Дело о хиджабах в Мордовии

Решение Верховного суда

Самым резонансным, без преувеличения, делом в области защиты прав верующих в 2014 году и в начале 2015 года стало дело о ношении учащимися школ хиджабов. Эта тема периодически поднималась в российской прессе. Например, в Ставропольском крае в 2013 году девочкам-мусульманкам также запретили носить платки в школе, а коллегия Верховного суда РФ вынесла решение не в пользу мусульман. Жалоба от родителей учениц школ Мордовии, которую 12 сентября 2014 года отклонила местная прокуратура, была рассмотрена в Верховном суде РФ 11 февраля 2015 года. В судебном процессе участвовали адвокаты Инна Загребина, Анатолий Пчелинцев, Владимир Ряховский, Марат Ашимов. Верховный суд так же, как в случае со ставропольским делом, признал законными решения местных властей и судов о запрете ношения в школе хиджабов, или религиозной одежды и атрибутики.

Главное отличие дела о ношении платков в Мордовии - в том, что оно стало политическим событием и было воспринято мусульманскими объединениями близко к сердцу, как оскорбление, нанесенное исламской умме со стороны российской судебной системы и руководства Мордовии. Политический подтекст был предопределен тем, как разворачивалось само дело, затронувшее чувства верующих в самых разных регионах. Фактически исламские объединения использовали это дело, чтобы заявить о своей роли в российском обществе, представители исламских регионов высказывали намерение отстаивать ношение хиджабов в школах, защитники «светскости» в школе стали выступать с заявлениями, которые сами мусульмане рассматривают как антиисламские. Так мордовское дело раскололо общество и показало неспособность федеральных и региональных властей налаживать взаимодействие с гражданским обществом.

Решение Верховного суда РФ, таким образом, стало лишь началом новых дискуссий на эту тему в российском обществе, а судебные разбирательства будут, скорее всего, перенесены в Европейский суд по правам человека. По крайней мере, представители мусульманских организаций заявили о своем желании обжаловать решение ВС РФ от 11 февраля 2015 года. Первый заместитель председателя Совета муфтиев России Рушан Аббясов заявил, что решение Верховного суда является неконституционным, поэтому жалоба на него также будет направлена в президиум ВС РФ и в Конституционный суд России. Первый заместитель председателя Духовного управления мусульман России Дамир Мухетдинов подчеркнул, что верующие оскорблены, но заверил, что их протест не выйдет за рамки закона.

Всю сложность правовой ситуации показывает комментарий адвоката Инны Загребиной в интервью радио «Свобода»: «Все, что касается религиозной символики, запрещено в школе. Другой вопрос – нарушается ли здесь право на свободу совести? С моей точки зрения, – да, нарушается. Действительно, право на свободу совести у нас, в соответствии с 28-й статьей Конституции, есть право в том числе действовать в соответствии со своими религиозными убеждениями. Вот здесь как раз вопрос о проявлении своих религиозных убеждений, о действиях детей в соответствии со своими религиозными убеждениями. У нас у детей такое же право на свободу вероисповедания, как и у взрослых. И общение с девочками показало, что это не прихоть родителей, не они их заставляют. Поскольку дети воспитаны в данной традиции, для них снять платок – это, по сути, насилие над их совестью, и сами дети это приравнивают к тому, как если бы их просто раздели в школе. Вот как воспринимают девочки то, что с них снимают платок! В законодательстве Российской Федерации о свободе совести (это федеральный закон о свободе совести и религиозных объединениях) есть статья 3, которая конкретно говорит о том, что ограничения свободы совести могут быть, то есть это не абсолютное право, но, во-первых, список - строго исчерпывающий, а во-вторых, право на свободу совести может быть ограничено только федеральным законом».

Обстоятельства дела

Поводом для преследования школьниц, которые носят хиджаб в школах, стало постановление правительства Мордовии об утверждении школьной формы. По мнению защитников мусульман, оно противоречит закону «Об образовании», гарантирующему общедоступность образования, и ограничивает право на свободу вероисповедания. Дело в том, что для того, чтобы выполнить требования постановления, верующим надо отказаться от своих убеждений. Адвокат Инна Загребина подчеркнула, что «нормативно-правовой акт был принят для исключения дискриминации, но это привело к обратным последствиям: девочек выгоняют с линеек в школах, детей не пускают в школы, а некоторых детей не взяли в школу, поскольку они носят платок». Заявитель Кямиль Бадретдинов также рассказал, что его многодетную семью чиновники лишили жилищных субсидий из-за отказа женщин снимать платки. Но это не возымело действия на судей.

Постановление правительства Мордовии было принято и стало применяться в школах в августе 2013 года. 27 августа директор школы № 19 Саранска Зинаида Ивановна Акимова, родная сестра бывшего главы Мордовии Николая Меркушкина, выгнала ученицу 8-го класса Фатиму Хамидуллову из-за платка и довела ее до слез. Впоследствии из-за требования директора и запрета приходить в платках 1 сентября из школы ушли две девочки. Ситуация в Мордовии усугубляется тем, что в республике есть целый ряд татарских сел, в которых практически все девочки ходят в платках. Это два больших татарских села: Алтары и Белозерье Ромодановского района. В Белозерье около 3200 жителей, 8 мечетей.

С сентября 2013 года в школах Мордовии началось массовое преследование девочек, которые стали приходить в школу в платках. В Аксеновской СОШ, в Большеелховской СОШ девочек грубо выгоняют из школы, доводя до слез. Родители десяти учениц Большеелховской СОШ написали жалобу на имя министра образования Мордовии с требованием наказать директора А.М. Афроськина, в результате чего комиссия министерства пытается разрешить ситуацию в мирном ключе.

Однако в мае 2014 года мордовские школы начали новую кампанию против мусульманских платков в школах. Многие руководители школ предъявили родителям фактический ультиматум о том, что с 1 сентября девочки должны приходить без хиджабов. Тогда же было принято постановление правительства Мордовии «Об утверждении Основных требований к школьной одежде» со специальным пунктом: «Обучающимся запрещается ношение в образовательных организациях: головных уборов в помещениях образовательных организаций». В результате решительной радикальной позиции министерства в июне золотую медалистку - ученицу Белозерьевской школы в Ромодановском районе Лейсан Асаинову не пустили в платке на торжественное вручение медалей.

Родители учащихся, представители исламской общины Мордовии постоянно проводили консультации с директорами школ, а также с чиновниками. После встречи в августе 2014 года с главой республики Владимиром Волковым было принято решение, что в Белозерской СОШ разрешают платки с 5-го по 11-й классы. С 1-го по 4-й классы девочки платки снимают. В других школах ношение платков однозначно запрещено. 1 сентября девочки-мусульманки Саранска и села Большая Елховка не пришли на День знаний. Ситуация стала быстро развиваться – со 2 сентября девочек-мусульманок Саранска, Ромодановского и Лямбирского районов стали публично выставлять перед классами и учителями и называть их нарушителями закона. Помимо этого, Управление образования департамента по социальной политике администрации Саранска просит ежедневно докладывать куратору школы об учащихся, пришедших на занятия в платке. Под угрозой увольнения оказались 15 учительниц, которые преподают в платках в школах. Директора школ, которых также пугали лишением лицензии, перешли к угрозам, заявляя, что учащихся поставят на учет в ПДН как малолетних преступниц, а потом заберут в детские дома, лишив родителей родительских прав. Выносились предупреждения о неисполнении родителями обязанностей по воспитанию детей. В Мордовском государственном университете имени Н.П. Огарева также начали применяться меры - студенток, носящих платок, не допустили в учебное заведение, ссылаясь на приказ ректора.

1 октября 2014 года семь родителей подали заявление в Верховный Суд Мордовии с просьбой признать спорный подпункт Постановления о запрете головных уборов противоречащим федеральному законодательству. 24 октября 2014 года Верховный суд Республики Мордовия отказал родителям девочек и постановление правительства осталось в силе, после чего решение было обжаловано в Верховном суде РФ. В декабре Управление Минюста РФ по РМ и Минобразование РМ совместно с директорами приняло решение, что все девочки в платках должны перейти на семейное обучение, поскольку в школы их не пускают, на уроки они не приходят и за пропущенные занятия им ставят «двойки». Одновременно в республике начались проверки в мечетях на предмет того, кто и как обучает девочек исламу и ношению платков.

Таким образом, политический кризис вокруг ношения хиджабов был планомерно подготовлен и спровоцирован властями Мордовии. Вина чиновников не в том, что они приняли постановление о светском характере школы и школьной одежды, а скорее в том, насколько грубо и бесцеремонно, безо всяких естественных исключений, это постановление стало применяться. Неуважение к мусульманам, действия, достойные авторитарного государства, оскорбления и унижения детей, привели к тому, что часть мусульманского сообщества, особенно, мусульмане Поволжья, взорвалась.

Общественная реакция

Правозащитники, религиозные деятели, правоведы довольно единодушно поддержали мусульман в их борьбе за право носить платки-хиджабы в школах и против столь вопиющего поведения местных властей и руководства школ в отношении учащихся.

В январе прошли пресс-конференция правозащитников и представителей Совета муфтиев и круглый стол в Саратове «Новые законодательные требования в сфере свободы совести и деятельности религиозных объединений: проблемы правоприменения. Светскость государства и реализация прав верующих» при участии члена Совета при Президенте РФ по правам человека, директора Информационно-аналитического центра «СОВА» Александра Верховского, адвоката Инны Загребиной, сопредседателя Совета Муфтиев России, имама Духовного управления мусульман Поволжья Мукаддаса-хазрат Бибарсова, адвоката Анатолия Пчелинцева, министра национальной политики Саратовской области Бориса Шинчука и др.

3 февраля открытое письмо президенту России отправил председатель Совета муфтиев России (СМР) Равиль Гайнутдин. Он отметил: «Про наших школьниц говорим лишь о платке, о скромном характере одежды – в них нет ничего специфически или вызывающе «религиозного», это не знак какой-то конфессии… Если мы посмотрим на мировой опыт, то он подтверждает, что ношение платков школьницами не влечет за собой никаких проблем. В Турции… несколько лет как сняты все запреты на платки в учебных и прочих государственных заведениях. Это только стабилизировало общество, сняв искусственно созданную много десятилетий назад напряженность». Заместитель председателя СМР Рушан Аббясов также подчеркнул, что соблюдение предписания о хиджабе – «это духовная позиция, прописанная в священном Коране, ибо по повелению Творца всего сущего, если девушка достигла половой зрелости, она должна покрываться, и ношение платка является обязательным для мусульманок… Девушка надевает платок не с целью продемонстрировать свою религиозность, это ее образ жизни».

При этом другой лидер мусульман России - председатель Центрального духовного управления мусульман (ЦДУМ РФ) Талгат Таджуддин не поддержал позицию Совета муфтиев России, заявив, что несовершеннолетние мусульманские девочки могут ходить с непокрытой головой: «Хиджаб - это паранджа, покрытие всего лица, которое предписывается только супругам пророка Мухаммеда».

В интервью Regions.Ru многие православные священнослужители поддержали мусульман в их стремлении соблюдать религиозные нормы. Иеромонах Макарий (Маркиш), к примеру, отметил, что «Хиджаб для мусульман - весьма существенный элемент религиозной и духовной традиции, и он ничему не мешает, в отличие от никаба. Вот никаб шел бы вразрез с нашими российскими традициями, а хиджаб, как и крест православный, ничего страшного не несет. И в отличие от других эпатирующих элементов, которыми интересуется молодежь - как, например, проткнутые ноздри и языки или юбки до паховой складки, - как раз традиционная одежда российских мусульман должна быть принята в качестве нормы».

Дискуссия вокруг хиджабов в значительной степени перешла в спекулятивное русло. Вопрос о том, является ли хиджаб религиозным символом и проявлением религиозности или нет, имеет однозначный ответ «да» в силу здравого смысла. На первый план вышла политическая составляющая конфликта и обсуждения дела о хиджабах как средства политического давления на часть мусульманского сообщества и стремление противопоставить одни группы другим. В интервью «НГ-Религии» Александр Верховский отметил, что «за этим стоят разговоры не о платке, а о местных салафитах… При этом, в той же Мордовии в таких глухих платочках ходило незначительное количество мусульманских девочек, а теперь в конфликт вовлекается куда большее количество мусульманских семей». Член научного совета Московского центра Карнеги Алексей Малашенко также заявил, что хиджабы рассматриваются как провокация со стороны исламских радикалов. По его мнению, ношение хиджаба является и определенным «маркером» религиозности, считается, что его запрет приостановит размежевание этническое, культурное молодежи, в том числе в школах. Однако эти действия неэффективными, так как «запретный плод всегда сладок, люди будут чувствовать себя ущемленными и действовать назло им.

Опасения экспертов подтвердил православный «борец с ваххабитами» глава правозащитного центра Всемирного русского народного собора Роман Силантьев. По его словам, «каждая школа и каждый субъект федерации имеет право принять такое решение. В Чечне людям не претит ношение платка, а в Мордовии претит. Это сугубо внутреннее дело учебного заведения. А в Мордовии есть еще и причины для принятия такого решения - надо сказать «спасибо» ваххабитам из села Белозерье: из-за них отношение к исламу в регионе теперь настороженное». 17 февраля 2015 года Роман Силантьев заявил на слушаниях в Общественной палате РФ: «лидерам трех крупнейших мусульманских организаций России - Талгату Таджуддину, Исмаилу Бердиеву, Камилю Самигуллину, которые суммарно контролируют 80% зарегистрированных общин и 90% реально действующих, стоит выработать консолидированную позицию по поводу ношения платков в учебных заведениях… тема ношения религиозной одежды должна решаться путем переговоров, а не ультиматумов в адрес чиновников, у которых могут быть свои аргументы, и эти аргументы надо выслушать.

В интервью радио «Свобода» Александр Верховский заочно ответил Силантьеву: «Я не уверен, что это столкновение интересов именно групп. Эти группы слишком аморфны. У нас в стране очень много мусульман, и где-то эти проблемы возникают, а где-то не возникают. В той же Мордовии их раньше не было, а теперь они почему-то появились. Не то что бы население Мордовии вдруг прониклось неприязнью к исламу… Никакого бытового конфликта я здесь не вижу. Это, скорее, некоторые изменения в государственной политике, которые понемногу происходят. Они вызваны - я позволю себе предположить - даже не вопросами, связанными со светскостью: вопросы светскости образования здесь включены как инструмент. Государство у нас в первую очередь озабочено вопросами госбезопасности во внутренней политике, и вот угрозы и все, что ассоциируется, так или иначе, с радикальным исламом, попадет в сферу интересов спецслужб, а эта сфера уже потом распространяется и на прочие ведомства».

Проблема хиджабов не была закрыта решением Верховного суда РФ. Наоборот, она была обострена, учитывая, что на практике удавалось достичь компромиссов. Например, осенью 2014 года в московском мединституте имени Пирогова студенткам позволили носить медицинскую шапочку и платок или шарф, закрывающие шею, хотя ранее ректор издал приказ о том, что для ношения студентами «недопустимы: одежда, указывающая на принадлежность к той или иной национальности или религии (в том числе национальные головные уборы)». Изменить ситуацию удалось благодаря доброй воле ректора вуза и заявлениям Совета муфтиев России.

Мордовское дело о хиджабах выявило основные больные места российской правовой и бюрократической системы: отсутствие равенства граждан перед законом, в том числе отсутствие единых правил в разных регионах России, превращение отдельных решений региональной власти, следующей федеральной политике, в произвол на местах. Такого рода дела раскалывают общество по религиозному признаку, и это лишний повод задуматься, нужно ли обществу такое злоупотребление светскостью.