Шанель, анатомия и взгляд сквозь одежду

Три книги о моде. Обзор от Галины Юзефович

Еженедельно на «Медузе» литературный критик Галина Юзефович рассказывает о самых интересных книжных новинках, изданных в России. В новом обзоре все книги о моде — «Шанель. Частная жизнь» Изабель Фимейер, «Анатомия моды: манера одеваться от эпохи Возрождения до наших дней» Сьюзан Дж. Винсент и «Взгляд сквозь одежду» Энн Холландер.

Книгам о моде давно не место на полках, посвященных «хобби, досугу и домоводству»: все книжные магазины постепенно переносят их в разделы о культуре и искусстве. На мой взгляд, самый подходящий — раздел наук о языке, ведь настоящая мода — это в первую очередь про коммуникацию, а не про фасоны рюш или кринолинов. В сегодняшний обзор включены книги, трактующие моду именно в таком — культурологическом, семиотическом и даже отчасти психоаналитическом — ключе.

Изабель Фимейер. Шанель. Частная жизнь. М.: Corpus, 2015

Мало кто из корифеев моды так убежденно и последовательно пытался спрятаться от мира за своим творчеством, подменить подлинную биографию искусно сконструированной фата-морганой, как Коко Шанель. Закономерный итог подобной скрытности — охотничий азарт, с которым последние 50 лет исследователи моды расковыривают и вытаскивают на свет мельчайшие детали реальной жизни «мадемуазель». Про загадочную Шанель теперь мы знаем заметно больше, чем про ее куда менее загадочных современников и коллег. Это касается и того, какой она была в реальности, и того тумана, которым себя окружила.

Безусловно, ожидать от биографии французской журналистки и писательницы Изабель Фимейер чего-то радикально нового не приходится. Чтобы написать свою книгу, она подружилась с единственным из ныне живущих человеком, кто по-настоящему близко знал Шанель — с ее внучатой племянницей, крестницей и протеже Габриэль Паласс-Лабрюни. Конечно, это позволило Фимейер сформировать чуть более живой и личный взгляд на свою героиню. На этом, пожалуй, отличия от других биографий заканчиваются — никаких сенсаций.

Да, в книгу вошли фотографии материальных объектов, принадлежавших Коко, так как все свидетельства своей духовной жизни — письма, заметки, наброски — она с маниакальной тщательностью уничтожала. Однако едва ли эти снимки — содержимое бумажника или аляповатая фигурка мадонны, стоявшая у «иконы стиля» на камине, — способны перевернуть наше представление о Шанель. Если однажды вы уже читали о несчастном детстве, которое она всю жизнь пыталась выкрасить в радужные цвета, о показном равнодушии к детям, за которым таилась чуть ли не невротическая любовь к отпрыскам подруг и племянникам, о ее напускном легкомыслии, скрывавшем сложную натуру с серьезными литературными амбициями, то никаких открытий вам сделать не суждено.

Другое дело, что, вооружившись методами французской психоаналитической школы, Фимейер первой из биографов задается не только вопросом, как именно Шанель прятала свою жизнь, но и почему она это делала — и, главное, почему именно так, а не как-нибудь иначе. Возникающая в результате светящаяся электрическая дуга, на одном полюсе которой располагается миф, а на другом — реальность, обладает обаянием если не безусловной подлинности, то по крайней мере отлично сработанной, увлекательной и внутренне не противоречивой гипотезы.

Сьюзан Дж. Винсент. Анатомия моды: манера одеваться от эпохи Возрождения до наших дней. М.: НЛО, 2015

Слово «анатомия» сегодня используют для самых разных нужд, однако книга английского историка моды Сьюзен Дж. Винсент в самом деле про нее — достаточно посмотреть на оглавление: «Голова и шея», «Грудь и талия», «Бедра и ягодицы»… Каждая из глав, соответственно, посвящена тому, как в разные эпохи мода обыгрывала, прятала или, напротив, подчеркивала ту или иную часть тела.

Из подобной идеи могло вылупиться все, что угодно, включая сухое исследование без «картинок и разговоров», однако профессор йоркского университета Винсент не из числа зануд. К выбранной теме она подошла с должной мерой гуманизма и сочувствия к читательским слабостям. Иными словами, примерно треть книги составляют исторические анекдоты — иногда самодостаточные, иногда не понятные без комментария (или даже с ним), но все равно весьма увлекательные.

Истории про парики (должно ли считать парик головным убором и как с ним обращаться в церкви?) и прически (как быть, если высота прически не позволяет втиснуться в карету?), корсеты (викторианские корсеты делались так, чтобы уберечь от повреждений ткань платья, но не талию) и «бричес» XVI века (они делали мужской зад объемным, а в качестве наполнителя для них использовались опилки) — все это можно читать почти бесконечно.

Впрочем, и остальные две трети книги Винсент использует с толком. Например, она рассказывает, как формировались сегодняшние представления о красоте тела; когда костюм стал главнее человека, заставив последнего приспосабливаться к первому; и почему эту революцию никто не заметил. Эта отличная, умная и занимательная книга обладает еще одним достоинством: ее можно читать как подряд, так и по главам. Если вас, скажем, особенно волнует судьба ног (и объяснение, почему на протяжении долгих лет женские ноги полагалось прятать), вы можете прочитать соответствующую главу без всякого ущерба для общей логики повествования.

Энн Холландер. Взгляд сквозь одежду. М.: НЛО, 2015

Книга американки Энн Холландер — не только нетленная классика, вышедшая по-русски почти с сорокалетней задержкой, но и, по сравнению с Винсент, более академический и серьезный взгляд на моду. Если коротко, то Холландер рассказывает исторические анекдоты заметно реже и не потому, что хочет позабавить читателя, а исключительно чтобы проиллюстрировать собственные идеи и концепции.

Однако «Взгляд сквозь одежду» — чтение, может, и не самое простое, но определенно захватывающее. История взаимоотношений трех субъектов — человеческого тела, одежды и их визуального отображения в искусстве — подается Холландер как настоящий интеллектуальный триллер. Автор вынуждает читателя цепко фиксировать факты, на которые он по собственной воле, скорее всего, никогда бы не обратил внимания. Например, придется задуматься, почему волосы боттичеллиевской Венеры выглядят настолько естественно, несмотря на то, что они совершенно не похожи на нормальные человеческие волосы. (Про себя могу сказать, что после прочтения первой же главы я потратила полчаса, пытаясь сложить ткань таким образом, чтобы она напоминала знаменитые античные драпировки — и, как и предсказывала автор, убедилась, что это технически невозможно.)

Отдельный сюжет, волнующий Холландер, — это анахронизмы и прочие намеренные искажения в искусстве. Насколько картины эпохи Возрождения или, например, XIX века, которые мы привыкли бездумно принимать на веру, отражают моду своего времени? Что на них относится к традиции, что воспроизводит недостижимый идеал, а что люди на самом деле носили ежедневно? Рассматривая известную картину Яна Стена «Женщина за туалетом», автор убедительно доказывает, что сцена, которую мы считаем абсолютно естественной бытовой зарисовкой, в действительности является хитрой аллегорией (при этом многие аллегорические, с нашей точки зрения, образы как раз зарисованы с натуры).

Если поначалу текст Холландер кажется тяжеловатым и требующим напряженного обдумывания, то постепенно неожиданные повороты и изгибы авторской мысли становятся для читателя необходимыми. Это тот самый случай, когда пятьсот с лишним страниц текста (правда, изрядно разбавленного иллюстрациями) совсем не выглядят избыточными. Лично я бы, пожалуй, еще почитала.

Галина Юзефович

Москва