«Это тест на дееспособность государства»

Ольга Старовойтова — о том, как расследуется дело об убийстве ее сестры

Известный российский политик, депутат Государственной Думы, автор законопроекта «О запрете на профессию для проводников политики тоталитаризма» (закон не был принят) Галина Старовойтова была убита в подъезде своего дома в Санкт-Петербурге 20 ноября 1998 года. Следствие по этому делу идет уже 17-й год: известны и осуждены организатор преступления — член тамбовской ОПГ Юрий Колчин, один из исполнителей — Виталий Акишин, а также соучастники. В 2011 году, через 13 лет после убийства, Колчин назвал и заказчика — бывшего депутата Госдумы от ЛДПР Михаила Глущенко — тот сейчас отбывает срок в колонии по другому делу и ожидает суда по делу об убийстве Старовойтовой.

Ольга Старовойтова на могиле Галины Старовойтовой, 20 ноября 2012 года

— Для меня эти два убийства — Старовойтовой и Немцова — стоят в одном ряду, — говорит сестра убитой, Ольга Старовойтова. — И Галина Васильевна, и Борис Ефимович были одинаково бесстрашными людьми, у них был неоспоримый международный авторитет. В последний раз я видела Бориса Немцова на похоронах адвоката Юрия Марковича Шмидта, в январе 2013-го. Борис примчался на прощание из Москвы, опаздывал, очень спешил и проскочил мимо

меня. Я его окликнула, и он остановился поздороваться. Я только успела ему сказать: «Боря, ты стал седой». А он ответил: «Да ладно, ты тоже, небось, красишься!» — «Я крашусь, а тебе не надо!» — Он ухмыльнулся: «И не собираюсь».

По вашему опыту, чего нужно ждать от следователей? В первые годы у меня особенно никакой информации не было, в основном шли допросы, и меня саму допрашивали несколько раз. Какое-то время было затишье, и, наконец, в конце 2002 года начались аресты. За эти 16 с половиной лет я, наверное, более 70 раз ходила в ФСБ, и в половине случаев я делала это по собственной инициативе.

Сейчас очень важно, кто будет назначен потерпевшим по делу об убийстве Бориса Немцова. В свое время я взяла эту роль на себя, потому что для родителей это было бы слишком тяжело, и я не хотела портить жизнь Платону, сыну Галины. И у меня как у потерпевшей всегда была активная позиция. Помню, как сын Александра Меня говорил, что с расследованием убийства его отца все безнадежно. Тогда я поняла, что никогда такого не допущу. За эти годы я убедилась в том, что следователи — «пахари», они действительно работают. Но я все равно все время писала им, подстегивала их. Перед первым судом, на котором были осуждены Колчин, Акишин и пособники, меня не знакомили со всеми материалами дела: говорили, что ознакомят, когда подготовят обвинительное заключение. Но в таком случае у меня оставалось мало времени на подготовку к суду. Поэтому я по совету адвокатов обратилась в Конституционный суд и добилась возможности увидеть материалы раньше

* * 4 ноября 2004 года Конституционный суд РФ определил, что Ольга Старовойтова как потерпевшая по делу имеет право знакомиться с результатами судебных экспертиз, и следователи обязаны обеспечить ей такую возможность. .

В первый раз меня опросили еще в ночь убийства, потом несколько раз вызывали на допросы, что-то уточняли. Задавали самые обычные, естественные вопросы: когда я видела сестру в последний раз, что я знала о ее приезде в Петербург, кто еще об этом знал. Кто были ее друзья, враги… Потом, когда прошли первые задержания, работа резко активизировалась, пошел сбор конкретных следственных материалов. Покойный Юрий Маркович Шмидт не из тех, кто похвалит ФСБ, но даже он сказал, что обвинительное заключение было подготовлено на редкость грамотно и профессионально. И, бесспорно, было ощущение, что следователи хотят раскрыть это дело. Следственную группу возглавляли последовательно три офицера ФСБ: Сергей Кузнецов, Андрей Дударев, а теперь пришел Александр Никитин, капитан юстиции. Он очень энергичный, работать мне с ним интересно.

Галина Старовойтова, депутат Госдумы, 16 января 1996 года

С момента убийства Галины прошло уже больше 16 лет. У этого дела, как это ни чудовищно, есть срок давности, и он составляет 15 лет. И когда в 2013 году подходил этот срок, все меня уверяли, что дело закроют. Но 8 ноября 2013 года наконец было предъявлено обвинение Глущенко, и таким образом следствие было продлено. Провели еще одну независимую экспертизу и проверку на «полиграфе». Глущенко назвал заказчиком Барсукова (Кумарина) — его давно подозревали в связи с этим делом, он был «ночным губернатором» Петербурга (

*о том, что Глущенко назвал заказчиком убийства Старовойтовой лидера тамбовской ОПГ Барсукова (Кумарина), 15 апреля 2014 года со ссылкой на анонимный источник сообщила газета «Коммерсант». —*NT). Официальных результатов проверки на «полиграфе» я пока не получила. В начале апреля будет суд над Глущенко, после этого следователи начнут работать с Кумариным, и я уверена, что он еще кого-нибудь назовет.

На похороны Бориса Немцова не пришли ни руководители государства, ни спикеры палат парламента, ни лидеры думских фракций. А как было на похоронах Галины Васильевны? Это безобразно, что на похороны Бори не пришли руководители страны. На похороны Галины пришли Черномырдин, Кириенко, Гайдар, Матвиенко — она тогда работала в правительстве, — другие министры. От Государственной Думы много кто пришел, от Законодательного собрания Петербурга. Был заместитель руководителя администрации президента Олег Сысуев, полпред президента в Петербурге Сергей Цыпляев. Приехали все, кроме губернатора Яковлева, который в это время был в Австрии, и, как говорили, лечил спину. Ельцин не приехал, но я знаю, что он страшно переживал, и утром после убийства телеграмма от него родителям пришла одной из первых. Одна моя приятельница знает Наину Иосифовну, и она сказала, что в тот день Ельцин полночи рыдал. Я верю в это.

Я была в полуобморочном состоянии: четвертые сутки не спала. И вдруг я будто просыпаюсь и вижу рыдающего Черномырдина! Он подошел к нам, обнял папу и маму, и когда он обнял папу — как-то так, по-мужски, — его затрясло, он в голос зарыдал. Этот, казалось бы, бронзовый чиновник высшего ранга! Чилингаров отошел куда-то за колонну и тоже плакал. У многих были слезы на глазах. То ли тогда все были еще не так ожесточены, то ли дело было в том, что убили женщину. А потом, уже после похорон, приехали Горбачевы, чтобы встретиться с родителями и выразить соболезнования, поехали с нами на могилу. И Горбачев сказал нам: «Она требовала от нас очень много и очень быстро. Видимо, она недопонимала, как на меня со всех сторон давят. Но я понимаю, что то, чего она требовала, было правильно». И он говорил искренне.

Когда Галину Васильевну убили, нашей семье прислала письмо баронесса Тэтчер. Там были три фразы: «Галина была одной из самых бесстрашных и последовательных людей, которых я знала за всю свою жизнь. Ее убийство непременно должно быть раскрыто до конца. Полноценное раскрытие этого убийства является тестом на дееспособность Российского государства». Все эти слова в полной мере относятся к гибели Бориса Немцова.