не мог спать и вставал в 3 часа утра. Ничего не оставалось, кроме как писать. И к январю я закончил.

У вас были какие-нибудь записи, заметки со времен работы с Тэтчер, а потом с Мейджором (премьер-министр Великобритании от Консервативной партии в 1990–1997 годах)? У меня была масса материалов. Я далеко не все использовал.

Любопытно, в какой степени сериал Би-би-си, а потом и американский сериал отражают реальную политику как в Великобритании, так и в Соединенных Штатах? Ваш герой в любой из его инкарнаций — как функционер Консервативной партии Великобритании или как демократ-конгрессмен от Южной Каролины — идет к высшим постам в государстве через убийства, подлоги, секс, грязные сливы в СМИ. Эта книга — развлекательное чтение, а не инструкция. Это драма, а не документальное повествование. Но главный герой — политик, и я возьму на себя смелость утверждать, что — как минимум, в Великобритании — большинство людей идут в политику потому, что они действительно хотят что-то изменить, и изменить к лучшему. В британской политике очень много благородства. Однако никто ничего не может сделать, не получив в руки рычаги власти. Но для того чтобы ухватиться за эти рычаги власти, необходимо чем-то поступиться. Нужно играть в эту игру. И важнейший вызов для любого политика состоит в том, на какие компромиссы он готов пойти просто для того, чтобы начать реализовывать свои цели. И это тот критерий, по которому, как мне кажется, мы судим о любом политике. Некоторые не поступаются принципами и остаются вопиющими в пустыне. Другие способны достичь разумных компромиссов. А третьи идут на такие уступки, что, получив, наконец, доступ к рычагам власти, они полностью забывают о своих ценностях, и сутью их деятельности становится власть как таковая, а не изменения к лучшему.

И все-таки у Урхарта/Андервуда есть реальный прототип? Или это некий собирательный образ? Именно. Давайте я сформулирую так: политика — неприятное занятие. Это жесткий и безжалостный мир. И по-другому не бывает. И чем выше вы поднимаетесь в политике, тем более жесткими становятся решения, которые вы должны принимать. Вы начинаете нести ответственность за жизни миллионов людей. А иногда — конкретно за жизнь или смерть людей. Это природа политики и политических решений. Даже просто выделяя или не выделяя средства на здравоохранение, вы в итоге принимаете решение о жизни или смерти множества людей в будущем. Поэтому, как писатель, я хотел исследовать некоторые из этих вопросов. Как с этим справиться? Возможно ли вообще с этим справиться? И некоторые люди запутываются в этих вопросах. Френсиса Урхарта в итоге интересует только власть — и ничего, кроме личной власти. И любой политик, поднявшийся хоть сколь-нибудь высоко, с легкостью поймет многое из того, что переживает этот человек. Хотя решения могут быть другими, конечно.

Лорд Майкл Доббс (крайний справа) с создателями американского «Карточного домика» на премьере сериала — Кевином Спейси, Робин Райт, Бо Уиллимоном, Кейт Мара (слева направо), Лондон, 17 января 2013 годаТо есть вы хотите сказать, что знаете политиков, которые убивали людей, чтобы добиться своей цели! Не в Британии, нет. Я много раз говорил, что 90 % книги основаны на моем собственном опыте, но оставшиеся 10 % — нет. Я не знаю ни одного премьер-министра, который бы сбросил журналиста с крыши здания парламента, как это сделал Френсис Урхарт. Хотя я и консультировал Джона Мейджора, когда он переживал крайне сложное время, — советовал ему проводить пресс-конференции на крыше парламента (Урхарт сбрасывает свою любовницу-журналистку, через которую сливал нужную ему информацию против политических противников в СМИ, с крыши. — NT)…

Правда? Это была шутка, конечно. Так вот, когда вы считаете, что ваши цели настолько важны… в истории мы видели много примеров того, что для достижения целей годятся абсолютно любые средства. И в этом состоит великая греховность, великая слабость политиков — поэтому у нас веками были религиозные ограничения, но идея о том, что принцип: «цель оправдывает средства» — этот принцип все еще жив.

Понятно. И все же на своем веб-сайте вы отзываетесь о Маргарет Тэтчер с большой симпатией. И вы пишете, что ее вытолкнули из политики ее же собственные сторонники. Это так? Да, безусловно.

Вы видите какую-то связь между «Карточным домиком» и судьбой Тэтчер? Действительно, первый эпизод «Карточного домика» вышел на Би-би-си в ту же неделю, что Тэтчер ушла в отставку. По времени это было чистое совпадение. Я писал «Карточный домик» с убеждением, что она сама роет себе могилу, что она сеет семена саморазрушения. Как это часто происходит с великими политиками. В ее случае произошло вот что: как и все премьер-министры, она находилась у власти слишком долго. Практически все премьер-министры Великобритании в XX веке уходили в отставку вынужденно — с двумя исключениями. Никто из них не сказал: «Хорошо, мне пора уходить…» Их всех выгоняли — избиратели, соратники… И она не стала исключением. Потому что чем более великим и успешным политиком она становилась, тем больнее ей было падать. В течение шести или семи лет она была исключительной личностью, но прошли девять лет, потом десять, ее муж Деннис хотел, чтобы после 10 лет она ушла в отставку. Но она не хотела. Она все оставалась и оставалась, пока большинство самых близких к ней людей не сказали: «Хватит, это не может продолжаться вечно»… Она потеряла чувствительность к внешнему миру, которая когда-то сделала ее столь выдающимся политиком. Я говорил людям из сериального отдела Би-би-си, что не надо выпускать сериал в ноябре 1990 года, поскольку намечается правительственный кризис. Но в отделе сериалов на Би-би-си ничего не понимают в правительственных кризисах. Поэтому это стало еще одним забавным совпадением между жизнью и искусством.

Существовал ли какой-либо внутрипартийный заговор, который заставил Тэтчер уйти? Заговор?

Как описано в вашем романе «Карточный домик» — когда ваш главный герой организует последовательность событий, в результате чего выпихивает своего премьер-министра в отставку и занимает его офис? Нет, нет, ничего подобного. Во всяком случае, такой последовательности событий, как в «Карточном домике», не было. Но каждое звено цепи по отдельности я видел в реальной жизни. Деньги, финансовые скандалы, сексуальные скандалы — все это всегда присутствовало в британской политике. Я просто организовал все это немного иначе.

Какие-то события, происходившие вокруг Тэтчер или Мейджора, вы включили в книгу? Нет, это носило гораздо более обобщенный характер. В том смысле, что для всех политиков, для всех премьер-министров лучший день в карьере — их первый день в должности. И их карьеры типично заканчиваются крахом. Я имел в виду вот что: если ты «заднескамеечник» — ты хочешь стать министром, если ты рядовой министр — ты хочешь стать членом кабинета, если ты уже в кабинете — тебе очень хочется стать премьер-министром. А если ты стал премьер-министром — тебя когда-нибудь силой заставят уйти в отставку. Вытолкнут, выпихнут, вытащат за ноги… Если приглядеться, на ковре в прихожей дома номер 10 по Даунинг-стрит можно разглядеть следы ногтей всех бывших премьер-министров… Вот что я имел в виду. Поэтому в том, что она ушла, вовсе нет ничего удивительного. То же самое произошло с Уинстоном Черчиллем, с Джоном Мейджором, с Тони Блэром, с Гордоном Брауном — со всеми. Все они были вынуждены уйти. Я не столько думал о Тэтчер, когда писал книгу, сколько о природе политической власти вообще и о ее принципиальной уязвимости, о том, как большая власть меняет людей и как поэтому опасна может быть эта власть.

Фото: books.simonandschuster.co.uk, micheldobbs.com