Илья Карпюк: Рюмка водки в кошельке

Илья Карпюк

В 2014 году в России уже второй год подряд достаточно сильно сократилось производство алкогольных напитков. Вина было выпущено на 5,3% меньше, чем год назад, пива — на 8,6%, а производство водки и вовсе сократилось на 22,3%.

Причин для сокращения производства специалисты называют несколько: безусловно сыграл роль и экономический кризис, в результате которого люди стали немного более экономны, и давно отмеченная тенденция к постепенному снижению потребления алкоголя в России. Но главная причина — государственная политика по увеличению стоимости алкоголя, особенно крепкого, на прилавках магазинов при помощи резкого увеличения акцизов. В 2014 году акциз составлял 500 рублей за литр безводного спирта, иными словами, бюджет получает 100 рублей с каждой полулитровой бутылки водки.

Федеральное казначейство только в феврале подвело итоги повышения акцизов. При том, что акциз на алкоголь крепостью свыше 9 градусов вырос на 25%, сборы в 2014 году возросли лишь на 6,4%, консолидированный бюджет получил 168,3 вместо 143,4 млрд рублей. Иными словами, производители алкоголя отдали государству примерно столько же, при том, что производство резко сократилось. Для конкретных компаний и отрасли в целом, само собой, это не самая приятная статистика.

В этом свете не удивительно, что начался если не передел рынка, то прощупывание конкурентами друг друга на предмет слабых мест.

Вообще алкогольный рынок России, как и многих других стран, можно разделить на три относительно независимых друг от друга сегмента — пивной, винный и ликеро-водочный. Причем производство водки, главного российского крепкого напитка, в силу сложившейся традиции вот уже более века разделено на два этапа: одни заводы производят спирт-ректификат, другие очищают его, разбавляют и разливают по бутылкам. Иногда две эти функции оказываются соединены в рамках одного предприятия, но это совершенно не обязательно.

Спирт-ректификат, то есть 96-градусный, практически чистый продукт, можно, при желании, получить практически из любого пищевого сырья, никаких следов исходного материала в итоговом спирте оставаться не должно. Достаточно, чтобы в сырье был сахар или крахмал — под эти критерии подходят фрукты, ягоды, зерно и даже некоторые овощи, такие как картофель. Затем полученный чистый спирт разбавляют водой до 40 градусов и для мягкости вкуса добавляют сахар или глицерин, а также пропускают через фильтр с активированным углем. Возможны некоторые изыски, но почти всю водку в России производят именно таким способом.

Процедура получения спирта очень проста и доведена почти до совершенства, на современных производствах отклонение от теоретически возможного выхода спирта из сырья можно считать статистически незначимым. Однако и на этом рынке не все спокойно.

В 2014 году государственная компания «Росспиртпром», созданная на базе одноименного ФГУП в 2012 году, подала в ФАС заявки на приобретение восьми частных спиртзаводов у предпринимателя Валерия Яковлева, которые расположены в Центральной России, Северном Кавказе и Новосибирской области, а также 50% кабардинского предприятия «Риал» Хадиса Абазехова с последующим взятием этой компании в управление.

Если «Росспиртпром» успешно закроет все сделки, то он станет контролировать около 58% производства пищевого спирта в стране вместо 8% в начале 2014 года. После такой консолидации на рынке, помимо государственного гиганта, останутся только мелкие производители спирта, которые смогут работать хорошо если в рамках своего региона, а то и вовсе разорятся или также будут проданы «Росспиртпрому». Таким образом возникнет своего рода государственная монополия на производство спирта — только созданная относительно рыночными механизмами.

Руководитель Центра разработки национальной алкогольной политики Павел Шапкин в разговоре с «Полит.ру» предположил, что «Росспиртпром» действительно ставит перед собой цель занять доминирующее положение на рынке производства алкоголя. «Я думаю, при тех шагах, которые предпринимаются, это вполне реально», — заметил Шапкин.

Вполне вероятно, что благодаря созданию такой псевдомонополии «Росспиртпрому» в тандеме с Росалкогольрегулированием (РАР), регулятором рынка, удастся нанести удар по теневым производителям спирта.

На рынке производства водки перераспределения пока никто не намечает, но производителям от этого живется не лучше. Фактически именно они больше всех потеряли и от роста акцизов, и от сокращения производства соответственно.

В 2015 году РАР впервые за свою историю пошло на снижении минимально допустимой стоимости бутылки водки: теперь легальная водка, формально, может продаваться в магазине не за 220, а за 185 рублей. Но столько, уверены в отрасли, произведенная по всем правилам водка стоить не может в принципе. После падения рубля подорожали многие комплектующие: этикетки печатаются иностранной краской, пробки делают из иностранной пластмассы, для оборудования на заводах часто нужно закупать иностранные запчасти. Учитывая акциз и налог на добавленную стоимость (НДС), при цене бутылки водки в 185 рублей напрямую государству идет 133,3 рубля или 72%.

Раньше многие водочные заводы грешили тем, что производили помимо легальной водки неучтенную продукцию. Причем отличить их было невозможно — даже акцизные марки были настоящие. Использовалась достаточно простая схема: завод покупал у государства акцизные марки, затем заявлял о том, что они были похищены, после чего государство должно было вернуть заводу размер уплаченного акциза, а сами марки спокойно наклеивались на бутылки, выпущенные «в третью смену». В 2009 году специально для борьбы с такого рода нарушениями и была создана специальная федеральная служба, РАР.

Директор Центра исследований федерального и региональных рынков алкоголя «ЦИФРРА» Вадим Дробиз рассказал «Полит.ру», что сейчас, как правило, производят безлицензионные предприятия: «Если до создания РАР, то есть до 2010 года, у нас производили одни и те же предприятия как легальную, так и нелегальную продукцию, то примерно с середины 2009 года нелегальное производство производят заводы, у которых лицензию отобрали». «То есть фактически они закрываются и должны стоять закрытые, но они периодически продолжают работать. Некоторые заводы даже в Московской области по несколько раз ловили на таком производстве», — отметил Вадим Дробиз.

Таким образом, лишенные незаконных способов заработка водочные гиганты теперь ищут возможность заработать или хотя бы сэкономить легально.

Волна дешевой казахской водки, которая так волновала производителей водки в Поволжье и регионах Южного Урала, постепенно спала на нет после девальвации рубля и поднятия акциза на алкоголь в Казахстане с 1 января 2015 года. Сейчас производители алкоголя добиваются того, чтобы прибыль от продаж водки оказывалась у них в кармане, а не у торговых сетей.

Главный источник добавленной стоимости на рынке алкоголя, уверен Вадим Дробиз, является именно ритейл. «Основная доля прибыли — в оптовом и розничном звене. Наценка в рознице, как правило, 30%», — отмечает эксперт. При этом, по его словам, самые крупные предприятия через крупные розничные сети реализуют не больше 25% продукции, в среднем это около 20%, остальной объем реализуется обычной цепочкой опта и розницы. По оценке Павла Шапкина, через сети реализуется до 55% крепкого алкоголя.

В любом случае, самый простой способ для производителей алкоголя получить дополнительный объем финансирования — изъять средства у ритейла. Для этого они лоббируют поправки в закон о торговле, которые заставят торговые сети при расчете ретро-бонуса, то есть скидки за объем проданной продукции, исходить не из полной цены бутылки, а из ее цены за вычетом косвенных налогов — НДС и того самого акциза, размер которых, как уже говорилось, может превышать 70% в стоимости бутылки.

Так как в Законе о торговле прописано, что ретро-бонус не может превышать 10% от стоимости товара, то расчет его, исходя из цены с вычетом косвенных налогов, даст производителям алкоголя более 10 рублей с каждой бутылки, а это не шутки.

Но обвинять в завышении цен на алкоголь исключительно торговые сети также неправильно. То, что именно они формируют для конечного потребителя значительную долю добавочной стоимости бутылки водки, еще не означает, что они извлекают из торговли баснословную прибыль.

В конце января пресс-служба группы компаний «Дикси» распространила заявление своего президента Ильи Якубсона. «Ошибочно рассматривать торговую наценку как прибыль сети. Прибыль сформируется после вычета расходов на оплату персонала, аренду магазинов и складов, транспортные расходы, налоги и многое другое», — объяснил Якубсон. Он отметил, что каждая сеть стремится сделать все возможное для сокращения операционных расходов, чтобы иметь возможность еще понизить цены, а значит, привлечь еще больше покупателей.

Старший научный сотрудник РАНХиГС, член экспертного совета при федеральном правительстве Вадим Новиков рассказал журналу «Деньги», что «в Москве медианный показатель рентабельности затрат магазинов на основе налоговой отчетности, по данным СПАРК, 3%». То есть если торговые сети откажутся от всей своей прибыли и станут работать в ноль, продукты в среднем подешевеют на 3%, и предполагать, что алкоголь является исключением, довольно странно.

При этом не стоит забывать, что заметную долю рынка занимает «левый» алкоголь. Какую именно — подсчитать крайне сложно, на то он и «левый». Вадим Дробиз напомнил, что в 2014 году совершенно официально было продано 1,25 млрд литров водки и ликеро-водочных изделий, а акцизы были собраны только с 0,8 млрд литров, таким образом минимальная оценка нелегального производства — 450 млн литров. Но есть и торговля алкоголем без лицензии, по словам эксперта, большая часть магазинов сельской розницы уже отказалась от лицензий, но все еще торгую алкоголем — то есть эта продукция вообще никак не попадает в статистику.

Павел Шапкин отмечает, что «серый» алкоголь распространяется практически по всем возможным каналам, за очень небольшим исключением. Шапкин отмечает, что его можно встретить даже в крупных сетях, а выявить и устранить возможно только в результате контрольных мероприятий.

Государство решило бороться с «серым» алкоголем путем изменения налогового законодательства: если сейчас 40% акциза на алкоголь идет в бюджет региона, где он был произведен, то уже в ближайшем будущем эти деньги могут быть направлены в регионы, где алкоголь был продан. Таким образом региональные власти получат хороший стимул следить за рынком алкоголя на подведомственной территории, так как с каждой проданной бутылки водки в их бюджет будет идти 40 рублей.

Естественно, не все согласны с тем, что такое перераспределение резко увеличит поступления в бюджеты всех уровней. Многие считают, что сражаться за увеличение сбора налогов вообще неправильная стратегия, а главная цель должна быть в том, чтобы заставить россиян употреблять качественный алкоголь, а единственный способ добиться этого — сделать его дешевым.

«Каждая страна стремится, чтобы ее население пило качественный, заводской алкоголь», — говорит Вадим Дробиз и поясняет, что ключевым способом достижения этого является доступная цена на качественный алкоголь. По его словам, если сравнивать цены на спиртное относительно минимальных и средних зарплат в России и, например, в Западной Европе, то получается, что российский алкоголь является одним из самых дорогих в мире по отношению к минимальным и средним зарплатам населения. «В российских регионах зарплата в 10 тысяч рублей — это 40 бутылок легальной водки. Безработный в Западной Европе на свое пособие может купить 200 бутылок крепкого алкоголя. Вот разница. Поэтому у нас большая часть рынка — это нелегальная суррогатная продукция, она составляет 65%, а на Западе не более 15%», — отмечает директор «ЦИФРРА».

«Там алкоголь делают дешевым и доступным, чтобы население не употребляло всякие суррогаты, заменители, спиртосодержащие жидкости. У нас население пьет суррогаты сотнями миллионов литров в год, а это как раз и оказывает негативное влияние на здоровье населения даже в большей мере, чем избыточное употребление. То есть, существуют обычные последствия от употребления алкоголя, а в России на это накладываются и другие факторы. Средний россиянин пьет столько же, сколько и средний житель Евросоюза, но европеец пьет дорогой и качественный алкоголь, а у нас две трети незаконного, нелегального суррогатного алкоголя. Поэтому у нас несоизмерим вред для здоровья от того, что выпито европейцем и россиянином», — полагает Дробиз.

«У нас государство гораздо больше теряет, наживаясь на ставке акциза, потому что именно акциз является основой цены алкоголя, а население из-за этого употребляет суррогат», — резюмирует эксперт «ЦИФРРА». По его мнению, для того чтобы снизить объем нелегальной и суррогатной продукции, в России есть два пути: либо бутылка водки должна стоить 50 рублей, что будет сопоставимо с ценой на Западе, либо минимальная зарплата в России должна быть 25 тысяч рублей, то есть около 100 бутылок водки.

Смотрите также: Анна Сакоян Скандинавия: упорствующая монополия на алкоголь Илья Карпюк Алкогольный рынок перед бурей Андрей Коротаев Надвигающаяся алкогольная катастрофа и как ее предотвратить