Что такое «под личным контролем президента»?

27 февраля в Москве убили оппозиционного политика Бориса Немцова. Многие СМИ сообщили, что президент Владимир Путин взял расследование убийства под личный контроль. Вскоре пресс-секретарь главы государства Дмитрий Песков опроверг эту информацию, сказав, что под личный контроль дело взяли руководители силовых ведомств — Следственного комитета, МВД и ФСБ.

С юридической точки зрения никакого «личного контроля президента» не существует: в российском законодательстве это понятие не упоминается. По закону, президент не участвует в расследовании и не может давать указаний, как должны действовать правоохранительные органы. Глава государства может потребовать от руководителей Следственного комитета, Генеральной прокуратуры, МВД и ФСБ более тщательной работы, поругать их или поставить вопрос о несоответствии должности. Тем не менее, после многих громких преступлений пресс-служба президента объявляла, что глава государства взял дело на личный контроль — так было и при Борисе Ельцине, и при Дмитрии Медведеве, и при Владимире Путине.

У людей, связанных с делами, которые президент брал под личный контроль, разное мнение на этот счет. Получить комментарий в пресс-службе Кремля «Медузе» не удалось. В 2001 году, когда президентом был, как и сейчас, Владимир Путин, в его пресс-службе поясняли, что за такими делами следит Главное контрольное управление главы государства. В окружении Путина рассказывали, что он сам внимательно следит за ситуацией и «помечает некоторые даты и события у себя в календаре». Адвокат Мурад Юнусов, защищавший одного из осужденных по делу о подрыве «Невского экспресса» в 2007 году, говорит, что это расследование не сильно отличалось от остальных дел в его практике, а внимание президента ни в чем не проявилось. Правозащитник, глава «Комитета против пыток» Игорь Каляпин считает, что личный контроль президента означает, что следователям нужно чаще отчитываться перед начальством. В свою очередь, журналист Олег Кашин, дело об избиении которого брал на личный контроль президент Дмитрий Медведев, говорит, что оказался в положении «VIP-потерпевшего»: дело было доверено одному из лучших следователей Сергею Голкину, оперативным сопровождением занимались сотрудники ФСБ, а о ходе расследования регулярно докладывали главе государства. Впрочем, нападавшие так и не были найдены.

На этот вопрос сложно ответить, потому что статистики не существует. «Коммерсант» пытался оценить эффективность расследований под контролем Путина, но в выборку попало сразу несколько дел, которые президент передал под контроль главам ведомств. Тем не менее, по этой подборке ясно, что ни президентский, ни ведомственный контроль не гарантируют успеха расследования. Например, виновных в убийстве директора АО «Уралмаш» Олега Белоненко за 14 лет с момента преступления так и не нашли. За теракт, в результате которого погиб заместитель полпреда правительства РФ в Чечне Сергей Зверев, срок получил только пособник преступления. В двух случаях предполагаемые преступники были убиты и не предстали перед судом: речь идет об организаторах взрыва в переходе на Пушкинской площади и об убийце корреспондента телеканала ГТРК Кабардино-Балкария Казбека Геккиева. Также Владимир Путин брал под контроль ситуацию с захватом зрителей мюзикла «Норд-Ост». В результате штурма погибли 130 заложников. По данным спецслужб, были уничтожены все боевики, однако несколько месяцев назад силовики заявили о задержании двух террористов. Борис Немцов, занимавший в конце 90-х должность первого вице-премьера, в 2001 году говорил «Известиям», что личный контроль не помогает расследованию: «Помните, дело Листьева взял под личный контроль президент Ельцин? Дело Галины Старовойтовой — Путин. Убийства до сих пор не раскрыты».

Неизвестно. Адвокат Сергей Бадамшин считает, что таким образом президент посылает сигнал обществу: глава государства в курсе ситуации. Судя по многим случаям, когда разные люди и организации — от коллектива завода до высокопоставленного члена КПРФ — просили президента взять дело под личный контроль, в российском обществе сложилось мнение, что его вмешательство заставляет правоохранительные органы работать активней.

Поскольку личный контроль формально не прописан в законодательстве, то нет и процедуры передачи дела от одного президента другому. О практике можно судить по двум делам — об избиении Олега Кашина и о крушении самолета польского президента под Смоленском. Расследование дела Кашина изначально контролировал Дмитрий Медведев. По словам журналиста, когда президентом вновь стал Владимир Путин, какое-либо движение по делу прекратилось. В случае с крушением самолета, которое также произошло во время президентства Дмитрия Медведева, контроль над делом перешел по наследству к следующему главе государства — Владимиру Путину. Об этом сообщал министр иностранных дел Сергей Лавров.

Это может быть контроль со стороны руководителей СК, МВД, Генпрокуратуры или ФСБ. Кроме того, это может быть контроль за ходом расследования и соблюдением процессуальных норм со стороны более высокой инстанции в правоохранительных органах, например, в СК или в Генеральной прокуратуре. Ведомственный контроль регламентирован внутренними приказами. Скажем, если происходит теракт, следователь обязан немедленно сообщить об этом федеральному начальству. Он должен также отчитываться по целому ряду особо тяжких преступлений. По словам адвоката, бывшего следователя Рамиля Ахметгалиева, если сотрудник правоохранительных органов из-за собственной безалаберности не хочет что-либо делать, то его ждет «весьма чувствительный пинок» от федерального или регионального руководства.

Об этом трудно судить, поскольку соответствующей статистики не существует. Многие резонансные дела так и не были раскрыты — например, об убийстве Натальи Эстемировой, которое контролировал генеральный прокурор Юрий Чайка. Не попали на скамью подсудимых и заказчики покушения на Анну Политковскую. С другой стороны, по словам адвокатов, если дело находится на внутриведомственном контроле, то вероятность, что материалы передадут в суд и будет вынесен приговор, повышается.